Допрос с пристрастием - Данил Корецкий

Сколько ни ломал Клоп свою изощренную голову, ответить на этот вопрос он так и не смог. Надо было продумать линию поведения… Конечно, самое лучшее — прикинуться лохом… Но изображать неопытного фраера Клопу никогда не приходилось. С его рожей, повадками и тюремной росписью по всему телу это было бы глупо. Значит, надо быть самим собой. Менжеваться, как ушастый фраер, он не стал. Просто закрыт глаза и уснул.

— Он бывает в «Актере» почти каждый вечер, — доложил Рывков, обеспечивавший наблюдение за Земой в последние дни. — Встречается там со своими дружками, обсуждает дела. Сидят, пьют пиво, едят рыбу, курят. Вроде как клуб по интересам… Там самое подходящее место…

— Ясно, — кивнул Лис и, немного подумав, черкнул на чистом листе резкую прямую линию. Такую резкую, что бумага прорвалась. Он смял ее, бросил в корзину и в очередной раз посмотрел на часы. Уже два. Черт!

— Сколько с ним обычно людей?

— Двое, трое… Такие же босяки, как и он. Только вчера он встречался с каким-то солидным дядей… Костюмчик, галстук, приехал на черной «Волге» на пустырь между «Трудовыми резервами» и парком Революции. Зема к нему сел, перетерли минут десять и разошлись.

— Гм, интересно… Ну да ладно, это к делу не относится. Значит, так — имитируем драку со стрельбой. Заранее подгоняем к месту группу задержания ОВО[54] или патруль, но без расшифровки. Вроде есть информация о залетных бандитах. После выстрелов они заходят, кладут всех мордой вниз, обыскивают… Все должно быть естественно! Готовят «постановку» Волошин, Гусаров и Сигаев. Волошин старший…

Снова взгляд на часы. Два десять. Леший вовремя не отзвонился. Это быт тревожный сигнал. У милицейского агента, работающего в криминальной среде, профессия более опасная, чем у разведчика за кордоном. Там, по крайней мере, действуют цивилизованные законы, профессиональные адвокаты, гуманная общественность. А у уголовников один закон — перо в бок или удавка на шею…

— Филипп Михайлович, может, мне надеть форму и зайти вместе с патрулем? — предложил Рывков. — Для контроля ситуации…

— А что, не помешает, — сказал Волошин. Но Лис показал головой.

— Не надо. Пойдут слухи, что РУБОП заинтересован. Наоборот — все должно выглядеть как случайность.

— Кого поставим на драку? — спросил Гусар. Стрелки будто остановились. А телефон молчал.

Странно. Раньше, когда приходилось использовать уличные таксофоны, сбои в связи можно было объяснить: тот не работает, там трубка оторвана, там монетоприемник забит… Но теперь у каждого своя трубка, а у Лешего их всегда несколько…

— Так кого, шеф?

— Что? А-а… Сам подбери. Не из наших. Или из областного розыска, или из сельского района, чтоб в лицо не знали.

Где же Леший? Убит? Или «спалился» на угоне? Тогда, может, и Зема сгорел? И вся операция пойдет псу под хвост…

— А как стрелять? Холостыми?

— Нет, холостыми нельзя — и звук другой, да и не перезарядится. Там потолок из толстых досок, с бревнами, потом бетонная плита… И не пробьет, и рикошета не даст… Пусть старается в бревно попасть, если получится. Много не надо. Два раза шмальнул — и пусть уносят ноги. Сразу, без раскачки. Чтобы потом не ломать голову, как их вывести из дела. Вопросы есть? Все свободны! Волошин готовит план операции и представляет мне через час. Рома, принеси мне сегодняшнюю сводку…

Дожидаясь, пока Рывков вернется, Лис нервно ходил по кабинету, выглядывал в окно на хмурый пейзаж осеннего города. Воздух сейчас свежий, чистый, хорошо гулять по парку, слушать, как шелестит листва под ногами, дышать полной грудью, держать за руку Ребенка… Он набрал Катин номер. Не отвечает.

— Вот сводка, шеф, — ворвался запыхавшийся Рывков.

Лис быстро пробежал глазами сухие сообщения о совершенных в городе за сутки преступлениях и всевозможных ЧП. Их произошло немало. Кражи, разбои, грабежи, поджоги, даже убийства. Но его интересовало только одно преступление. Он заранее знал, когда и где оно свершится. Даже состав и количество участников были ему известны еще вчера… Но… Задержаний за угон «Бентли» не было. Да и заявлений ни о каких угонах не поступало. Странно! «Бентли» — это не «Запорожец», его без присмотра не бросают…

Телефон на столе разразился приглушенной трелью. Лис сорвал трубку.

— Слушаю, Коренев!

— Ну что, Филипп? — Это был Колорадский Жук. — Все по плану?

