Любовники поневоле - Элизабет Чедвик

– Нет, милая, это ты станешь богатой. Ведь месторождение нашли вы с Коннором.

– Но я работала для тебя. Шон рассмеялся.

– Ты всего лишь присматривала за тем, что у меня уже есть, и не позволила моей жене все растранжирить. Кстати, где она?

– Ну… – Кэт не имела ни малейшего представления, где может находиться Ингрид.

– Неважно, – отмахнулся Шон.

– Ты правда чувствуешь себя лучше? – За все время разговора он ни разу не кашлянул, и это порадовало Кэт. – Что говорят доктора? Ты можешь остаться дома? – И значило ли это, что дома придется разъединить? А вдруг она больше не нужна Шону? Конечно, когда они с Коннором нашли новое месторождение, у Кэт появился повод не покидать Брекенридж, но…

– Доктор ждет меня назад, милая. Я слишком запустил болезнь. Но раз в пару месяцев я смогу выбраться, чтобы навестить вас. Как вы ладите с Коннором?

– О, отлично. – «Да уж, поладили мы с Коннором», – подумала Кэт. – Смотри, а вот и Ингрид!

Кэт думала, что Ингрид настороженно воспримет возвращение Шона. Но она стала лишь еще больше обливаться духами, а в спальне по ночам возобновились звуки, свидетельствовавшие об их любовных развлечениях. Кэт снова спала в одной комнате с детьми, тогда как Мэри Бет и еще одна девушка, приехавшая с Шоном, Нолин Пратт, жили в кухне, переделанной в спальню.

Не прошло и трех дней, как Шон снова стал кашлять и вернулся в Денвер. Радужное настроение Кэт померкло. Если Шону придется провести остаток жизни в Денвере ради сохранения здоровья, ей тоже придется уехать из Брекенриджа. Такая перспектива совсем не радовала Кэт.

– Досадно, – сказал Коннор, – что приходится заседать в суде присяжных и не иметь возможности рассмотреть свое дело. – Чертовски жаль.

Кэт воздержалась от упреков относительно крепких выражений. Она понимала, что Коннор считает ее виноватой в затягивании дела, хотя Кэт не видела Харрисона Пондера с тех пор, как тот заявил о столкновении интересов и бросил своих клиентов, Медфорда Флеминга и Трентон Майнинг Компани.

– О, пожалуйста, не принимайте такой покаянный вид, Кэт. Я понимаю, вы же не виноваты, что все мужчины оказываются у ваших ног.

– Никто не оказывается у моих ног, – пробормотала Кэт.

– Никто? Сколько мужчин сделали вам предложение на этой неделе?

– Двое, и то они из Монтесумы.

– Случайно не те, кого вы приглашали в гости? – поинтересовался он.

– Я их пригласила, чтобы познакомить с Полин и Мэри Бет.

– А это значит, что скоро мы опять останемся без помощниц по хозяйству. Мэри Бет показалась мне превосходной служанкой.

– Если я не буду выдавать девушек замуж, дом скоро окажется переполненным. – Однако в душе Кэт согласилась, что пора перестать выступать в роли свахи. Ей надоело устраивать чужие браки и надзирать за людьми, которые самозабвенно смотрят в глаза друг другу, а то и целуются в коридорах и по углам. Кэт при этом чувствовала себя старой и нежеланной, хотя у нее и не было намерения вновь выходить замуж.

– Думаю, мне надо купить кресло-качалку для судебных заседаний, – размышлял Коннор. – Когда станет скучно, можно будет вздремнуть. А может, купить такие кресла всем членам суда присяжных?

– Сколько же это будет стоить? – поинтересовалась Кэт.

– Не слишком дорого, если таким образом мы обеспечим снисхождение присяжных, когда станут разбирать наше дело.

Кэт рассмеялась.

– Это еще хуже, чем попытка очаровать поверенного.

– Так, значит, вы нарочно это сделали?

– Нет, – улыбнулась Кэт. – Мне кажется, в последнее время Дидерик сердится на вас.

– А мне какое дело? Пусть сердится.

– По-моему, он все еще дуется из-за душистого горошка, хотя не знаю, почему. Все растения погибли:

– Наверное, не без его стараний.

ГЛАВА 13

На глаза Кэт попалась вывеска: «Одежда и принадлежности мужского туалета», и она вошла в магазин, вспомнив, что Джимми нужен костюм для посещения школы Св. Гертруды. Магазин представлял из себя любопытное зрелище. Оленьи головы с длинными рогами украшали стены; стопки комбинезонов для горняков высотой в половину человеческого роста громоздились прямо на полу. Есть ли у них что-нибудь для двенадцатилетнего мальчика?

– Какая трагедия… – Кэт услышала обрывок разговора покупательницы с владельцем магазина. Она в это время рассматривала целую стопку коробок, размышляя, что в них может находиться.

– А что случилось? – Хозяин покачал головой. – Как они погибли?

– Никто не присматривал за бедняжками, иначе они не утонули бы в реке, да еще в мае, когда река разливается от тающего снега. Их было двое, мальчик и девочка…

Кэт похолодела от ужаса. Она оставила Фибу и Шона-Майкла с Ингрид. Повернувшись, Кэт выбежала из магазина и устремилась вверх по холму к своему дому.

– Где они? – крикнула она, бесцеремонно расталкивая сонную Ингрид. Кэт зашлась в плаче при мысли, что Фиба и Шон-Майкл барахтаются в холодной воде, потом их затягивает вглубь, а затем волна выбрасывает на берег их безжизненные маленькие тела. – Ты самая безответственная женщина, которую я встречала за всю мою жизнь. – Ингрид села в постели, удивленно глядя на Кэт своими огромными, ничего не выражающими глазами. – Тебе ничего нельзя доверить.

– А что такого я сделала? – спросила Ингрид.

– Ты бросила детей без присмотра. Они…

– Мэри Бет смотрела за ними.

– Я попросила тебя.

– Ну, а я попросила ее.

– Так где же они? Ингрид пожала плечами.

– Спроси Мэри Бет.

Кэт была готова задушить свою невестку.

– Только что двое детей утонули в реке. Ингрид окончательно проснулась.

– Вряд ли это Фиба, она боится воды. Наверное, Шон-Майкл…

– Замолчи! Замолчи! Замолчи! – Кэт выбежала из дома на поиски детей. Через полчаса она уже была уверена, что племянники утонули, когда неожиданно обнаружила их в обители Св. Гертруды за игрой в мяч с Мэри Бет и сестрой Фредерикой. Фиба и Шон-Майкл пришли посмотреть на школу, в которую их должны были в скором времени записать.

– Ах, Фредди! – Кэт зарыдала и упала в объятия подруги.

– Боже мой, Кэт, мы бы пригласили тебя поиграть с нами, если бы знали, как сильно тебе этого хочется, – с улыбкой сказала молодая монахиня.

Рыдания Кэт перешли во всхлипывания.

– Я… я думала… они погибли…

– Скажи, ради Бога, почему ты так решила?

– Что вам нужно, – вмешалась Мэри Бет, – так это чашка хорошего чая, мисс Кэт.

– Или другая невестка, – пробормотала Кэт. Она окончательно успокоилась. Теперь следовало бы извиниться перед Ингрид. Нет, она не станет извиняться. Если дети остались живыми и здоровыми, это еще не значит, что Ингрид хорошая мать. Кэт объяснила ситуацию сестре Фредерике. – Что ты об этом думаешь, Фредди?