Эмуляция: Иллюзия Контроля - Егор Гориллс

— О, ты наконец поверила в нашу избранность и способность Макса всё исправить? — ухмыльнулся Кос.

— Ага, не поверишь тут… — пробормотала она, закатывая глаза.

Здание было непонятного назначения — явно не офис и не склад. Скорее что-то вроде перевалочной базы для сотрудников каких-нибудь спецслужб. Всё казалось обжитым, но при этом абсолютно пустым: ни в самом здании, ни на прилегающей территории — ни души.

Странно, конечно. В кино обычно показывают, что прятаться лучше у всех на виду — в торговых центрах, среди толпы, под камерами. Но учитывая, что мы тащим с собой бессознательного, обугленного Сэма, а нас в лицо знает уже, наверное, полпланеты — прятаться «у всех на виду» было бы бесполезной затеей. Так что логично. Тихо, незаметно, с запасным выходом. Всё как надо.

Разместились мы на первом этаже. Там оказалось несколько пустых комнат — пыль, простая мебель, минимум удобств, но жить можно. Элла сразу сказала, что хочет быть с Сэмом — чтобы, если вдруг что, среагировать первой. Да и почувствовать, что он приходит в себя, она действительно сможет быстрее остальных. Если вообще это случится.

Никто и не возражал.

На небольшой кухне всё тоже было готово к нашему приезду — в холодильнике продукты, бутылированная вода, посуда, даже плитка работала.

— Нормально так, — присвистнула Катя, заглянув внутрь и рассматривая содержимое холодильника.

Это, пожалуй, было единственное, по чему она реально страдала после того, как стала вампиром — вкус обычной еды для неё теперь был как мокрый картон. Всё казалось пластилином, без запаха и смысла. Смотрела — как на витрину, за которой уже ничего не достать.

— Обсудим? — Кос уселся за небольшой стол посреди кухни.

Очередной совет нашей команды, где решались судьбы вселенных начался.

Глава 18

Впервые за всё это время я начал использовать аспект Разума на полную катушку — без малейших сомнений, без тени сомнения в последствиях для тех, на кого он был направлен. Время поджимало — и моя интуиция, эта встроенная тревожная сирена, орала во всё горло: у нас его почти не осталось. Надо было спешить.

Работали все, кроме Коса — он остался на временной базе, присматривать за Сэмом. Капельницы и бинты, к сожалению, сами себя не меняют, да и особой пользы в бою от Коса сейчас не было. Атрибут не подходящий, навыков — кот наплакал. Так что остался в тылу, на вторых ролях, ворчал, конечно, но особо не возмущался. Выдумывать ему фальшивую задачу или перепоручать уход за Сэмом кому-то другому было бы просто глупо.

Что касается Артёма… мы всё ещё не знали, где именно он находится. Даже Егоров, несмотря на все свои связи, не смог выяснить его точное местоположение. Информацию прикрывали плотно. Вся операция выглядела так, будто кто-то намеренно скрывает Артёма от всего мира.

Да так оно, собственно, и было, учитывая его ценность — стратегический ресурс, как сказал Егоров.

С того момента, как мы передали Артема в руки властей, я даже не думал о том, что он снова может нам понадобиться и поэтому не интересовался, где конкретно он находится. Сеансы связи были для того, чтобы просто поболтать и выяснить, что все живы и в норме. Не чужие люди все же.

Удалось узнать лишь одно — он точно в столице. И находится, скорее всего, на какой-то засекреченной базе. Где именно — загадка, но именно эту базу нам предстоит найти, а затем — взять штурмом.

Плана, как такового, ещё не было. Мы даже не знали, с чего начать. Первой задачей было хотя бы нащупать зацепку — ниточку, которая привела бы нас к нужной цели. А уже потом думать, как именно вытаскивать Артёма: через переговоры, похищение, взлом, шантаж или демонстративный прорыв с боем. Неважно. Главное — найти его.

И вот тут-то и пригодились все наши способности, особенно аспекты — Элла давила на эмоции, я бил по разуму. У вампиров была своя задача — создание собственной армии кровососов, полностью подчинённых им. Катя — исключение. У неё есть свобода воли, и она воспринимает Орина скорее как старшего брата и наставника. А вот остальных заражённых встроят в жёсткую иерархию стаи, где действует лишь одно правило — безоговорочное подчинение.

Родители Кати тоже не остались в стороне, разнося чуму вампиризма по столице. Это создаёт необходимый шум и отвлекает внимание от нашей основной цели, давая нам возможность действовать чуть более открыто.

Кто-то скажет, что это жестоко. Что могут пострадать невинные. И, возможно, будут правы. Но если смотреть на картину целиком — они и так страдают каждый день. За сутки может исчезнуть целый город, если не успеть среагировать. А это сотни тысяч жизней. Иногда — миллионы. И наша задача — как можно скорее остановить этот процесс.

Да, всё это может звучать как жалкое оправдание. Как попытка прикрыть то, что мы творим. Возможно, так и есть. Но я готов принять последствия. Взять на себя этот груз — если это даст человечеству хоть какой-то шанс не исчезнуть.

Пусть потом — если вообще будет это «потом» — выжившие называют меня как угодно. Злодеем. Убийцей. Монстром. Мне плевать. Я делаю это ради них. Ради того, чтобы у них была возможность жить. Думать. Помнить.

Возможно, однажды мне это припомнят. Если мы победим, наверняка найдётся кто-то, кто скажет: «Он был таким же чудовищем».

Я и не отрицаю. Возможно, так и есть.

Но если мир выживет — пусть лучше он меня судит, чем оплакивает собственные руины. Монстр, которого боятся живые, всегда лучше праведника, которого хоронят мёртвые.

И сегодня был первый раз, когда я подчинил себе разум человека — полностью, без остатка. Не убедил, не внушил, не подталкивал к нужному решению. Именно поработил.

Им оказался мелкий чиновник, на которого указал Егоров. Единственная ниточка, ведущая вверх — к тем, кто стоит за Артёмом. Родственник ли, приближённый, или просто связанное с ним лицо — неважно. Главное, что через него мы можем добраться до тех, кто принимает решения. А значит — до тех, кто его удерживает. И нам туда.

Путь до его места жительства тоже не обошёлся без точечных воздействий — на эмоции и разум. Но ничего критичного. Мой аспект позволял становиться практически невидимым для тех, на кого я воздействовал.

Наработки Рикона как раз и были заточены под такой подход — скрытность, точность, краткость. Один чёткий посыл — и человек просто тебя