— Да вроде…

— Что-то ты не очень уверен…

— Рабочие проблемы. Я доложу.

— Ладно, работай!

Лис повернулся к ожидающему распоряжений Рывкову.

— Я отъеду. Посиди здесь, отвечай на звонки. Будет надо — перезвонишь мне.

— Есть, шеф!

Филипп выскочил на улицу и зашагал к машине. Холодный ветер ударил в лицо. Но он не чувствовал ни запаха, ни свежести воздуха, как будто дышал через противогаз. Захотелось распахнуть плащ, чтобы сквозняк ворвался в грудь и мозги, выветривая скверные предчувствия. Он потянул узел галстука, рванул ворот сорочки. С неба сыпануло противным ледяным дождем. Капли прошмыгнули за шиворот, заставив поежиться и поднять воротник. Лис пригнулся и нырнул в салон «БМВ», отгораживаясь тонированными стеклами от непогоды и посторонних взглядов.

Отъехав пару кварталов, он свернул и припарковался в пустом переулке. Достал очередной безымянный телефон, набрал номер Лешего.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны досягаемости, — произнес безразличный женский голос.

Лис выругался. «Может, запил? Надо проверить мост. Рискованно, но что делать… На месте сориентируюсь, если слишком горячо, не пойду, просто нарисую сигнал вызова…»

Он тронулся с места, но, автоматически бросив взгляд в зеркало заднего вида, заметил, как следом из-за угла вывернулась неброская серая «Волга». Вот те на! Это классический прием службы НН:[55] наблюдатель незаметно следит из-за утла, а когда надо, «маяком» подтягивает машину. Хотелось нырнуть в узкий проулок и нажать газ, но так мог поступить только дилетант, поддающийся первым душевным порывам. Лис, не торопясь, проехал переулок насквозь, свернул направо, а на первом же повороте — налево. «Волга» не отставала, но держалась на достаточном расстоянии, чтобы не бросаться в глаза. Кто же это — бандиты, УСБ, ФСБ?

Притормозив у светофора, Лис неожиданно рванул и проехал на красный. «Волга» не стала нарушать правила. Зато на первом же перекрестке перед ним вынырнула неновая белая «Тойота» и пошла впереди, метрах в пятидесяти. Дилетанты всегда ожидают слежку сзади и не обращают внимания на то, что находится впереди. А профессионалы этим пользуются. Значит, его профессионально «ведут»! Вот дела!

Пропажа Лешего теперь приобретала совсем другой смысл. В оперативной работе подобные совпадения не случаются. Это звенья одной цепи! Но какой?

Лис включил магнитолу. Точнее, прибор, похожий на магнитолу. На самом деле это был радиосканер. Хотя частота службы НН была засекречена, но Лис ее знал. Он настроился на нужную волну, прощупал весь диапазон — никакие переговоры о нем не велись. Ладно, покатаемся.

Подполковник Коренев проехал в центр, остановился у магазина и купил бутылочку яблочного сока, заехал в Нахичеванский РОВД, переговорил с двумя операми, благо общие темы у них всегда находились, потом спустился на набережную, но в мост не пошел и меток оставлять не стал, просто прогулялся вдоль воды, мелкими глотками прихлебывая безвкусный сок.

Картина стала ясной. Наблюдение ведется четырьмя бригадами — на «Волге», «Тойоте», «Опеле» и «Фольксвагене». Применяется линейно-сетевой метод, неизвестный бандитам. Значит, это профессиональные наблюдатели. Чьи? Скорей всего, не службы НН ГУВД: у них нет иномарок, да и вряд ли они бы сохраняли режим радиомолчания. Скорей всего, это «фейсы»…

Забросив пустую бутылочку в воду, Лис вернулся к своему «БМВ» и уже без всяких ухищрений поехал в РУБОП. На слежку он не обращал внимания, хотя на всякий случай запомнил номера и марки «фейсовских» машин. Эта информация легла на дальнюю полку памяти. Она могла не пригодиться никогда, а могла выстрелить в нужный момент. Таких «заначек» в мозгу подполковника Коренева хранилось множество. Собственно, это и делало его Лисом.

У входа его никто не ждал. В кабинете тоже. Он перевел дух, заперся, включил стопор замка.

Из секретного отделения сейфа достал несколько бумаг, скомкал и поджег в пепельнице. Потом, не обращая внимания на телефонные звонки, вынул из стола ящик с двойным дном, достал из-под съемной фанерки еще с десяток листов, порвал на мелкие кусочки и бросил в огонь. Вырвал пару страниц из блокнота, тоже сжег и открыт окно. Все? Кажется, все… Дома он никогда не держал компромата. Полное досье на всю банду хранилось в «Золотом круге», в ячейке, абонированной на подставное лицо. «Левый» ствол спрятан в тайнике, в надежном месте. К нему их никак не «привяжешь»…