Оккультные корни нацизма. Тайные арийские культы и их влияние на нацистскую идеологию. - Николас Гудрик-Кларк

По приезде в Германию в июле 1914 Иссбернер-Халдан намеревался посетить родственников и отправиться в Соединённые Штаты. Но началась война и он был интернирован как австралийский гражданин; следующие четыре года он провёл в заключении в лагерях Хассенберга, Хольсминдена и Рухлебена. Освободившись в ноябре 1918, он обосновался в Берлине и открыл хиромантическую практику. Здесь он встретил своих новых коллег. Хотя он всё ещё мечтал о создании расистской утопии в Квинслэнде или в Калифорнии, оставался все же в Берлине и в 1921 году опубликовал свой первый текст по хиромантии. В 1926 году он начал издавать журнал «Хиромантия», рекламируемый как официальный орган Ассоциация Хиромантов Германии. С Рейхштайном он впервые познакомился в конце 1925, в конце 1929 его журнал был поглощён журналом Рейхштайна. В начале 1927 после встреч с Ланцем в Вене или в Будапеште, Иссбернер-Халдан вступает в ONT; затем открывает расистскую коммуну, «Swastika-Heim», около Арконы, на острове Руген – коммуна имела статус дома ONT.

Герберт Рейхштайн, ответственный за соединение этих и других персонажей в своём журнале и характерологическом институте, родился 25 января 1892 года в Наупап в Силезии; о его юности почти ничего не известно. В октябре 1925 его приблизил к себе Ланц и предложил стать его издателем. Рейхштайн согласился и одновременно объявил себя директором «Deutsche Arbeitsgemeinschaft hir Menschenkenntnis und Menschenschicksal», основанного в «Oestrich im Rheingau». Он замысливал эту ассоциацию как возможность взаимопомощи и сотрудничества для всех оккультистов, занимающихся характерологическими и предсказательными науками в расистском контексте, сюда входили астрология, графология, френология, «психо-физиогномия», хиромантия. Органом этой ассоциации был его же «Zeitschrift fьr Menschenkenntnis und Menschenschicksal», публиковавший различные статьи и вместе с тем объявления о частных практиках оккультистов.

Во вступительной статье Рейхштайн объяснял цели его ассоциации. Указывая на хаос, вызванный войной и политическими переворотами, он говорил о необходимости хорошо обоснованной науки о человеческом характере, чтобы индивиды могли лучше подготовиться к своей судьбе и научиться улучшать свою участь. Рейхштайн отвергал незначительные формы предсказаний и отстаивал важность тех наук, которые работают над определением собственного характера индивида и характера других, поскольку это единственный способ получения информации о возможном исходе человеческих поступков в крайне сложном современном мире, требующем от индивида всё больше и больше значимых решений. Весь проект опирался на расистское мировоззрение, члены ассоциации считали себя арийцами и связывали себя обещанием блюсти арийскую чистоту. Рейхштайн, таким образом, был весьма привлекателен для тех, кого неопределённость и хаос заставляли искать оккультный путь к решению собственных проблем и к достижению успеха как в личном, так и в деловом смысле. В лице Рейхштайна ариософия получила прививку расистского канона к корпусу мантических знаний, а потребность в этой прививке в послевоенные годы была весьма велика.

В первом выпуске журнала, датируемого октябрём 1925, Рейхштайн объявил о том, что в его журнале будут сотрудничать такие выдающиеся оккультисты как Иссбернер-Халдан, Ланц фон Либенфельс, Вильгельм Вулф и G. W. Suria. В декабре 1925 он начал издавать книжную серию, «Ariosophische Bibliothek», здесь публиковались работы Ланца в очень широком диапазоне от астрологии до геральдики; тот же тип «практической самореализации» предлагался и читателям» В указателе первого номера можно было найти имена Фроди Инголфсона Вермана, Герберта Герстнера и Рейнгольда Эбертина, астролога, вступившего в ассоциацию. Второй номер журнала вышел в феврале 1926 как «Zeitschrift fьr Menschenkenntnis und Schicksalsforschung», тогда как многословное название института было сменено на Ариософское Общество, для того, чтобы подчеркнуть заботу арийских оккультных наук о конкретной выгоде арийцев. Тем временем Общество переместилось в Дюссельдорф – Unterrafti. В 1926 году в журнале появились другие сотрудники: Роберт Т. Бротц, Карл Керн, Вальтер Хорст, Теодор Цепль, Детлеф Шмуде, Г. Энгельгардит, Фрайхер Штромер фон Рейхенбах, величина в оккультных кругах, человек, изобретший собственную науку историономию, Принц Макс фон Ловенштайн, Эдмунд фон Векус и Эрнст Тьеде. К концу 1927 к ним присоединились венгерские знакомые Ланца – Пауль Хорн и Вильгельм Torday von Szьgy.

