Порт Арсис - Валерия Демина

скрыть свое радение, в особенности там, где оно близко касалось свалки. К досаде, расточительный на похвалы Оскарис не очень-то спешил. Тедька позади нее пыхтел, но догадался не выказывать знакомства. Картограф зыркнул на него, и по шагам Нерина угадала — отрок скрылся. Торчать без повода при беседе благородных — наказуемая дерзость.

— По мере сил стараюсь, — она скромно потянула руку на себя, но без успеха.

— Лично обозреваете каждую малую стройку, не боитесь ножки утомить, — восторгался Оскарис. Холодное солнце блестело на стеклах очков, придавая молодцу задора.

Однако, его оды были нынче не ко времени.

— Всего-то доски обойти, — сказала она, ища повод расстаться.

Ручка ее оставалась в плену.

— Еще канаву не страшитесь перепрыгивать, — подчеркнул картограф ее самоотверженный осмотр.

Нерина заготовила ответ, но вдруг запнулась.

— А почему вы знаете, что там канава?

Ручка снова дернулась, чтобы упрятаться под плащ, но пальцы морехода сжались только крепче.

— Разве… это вы ее там спрятали? — доспросила она.

— Кого, леди Нерина? — еще улыбался Оскарис.

— Ту важную синюю шестеренку, — речь Нерины замедлялась и стихала. — Которую я отдала лейтенанту Дийенису…

Оскарис вскинул бровь и миг молчал, потом вздохнул картинно.

— Что вы за умница, леди Нерина! Какое счастье вы могли составить кому-нибудь из наших навигаторов… Мне правда несколько неловко — и очень, очень жаль.

Магический поток забил Нерине рот, и тело перестало подчиняться.

«Какой певец погибает…» — бледно качнулась она.

Глава 22. Мозаика слагается

Порт Арсис, 24 мая, пятница

Рауль умолк — в его уме звенели стеклышки мозаики, один к одному составляя понятный узор.

Кто разносил все сплетни, разделяющие офицеров? Балагур-картограф!

Кто нахваливал Рауля больше всех, доводя гордеца-Мартьена до бешенства и провоцируя дуэль? Приятель-Оскарис, открытая душа!

Кто болтался по Арсису так подчеркнуто, что не тянуло даже проследить за его приключениями? Ловелас-Валентин!

Кто еще в первую ночь был замечен у парусной мануфактуры, где мальчишки потом и нашли усилитель? Герой, спаситель отроков!

Кто довольно понимал устройство шхуны, чтобы знать слабости по инженерной части? Все он же, «отличник морского корпуса», пусть и по геодезической специальности!

Ему даже «отложенную искру» чаровать было проще других — глаза уже защищены очками, удел черепахи ему не грозил.

Он тысячу раз ходил по краю, но никто не хотел видеть злодея в острослове. Оскарис позволил себе даже в самые очи рассказывать Нерине, что Барритская империя щедро заплатила бы тому, кто саботирует начало экспедиции! По-видимому, сговор его с барритами состоялся давно.

— Мы ослепли раньше черепахи, — прошептал Рауль.

Капитан не склонен был к любого рода самобичеваниям.

— Он здесь?

Рауль припомнил час, когда исследовал штурвал, разыскивая «искру» — Оскарис в этот миг махнул ему рукой.

— Сошел на берег.

— Говорил, куда?

Пришлось покачать головою: «мне — нет».

Бердинг шагнул к выходу с таким знакомым мужеством, что навигатор спешной магией открыл перед начальством дверь — иначе она все-таки утратила бы связь с петлями.

Беззвучно растворенная каюта еще более насторожила всех, кто оказался от нее в опасной близости. Ирдис почуял это затылком и обернулся от сходней, забыв свои дела в порту. Алваро и Мартьен поглядели от мачты, при которой грелись чем-то из двух кружек (зная лекаря, Рауль предположил имбирный чай). На мостике за головую капитана стоял колеблемый ветрами иеромонах. Кот Авось запрыгнул в свернутые тросы. Пятеро матросов отступили, кто куда успел.

Бердинг миновал косяк и замер с облачками пара изо рта — ни дать ни взять, огнедышащий змей. За его плечом с сочувствием заметили Рауля, однако, жертву угадали не вполне.

— Оскарис на борту? — спросил капитан почти вкрадчиво.

Тон подсказал — дело совсем худо. Ирдис, привычный к бурям более других, вздохнул и вернулся на шхуну.

— Ушел час назад, господин капитан, — отчитался с выдержкой. — Полагаю, скоро будет — он порядок чтит.

— Уж как он его чтит! — воскликнул Бердниг, выпуская гнев.

Развитие шло предсказуемо, но причины все еще были укрыты. Все посмотрели на Рауля, ища хотя бы малого намека.

— Боюсь, господина картографа нужно как можно скорее взять под арест, — негромко сказал он.

Ирдис нахмурился молча — «Уверены?»

Ответом Рауль медленно кивнул — «Вполне». Сама оговорка Оскариса еще доказывала мало, но ныне прочие соратники исключены, а все события сияют стройной ясностью. Возглас капитана подтвердил это разоблачение:

— Где он бывает?

Мореходы переглянулись. Догадки, разумеется, имелись — Оскарис всячески на это намекал, — на деле же никто не разделял с ним этих похождений. Его подмигивания нарочно отводили интерес.

Бердинг отрывисто выдохнул новое облако пара, возвращая контроль над собой.

— Я к губернатору. Пусть поднимает ловцов.

Ирдис торопливо пропустил его отгреметь сапогами по трапу. Глаза мореходов жгли спину капитана еще несколько секунд, но и высокий рыжий воин скоро скрылся в толчее, тогда все взгляды очень слаженно вернулись на лицо Рауля — «ну?».

Деталей не дождались — тот молчал, еще внимая шелесту невидимой мозаики. Цветные стеклышки один за одним занимали позиции.

Красный ромб — это «отложенная искра», что спрятана где-то на шхуне. Она заполыхает от касания, а может быть — и без него, в строго указанный автором час и минуту.

Рядом желтый круг, похожий на половинку очков — это сам Оскарис, притаившийся в порту. Он до сих пор стремился сохранить свой безупречный облик, но в случае раскрытия способен сжечь полгорода и скрыться. Соратников он не жалел.

Длинные пальцы Рауля сами собой сходились в кулаки и распрямлялись нервно.

Синие детали разной формы — местные арсийские ловцы. Они, конечно, окружат в мозаике желтый круг — только когда еще они его отыщут…

Где теперь Оскарис?

Кто-то из команды повторил эту загадку вслух.

— Там, где больше шанса помешать нам, — неглядя ответил Рауль, еще перебирая разноцветные осколки.

Белые квадраты — паруса. Они с интендантом готовили эту ловушку для Бердинга, однако, о важности запаса сообщили за столом — Оскарис отлично расслышал и должен был соблазниться. Белым квадратам отводится место на темном фоне — он знаменует самый нижний трюм.

О них Рауль припомнил не один. Мартьен большим глотком допил свой чай и обвиняюще качнул на интенданта кружкой.

— Ирдис так любезно сообщил ему об этом шансе! Оскарис теперь точно подожжет нам паруса! — предрек второй навигатор.

Договорив — нахмурился. Взглянул сначала на Рауля, потом на бесстрастного Ирдиса. Кружка повисла в опустившейся руке.

— Вы это сделали нарочно?

Приподнятая бровь сквозила легкою обидой — его не взяли в интересную игру! Извиняться эти двое даже не подумали.

— Комплект еще на складе в городе, — заметил