Сила Разрушителя - Сергей Степаненко

— Обалдели, серые?! — закричал Ромка, пытаясь достать забившегося ему в штанину Рома, в то время как Рем шустро забрался на мое плечо.

— Тихо. Там, наверху, еще кто-то есть.

Вот теперь и Ромка проснулся окончательно. Я погладил дрожащего Рема, тот горячим комочком чуть не влез мне в ладонь.

— Да что случилось, малыш? Кто вас так напугал?

— Кот! Там кот!!! Этот гад там всю ночь просидел — голодный, злой!

Ну да: установив купол, я помешал зверьку спуститься вниз, отрезав его от земли. Хотя мог бы и спрыгнуть, тут всего метра четыре, для нормального кота — не расстояние.

— Ну-ка спрячься, хвостатик! — Я посадил Рема в карман и позвал виновника торжества: — Кис-кис-кис! Эй, пушистый разбойник, спускайся! Не обидим!

Рома покрутил пальцем у виска, но сверху донеслось хриплое:

— Ма-а-ау?

— Да мяу, мяу! Слезай уже.

Наверху зашелестело, посыпались листья, орехи и мелкие веточки. Вкупе с дождем — не самое приятное ощущение.

— Я тебе хвост оборву! — взвыл сын, в сердцах пнув ствол дерева и отчаянно выгребая мусор из-за шиворота.

— Молодец, успокоил хулигана.

— А чего он?!

Дальнейший спор прервало появление на арене сразу нескольких персонажей. Раздался рык, и оба стреноженных гаджа, неуклюже подпрыгивая, выгнали прямо под ноги нам крошечного полосатого поросенка. Звери толкались, мешая друг другу, топтали наши вещи, подлюка Сарни, зацепив задней лапой мой рюкзак, забросил его далеко в низкий кустарник. Мелкий свинтус не сдавался, с визгом крутясь у них под лапами, и, по-моему, умудрился даже укусить Игги. Я полез искать улетевшее имущество и нос к носу столкнулся с разъяренным кабаном, спешащим на выручку потомству. Как был, рванул от хрюкающего агрессора с низкого старта, на четвереньках. За спиной громыхали копыта, перед глазами мелькали стебли трав, камешки, в ладони впилось что-то острое… Мощный рывок за шиворот сдернул меня в сторону. Преследователь, мелькнув грязным боком, впечатался в дерево так, что ствол затрясся. Вот так, свин, инерцию еще никто не отменял! Гаджи с блеянием поспешили спрятаться за нашими спинами, визжащий поросенок бросился к родителю, а необразованный кабан, не знающий физики, наконец отлепил пятак от ствола. Неуклюже развернувшись, он поглядел прямо на меня налитыми кровью маленькими глазками, взрыл передним копытом землю. Я потянулся за мечом и обнаружил, что Гелисворт мирно лежит под деревом. Вот блин! Краем глаза заметил, как Ромка, дотянувшись до катаны, плавным движением извлек клинок. Я лихорадочно пытался вспомнить какое-то смертоубийственное заклинание — бесполезно! Хоть я и Великий Разрушитель, но колдун из меня все же аховый. И тут с отчаянным мяуканьем с ветки на кабана свалился кот! Прямо на голову и вцепился в торчащие уши. Глаза кабана моментально округлились, здоровенный и весьма подранный серый котяра снова взвыл, рванул жертву когтями. Раздался сдвоенный вопль, и кабан с оседлавшим его кошаком исчезли в кустах, а секундой позже, туда же канул верещащий поросенок…

— Офигеть, утро началось!.. — прохрипел Рома, стоя посреди разгромленного лагеря.

Порядок наводили в четыре руки, потом я полез в кусты за рюкзаком, а когда вернулся, Ромка успел собрать целую горку орехов. Счастливые мыши сидели рядом и старательно выгрызали ядрышки. Рома многозначительно покосился на них.

— Да понял, понял! — произнес я, бросая рюкзак под дерево и выколдовывая широкое блюдо. — Завтрак — это святое. Укладывай орешки.

Рома быстренько выполнил приказ, я щелкнул пальцами, и скорлупки с треском начали разлетаться в разные стороны, оставив на блюде лишь вкусно пахнущие обжаренные ядрышки. Потом на блюде появились две чашки, кофейник, маленький кувшинчик сливок и тарелки с бутербродами.

— Ух ты! — восхитился Ромка, наполняя чашки горячим ароматным напитком. — Здорово!

— Здорово, — согласился я, забросив орешек в рот. — Только не привыкай к халяве.

— Почему?

— А чтоб руками делать ничего не разучился!

ГЛАВА 13

Тропа, по которой мы ехали, поворачивала в гору и дальше вилась по довольно опасным склонам. Лошадь тут бы точно не прошла. Но гаджей с их мягкими лапами склоны не смущали. Я еще излагал Ромке свои соображения на тему, не стоит ли спешиться и вести животных на поводу, а мой Игги уже ловко карабкался вверх, Сарни не отставал. Двигаться, правда, пришлось гуськом, и разговор прервался сам собой. Время от времени мы обменивались короткими фразами — и только.

Я обхватил руками шею своего гаджа и всем телом прижался к его спине — очень не хотелось вывалиться из седла. Хорош был бы герой!

«Ага! Так все-таки герой!» — оживился голос.

«Да пошел ты!..»

«Рад бы, да не могу. За неимением ног, разумеется».

«Хорошо, оставайся, — великодушно разрешил я. — Ты, кстати, по делу или просто так?»

«А что, просто так уже нельзя?» — язвительно осведомился голос.

«Нет, ну чего сразу в позу-то?! Можно, конечно, куда ж я от тебя денусь?»

«То-то и оно, что не денешься… — вздохнул он, — но я и правда по делу».

«Ну давай».

«Так вот… как я погляжу — Роман, а теперь и ты, полностью встали на сторону ташшаров».

«А что? Опять не так?»

«Только то, что в любом конфликте — две стороны».

«На вторую сторону никто не охотится», — заметил я.

«Ой ли?»

«Я снова чего-то не знаю?»

«А ты никогда ничего не знаешь! Прешь напролом и надеешься на авось! Что, не так?»

«Это ты утрируешь!» — обиделся я.

«Совсем немного, — возразил тот. — Хорошо, не будем переходить на личности. Вернемся к местным проблемам. Ташшары и колдуны».

«Ну?..»

«Сезон охоты на кровососов — мера вынужденная, — сообщил голос. — Только не язви сейчас, а выслушай!»

«Слушаю, слушаю…»

«Так вот, когда Хайверги, изгнанные из Иррата за несогласие с политикой Са-Масте, обосновались на Амеште, иглоносцы были страшной угрозой. Да, тебе показалось, что они — милые ребята, но все равно — вампиры. Такова их природа. Сам знаешь, что делает их укус с простым смертным. И когда приходит полнолуние, высвобождаются их темные инстинкты и остается лишь жажда крови, вытесняя все остальное. Семьсот лет назад их панически боялись, а упыризмом был заражен каждый пятый…»

«Страшно. Но, может, это был их мир, а человек, как всегда, влез и все испортил?»

«А может, ты все же дослушаешь? Это был мир людей, Арчи! Людей, которые постепенно превращались в кровожадных чудищ. И когда пришли Хайверги и вступили с твоими милыми упырями в войну, местное население их на руках готово было носить. Поначалу это была тотальная война, Сезон охоты появился позже, когда численность кусачих тварей снизилась до приемлемых пределов».