Барон фон дер Зайцев 2 (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович

Добрались они до дома, и вошли на двор в пролом в заборе. А там сидят трое бомжей каких-то, и на костре, в котором куски забора горят, варят себе уху.

— Где хозяин дома? — хуком справа поприветствовал Семён ухарей. Кашевары попытались разбежаться, но новики их быстро выловили из углов.

— Где хозяин дома? — попробовал Георг на жмудском, а Отто Хольте на немецком.

Полиглоты ткнули в сторону… в три разные стороны.

Событие семьдесят второе

После рукоприкладства расхитители почти зайцевской собственности сориентировались по сторонам света и пообещали проводить даже, им не трудно, к домику, где живёт наследник недвижимости.

— Веди Сусанин, — выбрал самого благообразного кухаря Иоганн. А остальных велел новикам связать и проследить, чтобы не дематериализовались. Про бомжей в пятнадцатом веке Иван Фёдорович не слышал и хотелось ему узнать, кто они такие.

Домик наследника оказался далече, опять почти до самого постоялого двора и кузни добрались. Сусанин же и одну страшную географическую тайну выдал. Оказывается, эта дорога не простая. Здесь пересекаются тракты из Ревеле через Пернау вдоль побережья на Ригу, с тем, что идёт от Дерпта на Ригу и с тем, что идёт из Пскова сюда же. Но и это ещё не всё, с юго-востока сюда же приходит дорога с Полоцка из Литвы. В общем — это главные ворота Риги на восток, а та красивая башня, что стоит рядом с продаваемым подворьем — это Песчаная башня и там раньше городская стена проходила.

— Почему Песчаная? Из песка сделана. Ну, из песчаника, — полюбопытствовал бывший строитель.

— Нет, из камня, просто сразу за стеной барханы были, песок. Это сейчас застроили. И тот дом тоже на песке стоит. Там ничего не растёт.

Наследник был болен. Умирал? Иоганн доктором не был, но по жёлтым глазам и желтоватому цвету лица ясно было, что у товарища, чего-то не так с печенью. Ну или камни в желчном пузыре. Не, наверное, и десятки других причин было, но вот доктором Иван Фёдорович точно не был. И эти-то два диагноза поставил потому, что камни в желчном пузыре были у их начальника в строительной фирме, а потом и вовсе закупорка желчевыводящих путей случилась, и если бы не срочная операция, шеф бы умер. А ведь жалко, хороший был начальник. Умел выгодные работы найти.

— Острые боли в животе, справа под рёбрами? — решил он проверить догадку.

— Да! Да! Сил нет. А в последнее время совсем сильно и часто бывают.

Мысль интересная. Сможет Матильда вылечить желчекаменную болезнь? Начальник пил Марену красильную, золотарник и какую-то китайскую траву… бора-бора? Нет, не вспомнить, но двойное название. Ещё корни лопухов ел. Но ничего не помогло. Долечился травами до срочной операции. Врут, наверное, все эти народные целители? Не получится камни растворить? Во! Ещё отвар листьев одуванчика шеф пил. А чёрт его знает, сможет ли Матильда помочь, но попробовать стоит, а то так точно вымрет.

— Дом продаёте?

— Дом? А лекарь?

— Какой лекарь? Мы дом хотим купить…

— Я думал ты помощник лекаря, лекарь должен прийти, — сник толстяк.

— Так тот дом продаётся?

— Продаётся, сто марок, — скривился болезный и потянулся за питьём. Из-за шторки в комнате высунулась рожа девчушки, но тут же скрылась, узрев воинов в полном доспехе.

— Давай так…

— Вальтер Штибе. Я хозяин постоялого двора.

— Давай так, Вальтер, дом мы купим за восемьдесят марок, там ведь крыша из тростника, и она провалилась, а на остальные деньги тебя будет лечить известная на весь край ведьма Матильда, она даже самого архиепископа лечит.

— Девяносто пять…

— Да, подыхай ты тут в блевотине своей! — перед кроватью и действительно лужица дурно-кисло пахнущая была. А ведь точно, начальник Ивана Фёдоровича жаловался, что во время приступа его полностью наружу выворачивает.

— Я согласен! Согласен! — даже нашёл в себе силы вскочить Вальтер, когда Иоганн сделал вид, что уходить собирается.

