Радуга любви - Джо Фергюсон

– Пишите как можете. – Она облокотилась о край стола и отскочила, когда Кевин швырнул мел и прорычал ругательство.

Мел разбился, Кевин схватил самый большой кусок и с нажимом вывел крестик в центре доски.

– Вот! Этого довольно? – Его страдания были очевидны, и Саманта почувствовала угрызения совести, но отступать не собиралась.

– Нет, – мягко ответила она. – Послушайте, Кевин, если вы с Джоулом откроете крупную жилу и разбогатеете, найдется много-много желающих вас обмануть, и чтобы этого не случилось, вы должны научиться читать и писать.

– Я могу нанять адвокатов и бухгалтеров, они будут вести мои дела, – возразил он.

Саманта села рядом с ним.

– Но адвокаты тоже бывают нечестными. Прежде чем поставить свою подпись на документе, вы должны его прочитать. Иначе ваши деньги могут перекочевать на чужие счета.

Охваченный отчаянием Кевин готов был крушить все вокруг. Девушка, которой он добивался, изобличила его. Все эти годы он скрывал свой позор, постоянно чувствуя себя ниже тех, кто в жизни продвинулся дальше шахтерского городка в Пенсильвании.

Но как могла учуять это Саманта? И что еще ей известно? Ведь в жизни у него много такого, о чем никто не должен знать. Кевин покачал головой. Нет, она не могла догадаться. А вдруг?.. При этой мысли Кевину становилось тошно.

– Мне некогда было учиться, – проворчал он. – Мальчишкой я работал по двенадцать часов под землей шесть дней в неделю, и у меня не было сил сидеть за букварем.

Саманта накрыла ладонью его руку и улыбнулась:

– Я помогу вам.

– Нет! – Кевин перешагнул через лавку, взял крынку и подошел к бадейке. – Проклятие! – зарычал он, увидев, что вода замерзла.

Саманта подошла к плите и налила кофе из котелка.

– Возьмите, Кевин. – Она протянула ему чашку и робко спросила: – Может, согласитесь, чтобы я учила вас чтению и письму?

– Слишком поздно! – бросил он, беря чашку.

– Но почему? – Саманте хотелось сделать это доброе дело, тем более что она чувствовала свою вину перед Кевином, скрывая от него свои чувства к Джоулу. Ей не хотелось причинять ему страдания. Жизнь и так не баловала его. Но так уж случилось.

Он положил руку Саманте на плечо и стал ласково ее поглаживать, неожиданно расплывшись в улыбке. Только глупец может отказаться от представившейся возможности. Он заметил, что она неравнодушна к Джоулу, и решил победить в этом поединке. Теперь они с Самантой чаще будут общаться, и он своего добьется.

– Хорошо, – почти весело проговорил он. – Если вы готовы взять в ученики такого тугодума, как я, рад стараться. Вы правы, мне просто необходимо научиться читать и писать.

– Замечательно. – Саманта подвела его к импровизированной грифельной доске и взяла мел. – Начнем с алфавита. Как только выучите буквы, приступим к чтению.

Кевин обвил рукой ее хрупкую талию и, придвинувшись к столу, склонился над каменной плитой. Саманта, медленно выводившая на ней букву «А», за разговором не замечала, как его пальцы скользят вдоль ее руки. Он прикасался к ней осторожно, без намека на страсть, чтобы не отпугнуть.

Даже не пытался поцеловать. Хотя соблазн был велик, ведь Саманта находилась так близко!

Через час занятия закончились. Саманта осталась довольна успехами своего ученика. Кевин восстановил зачатки тех знаний, которые урывками получал в своем шахтерском городке.

– Завтра продолжим, – сказала Саманта решительным тоном.

– А вы строгая, – заулыбался Кевин, однако, услышав снаружи шаги, приуныл.

Вместе с ледяным ветром в хибару вихрем влетел Джоул. Саманта радушно улыбнулась – большего она не могла себе позволить. Хотя готова была броситься ему на шею и согреть поцелуями его замерзшие губы. Удовольствовавшись простым приветствием, она стала наливать всем кофе.

Джоул скинул с плеч тяжелую парку и, держа под мышкой какой-то сверток, неловко расшнуровал ботинки.

– Ну и холодина! – сказал он, пройдя в носках через комнату. – Проклятый ветер дует прямо с Северного полюса. Надо было повременить с поездкой. Спасибо, – добавил он, взяв у Саманты чашку и поднося ее к усам, чтобы паром растопить намерзший лед.

– Вы достали что хотели? – спросила она. У нее перехватило дыхание, когда он обратил к ней взгляд, полный страсти, которую не могла остудить самая суровая зима. После той сладкой ночи любви, казалось, прошла целая вечность.

– В Гранд-Форксе этого не достанешь. – Он заметил, как порозовела Саманта.

Джоул мельком взглянул на партнера. Эти три дня, пока пурга удерживала их в хибаре, он не раз намекал Кевину, что девушка сделала свой выбор, но тот быстро менял тему. Он как будто намеренно игнорировал все, что могло разрушить его мечту завладеть Самантой.

Что ж, раз он настолько тупой, придется объяснить ему в менее вежливой форме. Хотя, возможно, он все уже знает, Сэм с трудом скрывала свои чувства. Джоул улыбнулся и торжественно положил сверток на стол.

– Разверните, Саманта. Это вам.

– Мне?

– Разумеется. – Он засмеялся, видя ее по-детски восторженное лицо. Знала бы Сэм, как он жаждет засыпать ее подарками, достойными ее красоты! – Вы разве не собираетесь посмотреть на мои покупки?

Саманта быстро развязала грубую бечевку, развернула сверток и восхищенно вздохнула. Джоул вспомнил более сладкий вздох возле своего уха, когда она была в его объятиях. У него забурлила кровь, но он приглушил жажду и стал наблюдать, как девушка с волнением вынимает подарки.

Она скользнула в парку из медвежьей шкуры и натянула капюшон, отороченный мехом. Его темный цвет, почти такого же оттенка, как ее глаза, очень ей шел. Она застегнула крючки. Шуба была чуть-чуть выше колен. Саманта с наслаждением погладила пышный мех. Просто не верилось, что больше не придется мерзнуть.

Она округлила глаза, увидев остальные вещи, прежде всего – прелестные замшевые перчатки, расшитые бисером. Она натянула их. Размер подходил почти идеально.

Саманта разулась и сунула ноги в новые мокасины. Серовато-белый кроличий мех ласкал пальцы. Она засмеялась и медленно повернулась кругом.

– Вы замечательно выглядите, – поспешил сказать Кевин. Интересно, однако, на какое золото куплены эти вещи? То, что находилось в шкатулке, было потрачено в Доусоне. Они могли бы поинтересоваться, сколько он заплатил доктору. Но ни Саманта, ни Джоул не спросили об этом, а он не стал объяснять, куда ушло все остальное.

– Главное – мне тепло. – Саманта протянула Джоулу руки в перчатках и поблагодарила его поцелуем, более целомудренным, чем хотелось бы. Затем поцеловала сидевшего на лавке Кевина. – Спасибо вам. Каким образом вы купили все это?