Наследие предков - Сурен Цормудян

— И кто он? Известный нацист?

— О его нацистском прошлом тут ничего не сказано. Но известно, что Шефер остался без глаза на Восточном фронте. Тот парень, что подобрал корабль, на котором работал мой отец, был беглым рабом из этой колонии. Вот почему отец заинтересовался этой историей.

— А чего они сюда приперлись?

Загорский умолк и замер, уставившись на какую-то ксерокопию, задержавшуюся в его руках.

— Санька, слышь? Чего затих-то? — насторожился Михеев. — Чего ты там нарыл?

— Это копия какой-то докладной записки майора СМЕРШ[25] Еремеева.

— И кто это?

— Мой прадед… Тут написано… Оберфюрер Конрад… При попытке захватить его бронеавтомобиль облил себя и перевозимые им документы бензином и поджег…

— Не повезло чуваку. И что?

— Помимо обгоревшего трупа Конрада, его водителя и низшего чина СС, являвшегося, видимо, телохранителем, в бронемашине обнаружен труп штатского… По обрывкам обгоревших документов установили, что это аккредитованный иностранный журналист… — Загорский замолчал и поднял взгляд на пехотинца. — Гражданин Республики Чили.

Михеев задумчиво смотрел на Александра. Затем пожал плечами:

— Ну, я все равно связь не улавливаю. Девяносто лет прошло.

— Мой прадед занимался поисками некоего объекта «Валгалла», предположительно находящегося в Восточной Пруссии. Потом эту работу прикрыли. Появились данные от агентуры в Берлине, что этот объект был дезинформацией, отвлекающей на себя значительные силы советской разведки и контрразведки. А операция по задержанию Конрада была связана именно с поисками «Валгаллы». Но во время бегства он уничтожил и архив, и себя. Причем, судя по этому документу, у сгоревших трупов были прострелены черепа. У водителя и чилийца пули в голове из одного пистолета. Того, что нашли у чилийца. У охранника и оберфюрера — пули из пистолета Конрада. То есть Конрад и чилиец застрелили свидетелей и застрелились сами, поняв, что выхода нет, и их обложили наши. А бронемашина сгорела, потому что внутри было очень много горючего. Слишком много для салона бронемашины. И архив был на какой-то специально промасленной бумаге, чтобы ни клочка не осталось.

— А зачем в это вмешиваться иностранному журналисту? Он был под защитой международного права, — развел руками Андрей. — Вышел бы и поднял руки вверх.

— Рихард Зорге[26] тоже был журналистом, — усмехнулся Тигран. — В то время самая распространенная легенда для тайных агентов.

— А разве Чили была союзницей Германии в ту войну?

Загорский мотнул головой:

— Нет. Но с девятнадцатого века в Чили обосновалось очень много переселенцев из Германии и, особенно, из Восточной Пруссии. У них были давние связи.

— Так эти-то сейчас зачем приплыли?

— Объект «Валгалла», — развел руками Александр.

— Но ведь ты сам сказал, что это был миф. Дезинформация.

Загорский поднялся и пристально посмотрел на морпеха.

— А если нет?

Глава 13

РАЗГОВОРЧИВЫЙ ЯЗЫК

— Это каким дурным ветром тебя сюда занесло? — недобро усмехнулся Стечкин, пристально глядя на Пауля Рохеса.

— Простите, я не совсем понимаю…

— Как вы здесь оказались, если вы и правда из Чили?

— Приплыли на корабле.

— Слышь, мил человек, ты тут в игры с нами не играй. Дурака не валяй…

— Я знаю. Нам много говорили о варварской жестокости русских по отношению к пленным, — мрачно проговорил Пауль.

— Что? Что ты сказал? — привстал майор. — Это кто же тебе такое наговорил, урод?

— Остынь, Василич, — одернул его прапорщик. — Им же, небось, мозги промыли, перед тем как сюда отправить. Пропаганда, понимаешь.

Недобро сопя, Стечкин взглянул на своего сослуживца и снова сел на свой стул.

— Можешь не сомневаться: надо будет — начну пытать. Надо будет — кости переломаю и ногти выдерну. Так что говори четко и ясно. Зачем вы приплыли?

— За наследием основателей.

— Что за наследие?

— Это известно только нашему командованию.

— Кто такие основатели?

— Основатели закрытых колоний Третьего рейха. Я вырос в одной из таких.

— И кто они? — еще больше нахмурился Стечкин.

— Вы же должны понимать… Когда разгром Третьего рейха был лишь делом времени и в руководстве рейха это понимали, начались разработки законсервированных на особый период планов эвакуации достояния империи. Однако люди, что руководили этими проектами, были разобщены некоторыми факторами. К примеру, были те, кто хотел заключения сепаратного мира с Британией и США в пользу открытия совместного фронта против Советов. Были те, кто разочаровался в Адольфе Гитлере как в лидере нации и рейха за его ошибки, приведшие к катастрофе. Но были и те, кто всегда оставался верен фюреру. Между группировками начались интриги и вражда. Это сыграло не лучшим образом в отношении эвакуации многих важных вещей. В итоге носителей идей, знаний и тайн рейха разбросало по всему миру.

— Например? Ну, про Чили я понял. Где еще?

— Вам что-нибудь говорят такие имена, как Вернер фон Браун? Или Отто Скорцени? Фон Браун с группой своих инженеров и офицеров СС обосновался в США и впоследствии стал отцом и руководителем всей американской ракетной и космической программы.

— Американцы его поймали, — усмехнулся Стечкин.

— Если бы он не хотел, его бы не поймали. Просто фон Браун решил для себя, что работать на американцев будет лучшей долей. И тогда остальные потеряли тот сегмент знаний, что отвечал за ракетную программу рейха. Скорцени бежал в Испанию. В то время там правил Франко. Позже Скорцени спутался с израильской разведкой. Однако этим он не только обезопасил себя от их мести, но и стал поставщиком важной информации для тех основателей, что осели в Аргентине и Чили. Но были и те, кто практически порвал с остальными и обосновался в Антарктиде.

— Даже так?

— Представьте себе. Наиболее многочисленные поселения и колонии рейха были именно в Южной Америке. И многие функционируют до сих пор. Например, наша колония. Последние перед большой войной годы новые Чилийские власти, правда, пытались покончить с нами. Но за долгие годы мы крепко культивировались там. Во времена генерала Пиночета мы тесно сотрудничали с его секретной службой ДИНА. Это дало нам нужные связи и силу, которые не подвели нас и после прихода к власти в Чили гнилых либералов.

— Как вы сотрудничали? — прищурился майор.

Пауль замолчал, опустив взгляд.

— Чего молчишь, Гомес?

— Я Рохес. У нас, к примеру, или на вилле Гримальди, существовали тайные пыточные центры для политзаключенных. Промышленный подход к умерщвлению людей и уничтожению их останков.