Песнь первая. Дитя Грозы - Тиа Атрейдес

Ещё больше принц и его друг удивились, когда герцог Дарниш с любезной улыбкой сообщил нахалке, что чрезвычайно рад её согласию. И что просит Её Высочество в ближайшие дни уделить ему несколько часов для подробного обсуждения совместных планов.

От Урмана не укрылось, что при его словах Шу вздохнула с облегчением. Но что-то ещё продолжало беспокоить её, и герцог собирался выяснить, что именно. Спрашивать прямо при Наследнике он не хотел, и предложил сделать в занятиях небольшой перерыв, чтобы Кей с другом сходили в библиотеку и принесли одну необходимую для постижения законов экономики книгу. Урман собирался дать её принцу прочитать несколько позже, но поговорить с Шу наедине нужно было немедленно. Кей, судя по тому, с какой скоростью он потащил Зака из кабинета, всё понял правильно.

— Ну, хорошо, Ваше Высочество, а теперь выкладывайте, в чем дело.

Принцесса удивлено воззрилась на него, пытаясь сделать невинный вид. Не знай Урман, что собой представляет Шу, пожалуй, поверил бы. Интересно, во что она ввязалась такое, что скрывает даже от него, совершенно точно зная, что он на её стороне? И не приложил ли сюда руку маркиз Длинные Уши?

— И не делайте такие наивные глаза, Ваше Высочество. Вам что-то от меня нужно, так не проще ли сказать прямо?

— Не уверена, герцог, что вам необходимо знать все подробности. Да, мне срочно нужно некоторое количество наличных, но я пока не могу сказать, зачем.

— Некоторое количество — это сколько?

— Двести золотом.

— Не так уж много. Вы так серьёзны, что я ожидал десяти тысяч, не меньше, — Дарниш постарался немного разрядить обстановку. — С собой у меня столько нет, но, если хотите, я выпишу чек в Гномий Банк, можете получить хоть сегодня. И подробности мне не нужны. Ваше Высочество. Я уверен, вы знаете, что делаете. Но вы уверены, что двухсот хватит?

— Спасибо, герцог, я надеюсь, что пока да. — Шу готова была расцеловать Урмана в приливе благодарности. — И, может быть, вы могли бы посоветовать мне, у кого в Суарде возможно заказать мраморные изделия большого размера?

— Не могильную плиту, надеюсь? — Урман улыбнулся, заметив её радость. Если бы все проблемы разрешались так просто…

— Нет, покрупнее… — Шу улыбнулась в ответ. — Магический круг в Закатную Башню.

— О, вы не теряете время даром. Лучше гномов никто не справится. Я думаю, господин Аррагх будет счастлив направить к вам одного из своих родственников.

— А я думала, что Аррагхи занимаются только финансами…

— Аррагхи — да. Но вы же знаете этих гномов, они все между собой родня. Кстати, Ваше Высочество, вы не против, если я открою для вас счет в банке? Для начала на две тысячи, или лучше на три?

— Но, герцог… — такого Шу никак не ожидала.

— Во-первых, вам могут понадобиться деньги в любой момент, а во-вторых, мы уже почти компаньоны, не так ли? Не беспокойтесь, Ваше Высочество, я в накладе не останусь.

— Я очень постараюсь, чтобы так и было, герцог.

Дарниш смотрел на принцессу и удивлялся. Этой девушке всего четырнадцать лет? Сейчас она казалась ему чуть ли не его ровесницей, такой груз ответственности читался в её глазах. Может, конечно, дело в магии, а может, у неё просто толком не было детства? Тяжело, должно быть, никогда не знать родительской любви. Мардук, конечно, его друг и государь, но не слишком ли жестко он поступил с детьми? И не слишком ли легкомысленно? Какие демоны могут поселиться в душе этой девочки? Удивительно, как до сих пор она не озлобилась и не возненавидела весь мир. Сможет ли она продержаться и дальше, когда все обстоятельства толкают её во Тьму? Сейчас она не Тёмная и не Светлая, не злая и не добрая, и в душе её ещё живет любовь, несмотря на количество ненависти, доставшееся на её долю. Шу балансирует на лезвии бритвы, и не приведи боги, сорвется.

Урман в этот момент понял, что сделает всё возможное и невозможное, чтобы помочь ей. И не только ради будущего всей Валанты, но и ради неё самой.

Глава 15

Едва усталые и довольные ученики ввалились, хохоча, на кухню к Фаине, и вручили ей охапку надранных по дороге в чьём-то саду цветов, из комнаты Мастера послышался грозный рык:

— Явились, бездельники? Ну-ка, сюда! — Свисток с Лягушонком переглянулись недоуменно, с чего бы Мастеру серчать? Сам отпустил всех до вечера, всё же праздники, как-никак. Но безропотно отправились на зов.

— А где остальные, вы, разумеется, не знаете? — Мастер скептически оглядел парней и подозрительно принюхался. — Пива не пили?

— Ну что вы, Мастер. Откуда нам знать? — за обоих ответил Свисток. Нет, они, конечно, видели остальную компанию в заведении у Кривого, но распространяться об этом при Мастере… Простите-подвиньтесь!

— Ладно. Вдвоем управитесь. Садитесь, для вас задание есть на сегодняшнюю ночь.

Посвящая учеников в суть дела, Мастер размышлял о том, что уж очень разные у него подобрались на этот раз ученики. Из шести человек лишь двое, скорее всего, смогут дойти до мастеров. Зато уже сейчас с ними приятно работать — ни лишнего гонору, ни дешевого выпендрежа, свойственного большинству молодежи. И сегодня он, пожалуй, и не особо жалел, что остальные четверо загуляли в таверне Кривого. А молодец Свисток. По нему не скажешь, что нагло врет, и у Лягушонка физиономия — невинней не бывает. Сработались уже в паре. Вот пусть сегодня в паре и заказом займутся.

Лягушонок со Свистком внимательно рассматривали планы двух домов, в которых им предстояло побывать сегодня ночью. Ничего особо сложного, обыкновенные коллекционеры всякой старинной ерунды, и взять предстояло всего три вещицы, далеко не самые ценные в их собраниях. Мастер не объяснял никому, каким образом пропал Седой Ёж, но сам старался выбирать артефакты поосторожнее. Правда, и настолько сильных и древних, как Просыпающийся Дракон, в Суарде больше не водилось. Но, тем не менее, он предупредил учеников, что им придется иметь дело с магическими предметами не последнего порядка, и что при малейшем подозрении на серьёзную опасность им надлежит просто давать деру. И вообще, осторожность, осторожность и ещё раз осторожность. В конце концов, если не получится с этими тремя предметами, у него на примете есть ещё полдюжины других.

Для Лягушонка и Свистка это было первое серьезное самостоятельное задание, да ещё два дома сразу, в одну ночь… оба несколько волновались, но старались Учителю этого не показать. С его подробнейшими указаниями, где что может быть спрятано, и какие опасности могут подстерегать воришек, по мнению Свистка, справился бы и слепой криворукий калека. Лягушонок был не так самонадеян, наслушавшись от мастера Ульриха о скверном характере волшебных вещей. Зато, как он определил в гостях у того же Ульриха, любую магическую дребедень он мог найти с закрытыми глазами, и охранные заклинания и прочие гадости чувствовал не хуже жара от плиты матушки Фаины. Но, сам не зная, почему, никому не говорил об этой своей способности. За исключением, разве что, гнома, но тот и сам догадался, видя, как обращается Хилл с клинками, на которые наложены чары.