Сочинитель - Андрей Русланович Буторин

– Значит, нужно его опередить, – сказал Околот. – И сделать это, считаю, можете только вы, трубники. Ведь вы всех скупщиков знаете, отношения между вами налажены, они вам доверяют. Идите и расскажите им всем все как есть. Что скоро обмен гостинцев на товары восстановится, но заниматься этим будем мы. И что на них по-прежнему рассчитываем, ничего у них не изменится – как собирали у народа гостинцы, так и будут собирать. И скажи, что это я им слово даю – все ж, надеюсь, мне они больше, чем безмозглому Микроцефалу, доверяют.

– Я им тоже слово дам, – стукнул в грудь кулаком Потап. – Моему еще больше поверят. Только скажи-ка: про другой этот ваш мир им тоже рассказывать?

– А вот это пока не стоит. Этим как раз можно доверие подорвать. Да и ты сам же говорил, что смысла это знание сейчас никакого не имеет, так зачем же усложнять? Важно еще, чтобы, если заваруха все же начнется, скупщики на нашей стороне были.

Принятое решение устроило всех, и трубники отправились воплощать сказанное в жизнь.

– Ничего, прорвемся, – уверенно заявил на прощание главный трубник, – ждите.

Нужно сказать, что это заявление Потапа сочинителя действительно успокоило, а скорее всего и не его одного.

* * *

Но спокойствие длилось недолго. К исходу первых суток ожидания нервничать стали все. Васюта, для того чтобы отвлечься, как заведенный сочинял стихи – по большей части откровенную чушь, вроде такого:

Нож гильотины совсем уже низко… Как же мне плохо! Налейте мне виски!

Но одно, про Валерку Микроцефала, получилось еще куда ни шло:

С мозгом проблема была у Валеры – Не было мозгу какой-либо меры. Ведь для того, измерять его чтоб, Нужен был слишком большой микроскоп.

Потом Анюта на правах заместителя командира группировки заявила, что пойдет со своими девчонками в город – узнать, что там творится. Никаких возражений Околота и Силадана слушать она не хотела, тем более Светуля с Олюшкой ее решение поддержали – сидеть на месте без дела, да еще в столь напряженной ситуации, они не привыкли. Васюта, поняв после нескольких активных попыток, что и ему отговорить любимую не удастся, тоже наверняка пошел бы вместе с ними, а там, глядишь, за «сыночком» подтянулись бы и Лива с Сисом… Короче говоря, неизвестно, чем бы все это кончилось, вряд ли бы чем-то особо хорошим, но в дом Околота вновь заявились трубники – на сей раз только Хмурый с Кривоносом.

– Ну что? – столпились возле них «мончаки». – Удалось договориться со скупщиками?

– Удалось… – как-то не очень уверенно ответил Хмурый. А Кривонос добавил:

– Только они плату за это требуют.

– Плату? – шевельнул бровями Околот. – Это за что же? За то, что мы им предлагаем как раз и иметь свой куш в этом деле?

– Ну так это когда еще будет, – вновь взял слово Хмурый, – и будет ли вообще… Это не мои слова, это они так сказали, когда Потап их всех собрал. Ну и дали понять, почти в открытую, что им как бы похрен, кто, откуда и на чем будет возить товары в обмен на гостинцы, так что для них большой разницы нет, канталахтинцы это, Валерка Микроцефал или мы с вами.

– Ни хрена себе нет разницы! – возмутился Васюта. – Микроцефал вообще ничего ниоткуда возить не сможет, а мы предлагаем реальную выгоду всем!

– Так мы это им говорили. А они, как я уже сказал, в ответ, что это еще неизвестно когда случится, да и вообще… И потом, некоторые из них, которые вроде и готовы поставить именно на нас, говорят, что вот, мол, придет вездеход за гостинцами, а где они, гостинцы-то? Люди перестали их искать и сдавать им, а старых запасов почти не осталось. Короче, они хотят гостинцев уже сейчас, и побольше, и чтобы часть из них стала той самой платой за то, что они нас поддержат.

– Потому что если они будут за нас, – снова подхватил Кривонос, – то значит, что против Микроцефала, а тот и против них тогда станет людей натравливать. А им придется отбиваться, что может и к жертвам среди скупщиков привести. Так что и это как бы тоже в ту плату входит.

– Ну так надо, чтобы они тоже поактивнее народ успокаивать принялись! – взмахнул руками Силадан. – Если трубники со скупщиками вместе за это возьмутся – наверняка же большинство на свою сторону перетянут! Тем более скупщики-то больше трубников с людьми общаются, им проще будет договориться. Да и мы ведь еще есть тоже. Что нам всем тогда этот Валерка со своими прихвостнями, которых вряд ли после такого много сыщется!

– Так они будут успокаивать, – кивнул Хмурый, – будут договариваться. Но плату хотят вперед.

– Да что это за кровососы такие! – возмутился Васюта. – Ведь так-то мы бы и вообще без них обойтись могли! Вон девчонки, как и хотели, стали бы гостинцы у людей собирать, кто-нибудь из трубников еще этим бы занялся…

Силадан повернул к нему голову:

– Но, как мы об этом раньше говорили, это бы скупщикам очень не понравилось. А как говорит нынешняя ситуация, они тогда и вовсе пойдут против нас войной, встав на сторону Микроцефала и взбаламутив как следует жителей города. Нам будет не выстоять, это и к бабке не ходи.

– Так ясен пень, что не выстоять… – стушевался сочинитель. – Ну, так а что тогда делать? Где мы возьмем эти гостинцы? Хотя… – вспомнил он. – Мы же с Хмурым добыли кое-что, когда в «микроскопе» по «туннелю» путешествовали! Давайте часть из этого хабара им и дадим.

– Даже если мы все это им отдадим, будет мало, – сказал Хмурый. – Нужно еще два раза по столько же.

– Да они совсем оборзели! – возмутился Васюта, и его поддержали почти все «мончаки», лишь Околот заметил:

– Так ведь сказано: платой будет лишь часть этого, остальное – для дальнейшего обмена на товары. И тут я скупщиков, между прочим, поддерживаю. Иначе что же, вездеход пустым в Романов-на-Мурмане отправится? Или ждать-стоять будет, пока гостинцы насобирают да наносят? Не хотелось бы время терять, нужно, чтобы в Романове сразу поняли, что с нами есть смысл дело иметь, что Лом с Заном не впустую языками трепали.

– И Медок, – добавил Васюта.

– Ну, Медок не языком, хвостом разве что.

В итоге все в большей или меньшей степени осознали, что иного выхода, как выполнить требование скупщиков, у них не имеется. Оставалось придумать, где взять недостающие гостинцы. Для начала отдали Хмурому и Кривоносу все, что было на