Песнь первая. Дитя Грозы - Тиа Атрейдес

А принцесса тем временем развивала бурную активность. С утра написала и разослала не меньше двух дюжин писем, раздавая направо и налево обещания и посулы колеблющимся сторонникам, назначила на ближайшую неделю с десяток встреч, согласилась посетить невероятное количество балов и приемов… как будто от этого хоть что-то зависит. Какой смысл пытаться настраивать светское общество против принцессы Шу и принца Кея, если они пока на это самое общество чихать хотели? Тем паче, несколько самых влиятельных лиц, что бы Ристана не предпринимала, в любом случае не на её стороне. А мелочь всякая в политике роли не играет. Так что, ничего, кроме мелких неприятностей, она брату с сестрой устроить всё равно не сможет. Что бы там не думала Её Высочество, если кто-то сможет повернуть ситуацию в её пользу, так только Рональд. И Первый Королевский Советник Адан, любящий муж блистательной Ристаны, возносил молитвы Светлой Райне, чтобы у его жены и Придворного Мага не получилось задуманного.

Рональд же никому не молился, предпочитая действовать. Основной его целью было всё же сманить к себе принцессу Шу, но всем остальным он пренебрегать не собирался. Как говаривал его Учитель, магистр Тхемши, на Хисса надейся, да сам не зевай. И если несколько попыток рассорить своих врагов ему не удались, это не значит, что он сложит ручки и станет проливать слезы по бездарно загубленной жизни. Ха, это была всего лишь разминка, зато сколько новой ценной информации о противнике он получил! Неприятно, конечно, что этот Дукрист так плотно занялся девчонкой, но отступать? Не на того напали!

Придворный маг никогда не пускал события на самотек, и твердо решил сегодня же ещё разок побеседовать с Шу. Малышка, хоть и нагла беспредельно, должна догадаться, что выбора-то у неё, собственно, и нет. По сравнению с ним, магом в самом расцвете, с его мощью, умом и опытом — шестьдесят лет практики что-то, да значат! — четырнадцатилетняя соплячка просто пыль. Пустое место. По крайней мере, пока не приручит свою Башню. Но это просто нереально, с таким мизером знаний, без нормального учителя… зрелые магистры не всегда справляются, да и где она возьмет всё необходимое оборудование? Артефакта нужной силы у неё нет, такую вещь не спрячешь, лунного или облачного камня ей взять негде, их везут из таких далей, что меньше, чем за полгода, и не доставить. Она же не такая дура, чтобы соваться в Башню ещё раз, пока как следует не подготовится?

У Рональда мгновенно родилась ещё одна полезная идея — как одним махом расположить к себе Шу и отвадить её от Башни. Что, если подарить ей редкую и очень ценную книгу как раз на тему освоения точек концентрации? Применить имеющиеся там сведения у неё кишка тонка, а вот проникнуться опасностью и сложностью данного предприятия — то, что надо. Автор трактата таких ужасов понаписал, что волосы дыбом. Девочка она юная, впечатлительная, может и подействовать.

И магистр, не откладывая в долгий ящик, достал из своей обширной библиотеки нужный фолиант и стряхнул с него толстый слой пыли, морщась, чихая, и обещая нерадивому рабу сегодня же задать трепку. Немного полюбовался на солидный кожаный, инкрустированный перламутром и яшмой, переплет, и принялся за поиски девчонки.

Как назло, её всё время где-то носило. Понятно, новое место, хочется успеть много и сразу… но зачем всё время таскать с собой эту противную компанию? Шушера, которую она называет друзьями, это же просто смешно! Рональд и минуты не потерпел бы рядом с собой ничего подобного. Чтобы кто-то посмел с ним фамильярничать? Высказывать мнение и перечить? Неодобрять его поступки? Хлопать его по плечу? Бред и глупость несусветная. Слуги есть слуги, то есть вещи. Своего мнения у них не может быть по определению. И называть низших существ друзьями — дурь и унижение собственного достоинства. Рабы должны пресмыкаться перед хозяином, а не обедать с ним за одним столом. Да магистр Тхемши лучшего ученика к себе за стол не сажал, пока тот не стал полноправным магистром! При воспоминании об Учителе Рональд поморщился. Нет, пожалуй, хлыстом он вбивать в принцессу ум не станет, это уж слишком. Царственная особа, как-никак. Но вот отучить её от скверных привычек придется побыстрее. Из этой её эльфийки выйдет хорошая рабыня, и для удовольствия сгодится, и силы из неё можно получить немало. Какая расточительность, не пытать эльфа хотя бы раз в неделю! У магистра лет двадцать назад был эльф, сам его поймал на лесной дороге — нечего Тёмного кругами пытаться водить, сам виноват! Живучая тварь оказалась, года полтора продержался, а уж магистр себе в удовольствии послушать его вопли не отказывал. Берег, конечно, не калечил особо… От приятных воспоминаний Рональд улыбнулся.

Глава 17

Весь день Шу ходила в гости. То она была вместе с Кеем и Дарнишем, то в лаборатории Эри, то в отцовском кабинете. Она серьёзно подошла к делу увиливания от Рональда всеми возможными способами, стараясь ни на секунду не оставаться одна. После обеда они вместе с Эрке и Баль посетили Гномий банк, где Шу открыла счет по поручительству герцога Дарниша. Заодно посмотрели повнимательнее на Соловьиную Площадь, где Дарниш посоветовал открыть лавку, и зашли к Клайле, заказать несколько платьев для принцессы и её подруги.

За этими важными и нужными делами Шу провела весь день, пытаясь не думать о том, почему нет никаких вестей от Дайма. После вчерашнего вечера ей казалось, что он обязательно или придет сегодня, или пришлет записку… но ни ответа, ни привета. Шу совсем погрустнела, когда её надежды по возвращении домой найти там хоть какую-нибудь весточку от него, не оправдались. Увидев её разочарование, Баль с Эрке понимающе переглянулись. Балуста ещё вчера вечером поделилась с возлюбленным новостями, а сегодня они всю дорогу только и слышали от Шу: Дайм то, Дайм это… Эльфийка разозлилась на маркиза за безответственное поведение до такой степени, что, попадись Дукрист ей на тёмной тропинке, точно бы целым не ушел. Баль возмущалась — разве можно так вести себя с девочкой? Охмурил, обнадежил — и в кусты? Но благоразумно не высказывалась вслух, всё равно бесполезно.

Шу старалась не показывать обиды и разочарования, и убеждала себя в том, что у Дайма столько срочных и важных дел, что он просто не успел к ней заглянуть. Примерно в этом же убеждал себя и сам маркиз Длинные Уши, когда, вместо того, чтобы обдумывать, как вернее прижать некоего наглого и высокопоставленного контрабандиста, грезил наяву о головокружительных сиреневых очах и чёрных локонах с запахом речных кувшинок. Сколько Дайм не твердил себе, что ему совершенно ни к чему эта загадочная и прекрасная девушка, и что Император, узнав о его романе с принцессой, просто сотрет его в порошок без долгих разбирательств, ничего не помогало. Его тянуло к ней с неотвратимостью сошедшей лавины.