Пешки Сдвига - Вадим Громов

- Рот закрой. - Лихо всё же слегка усилила нажим, перекрывая поток брани, и внимательно наблюдая за тем, как к ним уже спешат четверо, правда, безо всякого оружия. При наличии тут Шатуна, эта четвёрка никак не выглядела приличным сопротивлением. Блондинка ждала.

- Ай, тихо, тихо! - Пузатый, чёрный, как грач, ростом чуть пониже Шатуна - персонаж выкатился откуда-то сбоку, успокаивающе размахивая руками. - Зачем кричим, зачем беспорядок делаем?

Четвёрка сразу сбавила темп, остановившись метрах в трёх от выразительно улыбающегося громилы, даже не думающего тянуться за тесаками. Судя по их лицам, появление толстяка их скорее обрадовало, чем огорчило.

- Что случилось, дорогая? - Толстяк встревожено посмотрел на спокойно стоящую Лихо. - Зачем Арут на коленях стоит? Перед такой красивой женщиной не устоял, да?

- Трусы мне продавать не хочет. - Блондинка задумчиво смерила взглядом вновь прибывшего. - А как прожить простой русской бабе, без нижнего белья, в суровом, перманентно меняющемся мире? И с Ашотом тоже знакомить не хочет. И вообще - ведёт себя очень невежливо. Очень.

- Я Ашот. - С достоинством ткнул себя пальцем в грудь толстяк. - Что хочешь, говори.

- Нас сюда отправил Сева. - Для полного понимания, Лихо свободной рукой изобразила бороду до пояса. - Сказал, что у тебя есть то, что нам надо.

- А вы не от Занозы? - Ашот произнёс это будничным тоном, но Лихо уловила в его голосе, скрытое напряжение. - Нет?

- Мы - сами по себе. Нам нужна горючка, еда, и карта автомобильных дорог страны. - Терпеливо разъяснила блондинка. - Платить будем "стволами". Рабочими, боекомплекты прилагаются. Договоримся? Или есть какие-то сложности?

- Какие сложности?! - Расцвёл Ашот, и нетерпеливо замахал руками на застывшую в ожидании какого либо поворота ситуации, четвёрку. - Идите, работайте! Дорогая, красивая - Арута отпусти, пожалуйста. Он больше так себя вести не будет, я слово даю. Слово Ашота Татуляна. Я ему сам потом расскажу, как себя с людьми вести надо. Он здесь недавно, ещё не освоился как следует. Отпусти, очень прошу.

Лихо ослабила захват, и черноглазый поднялся с колен, потирая пострадавшую руку.

- Трусы люблю чёрные, с кружевами. - Поведала ему блондинка. - Панталоны не предлагать. Очень надеюсь на вашу сообразительность, и расторопность. Нам бы очень не хотелось задерживаться у вас. Хотя люди здесь, как я уже непоколебимо успела понять - на редкость душевные...

Арут убрался, подгоняемый укоризненно-отеческим взглядом Ашота.

- Не вините мальчика... - Сказал толстяк. - Он хочет, как лучше. Тем более что времена наступили какие-то непонятные, у всех нервы на пределе. Давайте лучше о деле поговорим...

- Дизель, литров двести пятьдесят. Сухие пайки, штук сорок. Вода в пластиковых бутылках. Карта автомобильных дорог России. Всё.

- Дизель есть, вода-еда - тоже. С картой придётся подождать с полчасика, пока Арут поищет. Сама понимаешь - сейчас не так, как раньше. Ездят мало, ездят недалеко. Но думаю, что-нибудь найдём. Если не секрет - далеко собрались?

- В Шамбалу. - Лихо посмотрела на него открытым, незамутнённым взглядом. - К истокам Великого Знания, и Перворожденной Мудрости. Хватит жить в грехе, и невежестве. Хотите с нами?

- Спасибо, я как-нибудь тут, по старинке. Без прикосновений к истокам мироздания... - Ашот подозвал одного из подручных, и отдал необходимые распоряжения. - Через полчаса всё будет готово. Чаю хотите?

