Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. - Николас Гудрик-Кларк

После экономического краха 1929 Рейхштайн и его круг начали присматриваться к удачам нацистской партии. Ланц первым выразил уважение фашистскому движению, установившему правые режимы в Испании, Италии и Венгрии, начиная с 1925. В начале 1930 Рейхштайн опубликовал каббалистические гороскопы для Германской Республики, Адольфа Гитлера и национал-социалистической немецкой рабочей партии (NSDAP). Республика оказалась во власти «сатурнианских влияний» и «чёрных магических сил», а предстоящий год должен был принести огромный успех Гитлеру и его партии. В апреле 1931 он опубликовал апокалиптический номер «Das Dritter Reich!», в котором в соответствии с оккультным разделением на тело, дух и душу национал-социалистическая партия отождествлялась с телом, способным стать движущим началом для духа и души ариософской культуры. Глубокомысленное разделение ролей опиралось на «Bibliomystikon» Ланца, «Attalantic» тексты, датируемые приблизительно 85 000 до н. э., открытые Френцольфом Шмидом и Георгом Ломером. Весной 1932 Рейхштайн приветствовал Гитлера как «божественное орудие». Настроение апокалиптического ожидания дало толчок для целой серии статей Эрнста Лахмана, пытавшегося предсказать будущее Германии в период от 1930 до 1932 на основе «историономии» Штромера фон Рейхенбаха. После захвата нацистами власти в Германии, Рейхштайн в апреле 1933 перебрался в Берлин для того, чтобы «быть в центре национального возрождения Германии». В столице он и Карл Керн начали публиковать Arische Rundschey, еженедельную газету, ведущую непримиримую борьбу против евреев, Рима и франкмасонов средствами ариософского расизма и оккультных предсказаний. Затем Рейхштайн издал книжную серию «Мудрость народа» (1934-1935), заключавшую в себе изложение «религии чистой крови». В 1944 Рейхштайн умер, практически незаметно, во Фрейбурге.

Основная роль характерологической группы Рейхштайна и его журнала в результате сводится к распространению ариософских идей среди маленьких кружков в немецких городах. Деятельность эта не прекращалась даже в так называемые годы стабильности с 1924 по 1929, а достигла пика между 1929 и 1933, когда экономическое положение резко ухудшилось, политическая ситуация поляризовалась. Ариософские лекции существовали в это время на фоне резкого подъёма самой разношёрстной среды: ревивалистов, шарлатанов, одержимых верующих. Рудольф Оден, журналист того времени, описывал всех этих фиглярствующих сектантов, изобретателей и даже алхимиков, составлявших армию странствующих проповедников. Они находили себе новых обращённых не только среди бедных и невежественных, но и среди промышленников, генералов, бывших членов королевской семьи. Сефтон Делмер писал о том, что военное поражение Германии, инфляция, экономическая лихорадка, затем стабилизация, поток иностранных денег в страну и, наконец, экономический крах, – всё это в результате создавало атмосферу нереальности, которая всячески способствовала появлению касты «людей чуда». Рейхштайновские рекламы сокровенные книг, гороскопов и другие таинственные консультации специальные медицинские препараты, мыло, успокоительные мази, зубная паста, а также его предупреждения против «шарлатанов» доказывали его принадлежность к такой касте. Кроме того, круг Рейхштайна постоянно выражал свою признательность Ланца фон Либенфельсу за то, что благодаря ему, удалось избежать бессмысленной жизни и депрессии. Ариософия, несомненно, была существенным элементом, способствующим облегчению стресса и разочарования среди людей; переживших обман всех ожиданий и девальвацию культурных ценностей в последние годы Германской Республики.

Карл Мария Виллигут, личный маг Генриха Гиммлера

Арманисты, ариософисты и рунические оккультисты, с которыми мы встретились до сих пор, обладали в той иной степени стереотипным мировоззрением. В их доктринах шла речь о возвышенных и сверхчеловеческих предках, чей древний гностический закон нёс арийцам мудрость, власть и благополучие, пока не был вытеснен чуждыми и враждебными культурами. Предполагалось, что эти предшественники скрывали своё венценосное знание в таинственных формах (рунах, мифах, традиций) и оно могло быть расшифровано только их духовными наследниками, которыми и являлись современные ариософы. Лист, Ланц фон Либенфельс, Горслебен и другие выдающиеся ученики гностической сокровищницы одушевляли собой жизнь секты, некоторые из их идей или символов могли проникнуть в более широкое социальное окружение. Таким образом, эти люди, конечно, влияли на общее мифотворческое настроение нацистской эры, но нельзя сказать, что они прямо определяли поступки тех, кто занимал ответственные посты и был наделён реальной политической властью и ответственностью.

