Любовники поневоле - Элизабет Чедвик

– Я думаю, что если бы преподобная мать настоятельница услышала, как ты называешь меня Фредди, то хлопнула бы тебя по пальцам линейкой. Что касается Ингрид, то, кажется, она не слишком сообразительна. Может быть, она уже забыла, что ты на нее кричала.

– Но это значит, что она опять забыла о своих материнских обязанностях, – мрачно сделала вывод Кэт.

– Ну, мадам, – сказал пожилой джентльмен, пригласивший Кэт на танец, – примите мои поздравления. Вам удалось преобразить это помещение.

Кэт оглядела просторный зал здания пожарной команды. Ей говорили, что когда-то он был необычайно красив: с деревянными панелями, колоннами, с прекрасными обоями. Теперь панели и пол были поцарапаны, а обои выцвели и покрылись пятнами. Кэт с интересом отнеслась к предложению украсить зал для бала, организованного с целью сбора денег на ремонт помещения. Речь шла лишь о внутренней отделке, так как разгорелись споры по поводу необходимости передвинуть здание пожарной команды подальше от отца Дайера, который не только выступал против танцев, но и продолжал настаивать, чтобы ему разрешили пользоваться колоколом по воскресеньям. Кэт осмотрела зал и послала около двух десятков детей собрать все цветы в окрестностях, чтобы хоть как-то замаскировать самые неприглядные места.

– Однако, никакие цветы не скроют того, что является позором для всего города. И ваши усилия не убедят меня, что это строение не следует отремонтировать или, еще лучше, продать тому, кто позаботится о нем, – продолжал почтенный джентльмен.

– Но как можно продать здание городской пожарной команды? – воскликнула Кэт, сердясь на двусмысленный комплимент… как будто она была виновата в плохом состоянии этого строения.

– Ну, что ж, пожалуй, достаточно танцев для моих старых суставов. Был рад познакомиться с вами, мадам.

Кэт проводила его удивленным взглядом, так как он бросил ее посреди зала, в то время как музыка еще играла. И как он мог сказать, что они познакомились, если он даже не представился ей.

– Удивляетесь, что танцевали со старым вороном? – поинтересовался джентльмен с бакенбардами, опиравшийся на трость. – Чарльз Харди. – Он изысканно поклонился, предложил Кэт руку и проговорил: – Могу я претендовать на остаток танца, который мой коллега не удосужился дотанцевать с вами?

Смущенная, Кэт кивнула и позволила ввести себя в круг танцующих. Харди? Не он ли редактор «Лидера»?

– А этот человек работает у вас? – спросила она.

– Избави Бог, дорогая. Это Джонатан Купер Финчер из газеты «Джорнал», мой давний соперник. А вы та самая молодая леди, которая дала ему ощутимый щелчок.

Кэт едва не задохнулась от негодования при воспоминании о своей «письменной дуэли» с человеком, подписывавшимся «Редактор». Полковник Финчер написал передовицу по поводу визита Кэт в салун «Энгл Бразерс», в которой среди прочего говорилось: «Женщин, любящих совать нос в чужие дела, следует держать подальше от салунов, пока они не нарушили привычное течение общественной жизни рудничного населения, от которого зависит экономика нашего высокогорного графства».

Кэт нанесла ответный выстрел письмом: «Пьяных особей мужского пола следует держать подальше от салунов, пока они не нанесли ущерб здоровью и безопасности ни в чем не повинных женщин, направляющихся в бакалейную лавку», а вслед за этим она ссылалась на свое первое знакомство с брекенриджскими пьяницами и выстрел, который привел к повреждению зуба ее гостя, Бреди Макхема.

– Миссис Фицджеральд, в городе, столь мало приверженном трезвости, ваша история о пуле в картошке заслуживает чести войти в классику. Вам и впрямь удалось снизить потребление спиртного. Мужчины в салунах так хохочут над рассказом о зубе Бреди, что не в состоянии продолжать пить. Умоляю впредь присылать мне ваши рассказы. Я всегда буду рад высказать вашу точку зрения в любом споре.

– О, благодарю вас, мистер Харди, – живо откликнулась Кэт.

– Моя дорогая Кэтлин, наконец-то мы встретились снова.

Кэт уставилась на джентльмена, который обратился к ней столь фамильярно.

– Мистер Пондер? – Она узнала бывшего поверенного в делах Трентон Майнинг Компани.

– О, Кэтлин, к чему такая скромность? – хмыкнул Пондер. – Как будто между нами не было взаимопонимания.

– Какого взаимопонимания?

Харрисон Пондер увлек ее на танцевальную площадку, явно собираясь извиниться за свое продолжительное отсутствие. Пока он ходил вокруг да около, Кэт потеряла интерес к беседе и стала отыскивать взглядом в толпе своих подопечных. Мэри Бет танцевала с приятным молодым человеком, но, если Кэт не ошибалась, он работал в похоронном бюро. Известно ли об этом Мэри Бет? А вот и Полин, болтающая с парнем, который делает пробный анализ для заявки на рудник «Девушка из Чикаго» по просьбе Коннора. Познакомившись с Кэт, он стал ей надоедать своими визитами, и Кэт пришлось оставлять его в гостиной с Нолин. Ингрид стояла в углу зала, пристально глядя в глаза какому-то молодому человеку, которого Кэт не видела раньше. И почему Ингрид не может танцевать, как все остальные нормальные женщины?

А где же… Кэт заметила Дженни, необычайно привлекательную в новом бледно-голубом наряде. Коннор не одобрил оригинальный фасон с низким квадратным вырезом. Он возражал против того, чтобы дочь выставляла грудь на всеобщее обозрение, и Кэт попросила портниху прикрыть вырез платья Дженни кружевами, но использовала этот же фасон без изменений в своем изумрудно-зеленом наряде. Когда Дженни увидела платье Кэт, то выразила недовольство по поводу своего наряда, что, однако, не помешало ей получить ворох комплиментов от сверстников, восторженно таращивших на нее глаза, а также от нескольких мужчин, которых Кэт сочла слишком старыми для шестнадцатилетней девушки. Коннор, вне себя от раздражения, попробовал было возражать и против выреза платья Кэт, но она не стала обращать на это внимания.

– Итак, ваша поездка была приятной? – вставила она в поток речи мистера Пондера.

– Дорогая Кэтлин, вы еще не сказали, что прощаете меня, – ответил он, окидывая Кэт горячим взглядом.

«Он явно пьян», – решила Кэт. В его дыхании чувствовался запах спиртного.

– А также я еще не позволяла вам называть меня по имени, – сурово заметила она.

– Я не думал, что на это требуется специальное разрешение.

– Вот как? – Кэт перестала танцевать. – Вы слишком самонадеянны, сэр.

Мистер Пондер сощурил глаза.

– Я повернул дело в вашу пользу, когда вы сказали, что я могу навестить вас. – Он повел себя, как последний негодяй.

– Я сказала, что вы можете зайти обсудить наше дело, – неуверенно проговорила Кэт.