Полночный поцелуй - Клер Уиллис

— Морган, это мой свитер, Люси просто брала его у меня. Я хочу забрать его, вы не против?

— Ну разумеется, — ответила Морган, все еще с подозрением глядя на меня.

И, словно решив, что хочет как можно быстрее от меня избавиться, Морган начала помогать мне упаковывать вещи Люси. Мы закончили быстро, и все это время я старалась не прикасаться к ней. Но когда ми прощались в холле, она протянула мне руку. Я сделала глубокий вдох и пожала ее.

«Я слышала, что в Сан-Франциско полно извращенцев, но ты побила все рекорды».

Вернувшись в свой кабинет, я закрыла дверь и пожалела, что не могу ее запереть. Села за стол и погрузила лицо в свитер Люси. В голове снова всплыл образ обнимающихся Эрика и Люси, но я отодвинула его, желая обдумать то, что случилось с Морган.

Если для анализа ситуации воспользоваться информацией, полученной от Николая, получается, что вампирский ген помогает мне читать мысли. Но почему только мама и Морган? Почему я не узнала, что Лакшми выходит замуж или про подлую интригу Кимберли, мечтавшей вернуть себе «Тангенто»? Видимо, потому что у Морган есть вампирский ген и у моей мамы тоже. Вероятно, это означает, что вампирский ген был и у Люси. Эрик превращал Люси точно так же, как превращает меня. Она порвала с Лесом, чтобы быть с Эриком, но умерла раньше, чем смогла воспользоваться своим шансом, и Эрик обратился к холостячке номер два.

Теперь понятно, почему Сулейман и Моравия заявили, что им не нравится концепция Люси для их кампании. Они работали на Эрика (вероятно, отсюда и деньги на рекламную кампанию). И специально сказали это, чтобы заманить меня к себе в клуб, где Эрик сможет вонзить в меня свои клыки.

Но зачем я ему? О, мне хотелось верить, что это любовь, но его объятия с Люси набрасывали ужасную тень сомнения на эту теорию. Мог ли он любить Люси? Вполне возможный сценарий таков: Эрик сначала выбрал себе в компаньоны Люси, но она случайно умерла во время превращения, Николай говорил, что такое случается. Просто несчастный случай, никакого умысла. Другой вариант: Эрик хотел убить Люси, и ему это удалось. Ни один из этих сценариев не сулил мне ничего хорошего.

Существовало всего несколько возможных выходов из положения, в котором оказалась сейчас я. Можно согласиться на превращение и стать компаньоном Эрика на весь отпущенный нам срок, если Николай не ошибается и Эрик хочет именно этого. Тогда я смогу быть с мужчиной, к которому так сильно (пугающе сильно) привязалась. Я пыталась не думать о других, более эгоистичных, преимуществах вроде возможности читать мысли клиентов и предлагать им рекламные кампании, на которые они всегда надеялись, а значит, стать лучшим сотрудником «Д ВУ». Или даже снова начать выступать, читая мысли режиссеров по подбору актеров и показывая им именно то, что они хотят увидеть. Но если я на такое решусь, мне придется жить вампиром, а это не лучший образ жизни для вечной девочки-скаута вроде меня. Я не могла представить себе годы и годы, проведенные на задворках человеческого общества в качестве кровопийцы и парии, крадущейся в темноте…

Или я могу просто умереть, как Люси.

Но у меня был еще один путь. Николай, охотник на вампиров, умолял меня даже не рассматривать его. Я могу убить вампира до того, как он убьет меня.

Я шла по офису как зомби, не замечая никого, и уже вышла на парковку, как вдруг вспомнила, что я сегодня без машины. Пришлось завернуть за угол, к отелю «Фермонт». Под богато украшенным навесом швейцар, одетый как бифитер, открывал дверцу такси перед жирной парой в свитерах с надписями: «Меня заперли в Алькатрасе».

Я оттолкнула их и сказала швейцару:

— Мне нужно это такси. Я беременна, и, кажется, у меня начался выкидыш.

Супруги в ужасе попятились, а швейцар, поддерживая меня под локоть, помог сесть в машину. Я назвала водителю, средних лет женщине, подстриженной под ежик, с сигаретой во рту, адрес Николая. Она сквозь табачный дым посмотрела на меня в зеркало заднего вида:

— Разве тебе не в больницу?

Я виновато улыбнулась:

— Я соврала.

Она пожала плечами:

— Все нормально, я все равно туристов терпеть не могу. Ты к дилеру? Можешь купить что-нибудь для меня?

Я хотела оскорбиться на ее предположение, что я еду за наркотиками, но передумала. Выгляжу как смерть, отталкиваю пассажиров, чтобы захватить такси, и прошу отвезти меня к дому в квартале Миссии, который находится на углу героиновой улицы и метамфетаминовой авеню. Право же, у нее есть для этого все основания.

— Не думаю, что вам нужно хоть что-то из того, что я собираюсь там получить.

— Ну ладно. — Остаток пути мы проехали в молчании. Высаживаясь, у дома Николая, я протянула ей десятидолларовую бумажку. — Удачи, — невозмутимо произнесла она.

Едва она отъехала, я пожалела, что не попросила ее подождать. Вдруг Николая нет дома? В три часа дня большинство людей находятся на работе. Нажала кнопку домофона.

Мне никто не ответил. Позвонив еще раз, я обошла дом кругом и вышла на небольшую парковочную площадку позади него. Там стояла старая «шевроле-импала» с открытым капотом. Двое мужчин склонились над двигателем. Мне показалось, что один из них, в пиратской рубашке и черных кожаных штанах, и есть Николай.

Я подошла и услышала, как он говорит:

— Lo siento. Necesitas una nueva transmision[7].

— Привет, Николай, — произнесла я.

Он резко выпрямился. Молодой испанец, стоявший рядом, посмотрел; на меня безо всякого любопытства.

— А я и не знала, что вы умеете чинить автомобили, — глупо сказала я. «Разве не все восточноевропейские вампиры разговаривают по-испански?»

Николай взял грязное полотенце и вытер руки.

— Нам всем приходится зарабатывать деньги. Я рад снова видеть вас, Анджела. Мне еще столько всего нужно вам сказать! — Он повернулся к своему компаньону и произнес: — Esperame[8].

Мы оставили его пялиться в двигатель. Возможно, он надеялся на чудо.

Мы поднялись по лестнице в квартиру Николая. Он усадил меня в то же самое кресло с подголовником, что; и в прошлый раз, а сам сел на диван напротив, положил руки на бедра и выжидательно посмотрел на меня. Если в тот раз он показался мне похожим на Зигмунда Фрейда в аду, то сейчас у меня возникло ощущение, что я сама в аду.

— Я должна узнать, как можно от него избавиться. — Фраза выскочила из моего рта неожиданно.

Николай просто сидел и ждал, когда я расскажу все.

— Он убил Люси, когда пытался ее превратить, а теперь занялся мной. У меня осталось совсем мало времени. — Я облизнула губы. Пересохший рот словно набили ватой. — Я могу разговаривать с вами сейчас только потому, что не видела его уже два дня. Если это произойдет снова, я уверена, что у меня уже не останется сил защищаться.