В 1928 году Рейхштайн заручился согласием двух других учёных, оба заслуживают подробного представления. Грегор Шварц-Бостунич – русский эмигрант, лично участвовал в революции, что привело его к радикальным антибольшевистским убеждениям и неколебимой вере в мировой заговор евреев. Родившись 1 декабря 1883 в Киеве, Григорий Бостунич имел смешанное происхождение: отец происходил из аристократической рижской семьи, родители матери были родом из Сербии и Баварии. Благодаря родственникам матери, юный Бостунич регулярно бывал в Германии. В 1908 в Киеве он получил образование юриста, после чего обратился к литературе, интерес к которой он обнаружил в студенчестве. В 1910 он выпустил собственную газету, Der Sьd kopeken, выходившую ежедневно тиражом в 100 000 экземпляров вплоть до 1914 года. В том же году он стал профессором истории литературы и театра в институте Лысенко, впоследствии возглавлял Железнодорожный Театр в Киеве. Военный кризис России и революция обозначили конец его академической и литературной карьеры. Яростный противник красных, Бостунич вёл активную антибольшевистскую агитацию в городах, захваченных генералами Деникиным и Врангелем. В результате этой деятельности он усвоил идею заговора евреев, масонов и большевиков и его программы, записанной в Протоколах сионских мудрецов. В 1920 Бостунич был заочно приговорён большевиками к смерти, но ему удалось бежать в Болгарию.

Покинув родную страну, Бостунич утратил почву под ногами и искал новых ценностей, которые могли бы поддержать его. Этот поиск привёл его к оккультизму. Он рассказывал о встрече со своим первым учителем по трансцендентальным предметам на Кавказе 1917/1918, а также о своём общении с болгарскими теософами в 1920. Джеймс Вебб утверждает, что кавказским учителем по всей вероятности был Гурджиев, а болгарские теософы в то время сосредотачивались вокруг Мастера Петра Дейнова, соединявшего эзотерический расизм Блаватской с образами славянского мессианизма. После неудачной попытки вернуться в Россию в октябре 1920 Бостунич поселился в Белграде. Следующие два года он путешествовал по Югославии, читал лекции о заговоре евреев и масонов раздражённым немецким националистам в бывших австрийских провинциях нового государства. Его первая книга, «Франкмасонство и русская революция», была опубликована в 1922 году в русском издательстве Новый Сад, между 1923 и 1926 годами выдержки из неё появлялись в немецких националистических и правых журналах. В августе 1922 Бостунич эмигрировал в Германию, где снова занялся чтением лекций о теории заговора. В соответствии с его оценкой послевоенного мира, все нежелательные изменения в нём и царивший хаос, нужно было связать со злобными происками евреев, масонов и большевиков. Но его интерес к оккультизму при этом не уменьшался. В 1923 он стал страстным антропософом, в 1929 обвинял движение Рудольфа Штайнера за пособничество силам заговора. Такое полное изменение взглядов, возможно, было связано с его манихейским и оккультным видением истории. Поскольку в 1924 году он натурализовался как немецкий гражданин, он изменил имя на Шварц-Бостунич. С Рейхштайном впервые встретился в Дюссельдорфе зимой 1926. Рейхштайн быстро оценил переполнявшее того чувство миссии и пригласил его сотрудничать с Ариософским Обществом. В феврале 1928 на него ссылались как на специалиста по взаимоотношениям русской и немецкой души и высоко ценили как эксперта по проблемам тайных, сверхнациональных организаций.

Помимо участия в ариософском движении, Шварц-Бостунич был очень активен в нацистских политических кругах. В 1920-х гг. он работал на новое агентство Weltdienst Альфреда Розенберга, а после этого выразил чувства преданности возникающей организации СС. Несмотря на возраст, болезни и сердечную слабость, Шварц-Бостунич был определён к службе на новую Германию в рамках, дозволенных ему здоровьем. Он много путешествовал по Германии (а позже – и по оккупированным странам) с лекциями о франкмасонах, еврействе и прочих врагах нацизма; он хотел также передать предполагаемому институту по теории заговора свою библиотеку, насчитывающую до 40 000 томов на этот предмет. В его письмах Гиммлеру в 30-е гг. – фанатическая преданность германской расовой миссии и лично патрону СС. По причине своих не вполне ортодоксальных идей, он всегда воздерживался от чтения лекций в форме, но зато в 1942 году подписывался как почётный профессор СС. В начале 1944 он и его жена были эвакуированы из Берлина в Шлосс Гнейзенау в Ризенгебирге в Силезии в целях обеспечения их безопасности. Годом позже Шварц-Бостунич получил звание штандартенфюрера СС (полковник) по личной рекомендации Гиммлера. Таким образом, его политическая карьера представляет собой сложный путь от антисемитизма в предреволюционной России до искреннего отождествления себя с нацистской Германией.