Карл Мария Вилигут (1866-1946), так называемый Распутин Гиммлера, достиг именно такого влияния. Благодаря своей родовой памяти и порождаемым ею образам древней немецкой традиции, он стал любимым наставником Рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера и ему было дано официальное разрешение на исследования доисторического прошлого в СС между 1933 и 1939 годами. За период своей службы он прошёл путь от гауптштурмфюрера СС (капитан) до Бригаденфюрера СС (бригадный генерал) – по личной рекомендации Гиммлера. Поскольку Гиммлер консультировался со своим наставником по самому широкому кругу вопросов, Вилигут принимал участие в разработке эмблемы Totenkopfring (кольца мёртвой головы), которую носили члены СС и в концепции Вевельсбурга как ордена-замка СС и разработке других церемоний, ответственных за традиционную ауру идеологии СС: символы элитаризма, расовой чистоты и территориального господства. Но кто был Карл Мария Вилигут и как ему удалось достичь столь мощного влияния?

Ответ на этот вопрос во многом касается и характера самого Гиммлера. Среди высших лидеров Третьего Рейха, Гиммлер выглядит наиболее противоречивой личностью; его поступки одновременно мотивированы и стратью к рациональному планированию и склонностью к фантазиям, никак не связанным с реальностью. Его преданность порядку, пунктуальность, административная точность и педантический «ум учителя начальных классов» с очевидностью противоречили его же утопическому энтузиазму, романтизму и даже оккультным склонностям. Это идеалистическое воображение Гиммлера привело к визионерской концепции СС и определило её будущую роль: одетые в чёрное войска должны были передать свою кровь будущей арийской расе господ и стать идеологической элитой Великого Немецкого Рейха. Сам Гиммлер, начиная с 1930 года был озабочен разработкой различных проектов, выражающих моральную цель и идеологическую миссию СС. Правила о браке от 1931 года, его планы колледжа для офицеров СС в Вевельсбурге в 1933, тесное сотрудничество с Рихардом Вальтером Дарре, главным нацистским теоретиком «крови и почвы» говорят об этих проектах. В 1935 вместе с Дарре он основывает Ahnenerbe, первоначально независимый институт, с правом проводить исследования в области древней немецкой истории и археологии. Ahnenerbe первоначально входила в состав СС, её академический штат принадлежал иерархии СС и носил униформу СС. Только в контексте этого поиска Гиммлером немецких корней и попытки обосновать ими идеологию СС, можно понять его патронаж над 66-летним Vцlkisch оккультистом Карлом Мария Вилигут.

Вилигут родился 10 декабря 1866 в Вене. Его отец и дедушка служили офицерами в Австрийской армии и старший сын последовал семейной традиции. В возрасте четырнадцати лет он начал посещать имперскую кадетскую школу в Вене-Брейтензее, а в декабре 1884 поступил в 99 пехотный полк в Мостаре, в Герцеговине. В ноябре 1888 он был произведён в младшие лейтенанты, в 1892 стал лейтенантом, в 1903 – капитаном. В первый период своей военной карьеры он служил в 99, 88 и 47 пехотных полках в различных областях империи Габсбургов. На рубеже веков Вилигут обнаружил некоторые литературные амбиции, публикуя стихи, посвящённые красоте природы, мифологическим сюжетам и полковой истории. В 1903 году написал крайне националистический трактат по мифологии, «Seyfrreds Runen», а затем сборник стихов, посвящённых легендам о Rabenstein at Zeiaim на австро-моравской границе. Предисловие Вилигута, ссылающееся на «германские корни» местных названий отражало настроения современной фольклористики Франца Кисслинга и Гвидо фон Листа. Книга была опубликована Фридрихом Шалком, который издавал также и некоторые из ранних работ Листа. Время, проведённое в военных шеренгах, описано Вилигутом как время устойчивых социальных связей, дружбы и крепкого сообщества, которое можно сравнить только с его пребыванием в Шлараффии, квазимасонской ложе, в которую он вступил в Граце в 1889 и достиг там статуса Рыцаря и поста первого Канцлера; эту должность он исполнял вплоть до своей отставки в 1909 году. Его имя в ложе было Lobesam и оно также появилось на титульном листе его книги. Впрочем, не существует никаких свидетельств о связи этой ложи с пангерманским движением, равно как и указаний на то, что Вилигут был связан ещё с какой-нибудь националистической организацией в имперской Австрии.