Дом этот аварийный они перед тем, как ехать его покупать, осмотрели. Иоганн как специалист посмотрел, что там с фундаментом, что с перекрытиями. Дом двухэтажный и размерами метров десять на двенадцать. Домина настоящая. И высота потолков метра три. Хоромина целая. Фундамент, правда так себя. Свезли большие камни их кучей с четырёх сторон наложили и известковым раствором связали. Парень его поковырял. Монолит, лучше любого цемента. А вот перекрытие, особенно второго этажа, сгнили почти. Их менять придётся. К счастью, на целостность конструкции самого дома это никак не влияет. И даже проваленная в одном месте тростниковая крыша не катастрофа. Да, тростник придётся весь менять, если крушу оставлять из этого же материала, но сейчас зима, дождей нет и это можно делать не спеша. Дождь не навредит.

Перегородок внутри почти не было, только две на втором этаже. А внизу огромный зал с камином. И отличная из аккуратно подобранных и обтёсанных камней труба. За восемьдесят марок такой большой дом в центре Риги — это удача, ну, вложит марок десять в ремонт. Так во дворе ещё есть конюшня. И тоже из камня. И часть забора из камня. Крепость целая. Ну, а деревянная часть забора полностью сгнила, тут никуда не деться, нужно менять. И начинать кирпичную достраивать.

Бомжи оказались не бомжами… не, так-то бомжами. Это погорельцы из пригорода, и все семьи у них погибли, а сами выжили, потому что в момент захвата были в море на промысле, рыбу ловили, лодка есть у Иакова — главнюка у них, который и показывал домик наследника, какого-то своего дальнего-предальнего родича через жену. И который разрешил им пожить в доме пока и поохранять его от вандалов. А они начали с того, что забор стали разбирать на дрова. Надёжная охрана.

песчаная башня

Глава 25

Событие семьдесят третье

Всех трёх бомжеватых рыбаков забрали с собой в баронство. А то ведь вымрут от холода и голода. Да, у них есть приличная парусная лодка и сети, и морды, и прочие рыбацкие неводы, но есть и маленький нюанс — зима началась в этом году рано, и она очень холодная, ночью явно меньше десяти градусов, нос на улицу не высунуть. Плюсом сильный северный или северо-восточный ветер. Замёрз и Рижский залив и река Западная Двина. Где рыбачить этим рыбакам, и где и на что жить, всё сгорело вместе с жёнами и детьми⁈ Они руки опустили и милостыню просят, да, вот, пустил пожить их в полуразрушенном доме дальний родич. Так это временно, да и дом разрушен.

Человеколюбие, оно человеколюбием, но Иоганн тут сразу массу зайцев убивал решением забрать рыбаков с собой. И главное — эти бомжи не спалят его новое приобретение. Они ведь точно решат костёр жечь внутри дома. И рано или поздно подпалят там перекрытие полуобрушившееся и крышу. И тогда дом неизвестно, можно ли будет так легко восстановить. Сейчас можно отделаться заменой нескольких несущих балок и пола на втором этаже частично, ну и кровли, а вот, если там всё деревянное сгорит, то хрен знат, можно ли вообще будет починить. Как бы и стены не рухнули, ну или трещинами не пошли.

Вторым плюсом была лодка. Иоганн давно думал передвижение до Риги водным транспортом организовать. На реке Аа точно литвинов и прочих разбойников никаких нет, а она почти у самой Риги в залив впадает. Можно купить там на берегу немного земли и перевалочную базу устроить, а можно прямо на этой лодке и в устье Двины заходить, и прямо до его нового дома доплывать. Если идти длинным путём, то нужно покупать лодку, искать моряков, строить им дома в Кеммерне или Русском селе — полно головной боли.

А так, бабамс, и все проблемы решены. Есть лодка, есть готовые моряки. А жильё? Так чего проще. Его отец забрал с собой кучу крестьян возчиками и часть погибла вместе с бароном Зайцевым. Вот в эти дома мужиков и подселить. Семьям кормилец, дому хозяин, а Иоганну готовый моряк и рыбак. Три. Ведь копчёную рыбу на ура уже второй раз в Риге расхватали. Пусть ловят, а пацаны будут коптить. Можно и ещё котлов прикупить больших. В этот раз опять не удалось, так что несбыточными надеждами голову забивать. Залив замёрз, и никто ничего не привозит. Всё появится весною, привезут из Швеции.