Странный князь - Анатолий Н. Патман

но всё же постарались хоть немного одарить друг друга и своей любовью. Опасаться кого-либо нам тут уже не приходилось.

* * *

И утро у нас началось любовными утёхами. Конечно, мы встали поздно. И тархи успели вернуться, понятно, что все. Чтобы и им жизнь показалась хорошей, мы скормили заврикам всё оставшееся солёное мясо, а потом они получили понемножку моей жизненной Силы и магии. Вроде, всё же остались довольными, хоть и продолжали поглядывать всё также жадно.

— Да, погуляли мы с тобой, Акчул, славно. И как объясним другим такую добычу? За тварей, конечно, никто особо беспокоиться не будет, а вот за поиски эльфов возьмутся крепко.

— Не важно, Яснина. Да если узнают, кто мы, так только за это нас с тобой, Аэлиту и Эминэллу, да и других в Призрачном замке тоже, будут убивать долго и бесконечно жестоко. А меня уже убивают, чуть ли, не с детства. Моих родителей, уже ведь слышала, убили, когда мне было лишь пять лет. — Да, и что бы сказала моя жена, если бы узнала, что это сделали вампиры, может, и немного знакомые и ей? Но она об этом никогда не узнает! — Потом убили деда, и на меня покушался клан Водяного тумана. На Аэлиту напали огры, шаманы да степняки как раз по подсказке клана Золотого руна. Знаешь, я не думал, что смогу спасти её. Хорошо, что удалось. Пытались опорочить её же, Низану, а потом и убить меня эльфы из клана того же Водяного тумана. Соблазнили Ланиту, за которой я как-то пытался ухаживать, потом и Низану, эльфы из клана Гремучего камня, и они же хотели убить меня на Центральном рынке. А я ведь этих эльфов, кроме одного, никогда не видел. Просто тогда кто-то им помешал и убил их самих раньше. Знал бы я об их подлых намерениях, убил бы сам! Подло напали на мой дом и устроили засаду у торговца! И ведь опять кланы Золотого руна, Водяного тумана и Гремучего камня, потом и какого-то другого. Сама же следила.

— Акчул, а ты, получается, и за Ланитой ухаживал? Хотя, вроде, ты же как бы и предупреждал, чтобы к ней не приставали?

— Да, ладно, Яснина, прекрасно же всё знаешь. Я, что ли, виноват, что наши женщины падки на эльфов?

— Ну и глупышки! Поделом им! — тут лицо жены немного помрачилось. Видимо, вспомнила, что и сама чуть не сглупила со своим вампиром. — Да, этим эльфам всё не неймётся. Чего это клану Золотого руна караулить всех подряд вокруг наших земель? Точно ведь тебя, Акчул, и нас хотят убить. Ладно, и что сейчас будем делать?

— Ладно, Яснина, что-нибудь придумаем.

Судя по описанию земель, мы находились недалеко от берега Длинного озера, так и Призрачной стены. Чуть севернее как раз и лежало имение Радужная бухта, а где-то здесь должно было находиться одно из княжеских имений Светлая струйка. Чуть позже мы нашли и развалины, понятно, что немало и чужой магии. Памятуя о недавних поисках в имении Сабриэль, я начал искать что-нибудь типа подземного хода. Нашёл под одним холмиком, но он оказался обваленным. Потом моё внимание привлекли развалины одного небольшого строения. Чужой магии там почти не наблюдалось, зато вполне чувствовалась княжеская. Мы залезли в небольшой подвал. И нам там улыбнулась удача. Выход подземного хода быль сильно защищён магией, но княжеской, и нам, даже вместе, спокойно удалось дойти до подвала или замка, или просто большого дома, ну, что там наверху стояло. Источник Силы, и неплохой, вполне действовал, но магические каналы наверху, похоже, были просто перерублены. Конечно, нам он подчинился легко. Теперь и в этот подвал могли зайти лишь мои жёны и наследники. А всем другим требовался артефакт доступа, и именно сюда.

Чуть позже нам удалось найти и выход наверх, и я тут же устранил несколько обрывов в магических каналах и жгутах. Уже княжеская магия потекла наверх. Думаю, что в скором времени чужая магия во многом будет поглощена и переработана.

Конечно, нам захотелось обследовать и подвал. И он оказался намного богаче подвала имения Сабриэля. Нашли мы и сокровищницу. Жаль, что с Призрачным замком не сравнить, но разных богатств и сокровищ точно было очень много!

— Акчул, надо же, как повезло! — глаза вампирши откровенно горели от возбуждения. — Ты не находишь, что это надо отметить!

Конечно, мы отметили. Прямо сразу же расположились на найденной одежде, выпили вина и закусили сухариками из подвала и страстно вцепились друг в друга. И для нас время просто потеряло свой счёт. И на этот раз мы любили друг друга долго и страстно. Похоже, подустав, даже вздремнули чуть-чуть, но проснулись и начали торопливо собираться.

В подвале нашлось прилично и солёного мяса, и тут наши тархи ещё получили любимых лакомств. Конечно, вся наша добыча, кроме тартарских денег примерно под тысячу золотых, перекочевала в сокровищницу. С собой мы взяли всего лишь побольше солёного мяса и, конечно, вина, на этот раз прилично нагрузив и остальные тархи. Здесь оно оказалось немного иным, чем в подвале Призрачного замка. А там народа много. Пригодится.

* * *

— И как тебе мальчишка, Сариван? По мне, вредный он какой-то! Взял и всех отправил обратно и никому ничего не пообещал. Так ещё попросил признать себя единственным вождём сувар! Наши кланы его не признают!

— Не знаю, что тебе и сказать, Шеркей. Но, думаю, что он скрыл от нас что-то важное. Смотри сам: и жена у него эльфийка, да непростая, и нас на обратную дорогу магическими вещами снабдил, да такими, что вождь Акчюр налюбоваться не может. Вон, попробовали на нас напасть эльфы из клана Водяного тумана, так мы сходу сбили трёх чудищ, захватили их княжича и княжну, да немалой добычей разжились. Вон, эльфы только за погибших выплатили большой выкуп, а уж за живых даже не знаю, сколько будет. И теперь ведь и близко подлететь боятся. Думаю, что больше на нас уже никто не нападёт, и нам удастся спокойно дойти до дома. Немного ведь осталось, лиг двести всего до нашей Суварской Пустоши! Ничего, скоро дойдём!

— Так эльфы же больше озлятся. Как они смотрели на нас, когда пришли просить отпустить своих эльфов.

— Плевать на них! Пусть! Они же напали на нас не для того, чтобы поиграть, а убить. И так ведь двоих наших убили и троих ранили. Хорошо, что вождь Акчул лекарю Алшаву такие хорошие лечебные артефакты отдал. Теперь раненые жить будут. Видишь же, что он