Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. - Николас Гудрик-Кларк

Уверенный в опёке Вейстхора, Кирхгофф между тем испытывал терпение Ahnenerbe; Гиммлер приказал институту рассмотреть работы Кирхгоффа. Один из академиков СС, которому пришлось квалифицировать ритуальный камень около Баден-Бадена и другие открытия Кирхгоффа сообщил, что Кирхгофф ничего не понимает в доказательствах, что его данные абсурдны, что его библиотека содержит множество оккультной литературы (Лист, Кёрнер, Горслебен), но ничего из того, что имеет отношение к научному исследованию древней истории. Когда в начале 1938 Ahnenerbe отвергла его труд о церкви, Кирхгофф гневно обвинил институт в пособничестве католическому заговору. Но Ahnenerbe, обладающая к этому времени множеством проектов Кирхгоффа, заняла твёрдую позицию; в отчётах его называли «фантазёром худшего толка», а его работы «вздором». Тем не менее Гиммлер не понимал, почему Ahnenerbe так пренебрегает Кирхгоффом и выказал огромный интерес к его описанию гексагонального религиозного комплекса в окрестностях Райденштайна около Гаггенау. Камень, найденный здесь, Кирхгофф связал с семейными традициями Тарнхари, чей предок XVI века носил имя Лотрер фон Доферинг Райденштайн. Гиммлер настаивал на том, чтобы упорствующая Ahnenerbe разобралась с Кирхгоффом, но начало войны отложило на неопределённое время предполагаемые раскопки. Настоящее значение этого спора – в обнаружившейся позиции Гиммлера, готового поддерживать оккультистов даже перед лицом академической оппозиции из его Личной Комиссии в Ahnenerbe. Тот факт, что Вейстхор и Кирхгофф продолжали пользоваться вниманием и расположением Рейхсфюрера СС, несмотря на выданную им оценку, должен был чрезвычайно бесить членов института. Что касается самого Кирхгоффа, он продолжал писать в Ahnenerbe и во время войны. Последней работой, которую он предложил нацистским учёным, был тридцатистраничный оккультный трактат о причинах отступления немецких войск, отправленный в конце 1944 и адресованный Адольфу Гитлеру через Гиммлера.

Наибольший вклад Вейстхора в дело Третьего Рейха связан с формированием Вевельсбурга как орденского замка СС и его церемониального центра. Во время нацистской выборной кампании в январе 1933 года Гиммлер путешествовал по Вестфалии и тогда впервые познакомился с «землёй Германа и Видукинда». Таинственная атмосфера Тевтоноского леса, подъём в тумане на Hermannsdenkmal, романтический замок Гревенбург, где партия Фюрера остановилась для ночлега, произвели глубокое впечатление на Гиммлера, он задумался о приобретении такого замка для целей СС. Осмотрев в том же году ещё два замка, 3 ноября 1933 Гиммлер вместе с членами Личной Комиссии, посетил Вевельсбург и остановил свой выбор на этом замке. Он ещё посещал его в апреле, а в августе 1934 замок был официально передан СС. Вевельсбург начал свой путь как музей и колледж идеологического образования для офицеров СС, в рамках Главной Службы Расы и Населения, но уже в феврале 1935 перешёл под непосредственный контроль Личной Комиссии Рейхсфюрера СС. Этот переход свидетельствовал о растущей значимости замка для Гиммлера, а также о его зреющих планах орденского замка для СС, сравнимого с Мариенбургом средневековых Тевтонских Рыцарей.

Подтолкнул к радикализации концепции Вевельсбурга конечно же Вейстхор, сопровождавший Гиммлера во время его визитов в замок. Вейстхор предсказывал, что замку суждено стать магическим местом в будущей борьбе между Европой и Азией. Его идея опиралась на старую вестфальскую легенду, нашедшую романтическое выражение в поэме XIX века. В ней описывается видение старого пастуха о «битве у берёзы», в которой огромная армия с Востока будет окончательно разбита Западом. Вейстхор сообщил эту легенду Гиммлеру, утверждая, что Вевельсбург станет бастионом, о который разобьётся «нашествие новых Гуннов», исполнив тем самым старое пророчество. Карл Вольф, Главный Адъютант Личной Комиссии вспоминал о том, что Гиммлер был весьма тронут идеей Вейстхора, она удовлетворяла его собственным представлениям о будущей роли СС в деле защиты Европы в грядущей конфронтации Запада и Востока, которую он планировал на одно-два столетия вперёд. Невозможно точно доказать, что в конце 1933 влияние Вейстхора определило выбор Вевельсбурга, но совершенно точно, что начиная с 1935 его интерпретация вестфальской легенды и другие разговоры с Гиммлером обозначили новую концепцию Вевельсбурга.