- Нет, спасибо. - Лихо обернулась к неотвязно маячившему за её спиной Шатуну. - Сходи за нашими, пусть Алмаз "Горыныча" подгонит. Я тут подожду.

Громила покинул своды ангара. Ашот стоял рядом с Лихо, иногда поглядывая на наручный хронометр. Блондинка чётко улавливала исходящие от него волны тщательно скрываемой нервозности.

- Ждёте гостей?

- А? Что? - Толстяк виновато улыбнулся, но нервозность никуда не делась. - Да, должны клиенты подъехать... Запаздывают немного. Бывает.

"А ведь ты, милый, брешешь сейчас. - Лихо по-прежнему продолжала смотреть на него взглядом "Мы едем в Шамбалу, Шамбалу, Шамбалу...". - Как барон Мюнхгаузен, напропалую дрючащий на конюшне сивого мерина. Почему у тебя нервишки-то позвякивают, а, деловой?".

Прошло ещё минут пять. Уже виденные Лихом, шустрые огольцы, до этого таскавшие картонные коробки, начали подносить к воротам ангара - пластиковые канистры с горючкой. Ашот нервничал.

Лихо наблюдала.

Звук удара! - один из носильщиков, вышедший за ворота, спиной вперёд влетел в помещение, без сознания растянувшись на полу. Его лицо было разбито в кровь. Ашот встрепенулся, с невыразимой мукой в глазах, глядя на входящих в ангар, новых посетителей. Иссиня-чёрная щетина, контрастно смотрелась на его мгновенно побелевшей физиономии.

Через четверть минуты в помещении стало гораздо больше народу. Восемь человек, из которых ни один не пришёлся Лихо по душе, рассредоточились по ангару, выставив напоказ целую коллекцию разнокалиберного оружия. К Ашоту, развязной, расхлябанной походочкой, подошёл один из гостей, поигрывающий жутким раритетом - "Тульским Токарева", он же - "ТТ".

- Ну, чё, муфлон шелудивый... - Лексикон гостя не отличался изысканностью. Впрочем, он и сам выглядел не на миллион безвозвратно канувших в былое "баксов". Долговязый, будто бы скособоченный на левый бок. Жёсткая, блуждающая по губам ухмылочка. Лягушачьи черты лица. Редкие волосы, водянистые, бесцветные глаза. И расширенные во всю радужку зрачки.

- Ну чё, козлина... - Долговязый подошёл вплотную, и упер "тэтэшку" в лоб Ашоту. Лихо, стараясь не производить лишних движений, смотрела, как его палец выбивает чечётку на спусковом крючке.

- Ну, чё, барбос вонючий... - Несомненно, "вмазанный" какой-то дрянью, начинал фразу, и замолкал, то ли забывая, что хотел сказать дальше, то ли просто так было надо.

"Он что, весь зоопарк намеревается перечислять? И вообще - хоть бы руки приказал поднять... Никакого уважения, и никакой опаски к незнакомым людям. Когда его жизнь научит?" - Мимолётно огорчилась Лихо, внимательно оглядывая остальных, полукругом стоящих спиной к воротам. Ни признаков мутации, во всяком случае - явных: ни наркотического опьянения, она больше ни у кого не нашла. Что хоть немного, но радовало.

- Ну, чё, хомячок сортирный... - Долговязый наконец-то совершил вербальный прорыв. - Ты подумал? Или мне надо тебе помочь? Например, мозги твои вот этой штукой на пол извлечь, чтобы они проветрились, и смогли работать в правильном направлении... Не слышу!

Ашот застыл, как изваяние, закатив глаза кверху, и глядя на пистолетное дуло, упершееся ему чуть повыше переносицы.

- Не слышу! - Рявкнул долговязый, и, оторвав пистолет от его головы, ударил его рукояткой по носу. Раздался хруст, и пронзительно взвизгнувший торговец схватился за лицо.