Вейстхор также сыграл важную роль в формировании ритуалов СС. В ходе своих визитов в Вевельсбург, он установил тёплые отношения с комендантом замка, Манфредом фон Кнобельсдорфом. Воодушевлённый их беседами на религиозные темы, Кнобельсдорф постарался воскресить ирминистскую веру в различных ритуалах, исполняемых в замке. Сюда входили языческие свадебные церемонии для офицеров СС и их невест, на которых Вейстхор появлялся с палкой из слоновой кости, увенчанной голубой лентой, с изображёнными на ней рунами; ежегодные встречи весны, праздники урожая, летнего солнцестояния – праздники устраивались как для офицеров СС так и для жителей окрестных деревень. Кнобельсдорф писал Вейстхору письма с уверениями в «ирминистской преданности», постоянно свидетельствуя тем самым о своём интересе к старой религии. Наряду с этим, Гиммлер поручил Вейстхору разработку эмблемы СС Totenkopfring, весомого символа участия в ордене, требующего полного повиновения и преданности. Кольцо вручалось Гиммлером лично и сопровождалось документом, описывающим его орнамент и смысл. Орнамент включал в себя мёртвую голову (череп), двойную sig – руну, свастику, hagal – руну и группу рун

которые указывали на традиции Вейстхора. Кроме того, кольцо имело ритуальную связь с Вевельсбургом: в 1938 Гиммлер объявил, что кольца всех погибших членов и офицеров СС должны быть возвращены на хранение в замок как символ их неизменного присутствия в ордене. Здесь снова символика и ритуал обнаруживают влияние Вейстхора на церемониал и псевдорелигию СС.

Окончательный план Вевельсбурга отражает гиммлеровский культ СС. Главным залом замка была огромная круглая комната под сводом в северной башне, украшенной гербом Группенфюрера СС; в подвале или просто ниже в зале Обергруппенфюрера СС проводились повседневные церемонии. Во флигелях замка располагались учебные комнаты, названные и оформленные при помощи героев «нордической мифологии»: Видукинда, короля Генриха, Генри Льва, короля Артура и Грааля. Планы местности, датируемые 1940-1942 годами предполагает перемещение окружающих деревень на значительное расстояние и строительство грандиозного архитектурного комплекса, состоящего из залов, галерей, башен и башенок, крепостных стен, выполненных в форме полукруга на склоне холма как основная защита первоначального средневекового замка. Фотографии архитектурных моделей замка демонстрируют проект, который должен был быть закончен к 1960-м годам; по-видимому, Гиммлер мечтал о создании Ватикана СС, центра тысячелетнего Великого Немецкого Рейха. Этот визионерский город, наверное, должен был служить также центром возрождения древней религии и традиций, первоначально открытых Вейстхором в 1930-х.

Весной 1935 Вейстхор переехал из Мюнхена в Берлин, где продолжил свою работу с Главным Адъютантом Личной Комиссии Рейхсфюрера СС. Переход в высшее окружение указывает на то, как высоко Гиммлер ценил Вейстхора и свои беседы с ним. Свидетели сообщают, что теперь он был занят более чем когда-либо, в окружении адъютантов и связных, во всеобщей атмосфере спешки и правительственной суеты столицы Рейха. Служебная машина ежедневно забирала Вейстхора с его частной виллы в Грюневальде, часто – прежде чем он успевал закончить свой завтрак, старший офицер знакомил его с необходимым списком встреч, поездок и корреспонденцией. Гостями на вилле Каспар Тейсс Штрассе 33 были Генрих Гиммлер, Иоахим фон Лиирс, Эдмунд Кисе, Отто Ран, Рихард Андерс, и Фридрих Шиллер. Помимо своих занятий Вевельсбургом и экскурсий по Чёрному Лесу, Вейстхор продолжал время от времени производить воспоминания, касающиеся семейной традиции, составил изречения Halgarita, германские мантры, предназначенные для стимуляции родовой памяти, готский календарь на 1937 год со стихами и кроме того работал над проектом Totenkopfring. Любопытным политическим примером его деятельности была разработка проекта по восстановлению ирминистской религии в Германии; проект предусматривал во всех деталях ограничения, накладываемые на служителей культа, национализацию всякой духовной собственности, восстановление и сохранение древних памятников. В сентябре 1936 он был произведён в Бригаденфюреры СС (бригадный генерал) Личной Комиссии Рейхсфюрера СС.

Отто Ран (1904-1939), одарённый молодой писатель и историк, также сотрудничал с Вейстхором в берлинский период. Он родился 18 февраля 1904 в Михельштадте, Одснвальд. В 1928 закончил университет по специальности «литература и филология». Испытывая глубокий интерес к средневековым катарам и легендам о Граале, он занимался исследованиями и много путешествовал в Провансе, Каталонии, Италии и Швейцарии следующие пять лет после университета. Затем окончательно проникнувшись традициями трубадуров и миннезингеров, ересью катаров и легендами о Граале, он выразил свои представления о гностической религии готского происхождения, жестоко преследуемой католической церковью в своём историческом романе «Крестоносцы против Грааля» (1933), который завоевал широкую читательскую аудиторию. После 1933 Ран жил в Берлине и продолжал заниматься исследованиями в том же роде. Ереси и легенды, с которыми он связывал немецкую религиозную традицию интересовали также и Гиммлера, поэтому он предложил Рану сотрудничество и финансирование его исследований СС. В мае 1935 Ран поступил в Отдел Вейстхора в качестве штатского лица. Формально он вступил в СС в марте 1936 и в следующем месяце получил звание Унтершарфюрера СС (NCO). В том же году он предпринял экспедицию в Исландию под наблюдениям СС и систематически публиковал свой путевой журнал и сообщения о поиске следов катар-готской традиции, прошедшей через Европу как «Слуги Люцифера» (1937). Следующие четыре месяца он провёл на военной службе в СС дивизии «Мёртвая Голова» (Oberbayern) в концентрационном лагере Дахау, затем покинул службу, мотивируя необходимостью вновь заняться исследованиями. В феврале 1939 внезапно и без всяких объяснений он уволился из СС. Вскоре после этого, 13 марта 1939 года он погиб во время рискованной прогулки по горам около Куфштайна.