Запрети мне любить - Кристина Майер

– Маша, я никогда не буду стоять в стороне и смотреть, как твой брат решает проблемы. Ты – моя женщина, а это – моя обязанность.

– Не хочу, чтобы ты злился.

– Я уже злюсь, просто хорошо скрываю, – заправляя выбившиеся пряди волос ей за ухо, я пристально смотрел Маше в глаза.

– Мне звонил Быков. Приглашал вечером на… в ресторан, – после продолжительной паузы произнесла она.

«Утырок решил на свидание мою девочку позвать?!»

Я с трудом подавил волну ярости.

– Я позвонила Егору. Он обещал утрясти вопрос.

– Быков больше не звонил?

– Я сказала, что занята, времени нет даже на общение с друзьями, вежливо попрощалась и положила трубку. Больше не звонил.

– Маша, больше никогда и ничего от меня не скрывай, – я прижал ее к стене, руки поставил у лица. Отец и друзья просят оставаться в стороне, а я готов прямо сейчас сорваться к Быкову и объяснить ему, что к Маше он не смеет приближаться.

Пуговка тянется к моим губам, целует. Сама целует. Не сразу, но отвечаю. Мой гнев трансформируется и выливается в дикое желание. Срываем друг с друга одежду. Я напоминаю себе, что не имею права спешить, но нам обоим не до нежностей. Одежда разбросана в коридоре. Мы падаем на постель, в какой-то момент я усмиряю своих демонов и пытаюсь быть нежным. Целую каждый участок любимого тела, довожу ласками Машу до оргазма. Второй раз мы приходим к финишу вместе. Меня так накрыло, что о защите я чуть не забыл.

Утомленные страстью, мы лежали в объятиях друг друга. Пришло время для нежностей, поцелуев. У меня такого никогда не было. Обычно после секса сразу в душ – и до свидания. А тут выпускать ее из объятий не хочу. Целую, нюхаю, ласкаю. Все правильно, все так и должно быть. Вот оно – счастье.

– Миш, подожди, – прикладывает Маша палец к моим губам. – Кто-то дверь открывает. Жанка, наверное, вернулась…

Глава 28

Миша

– Миш, подожди, – Маша прикладывает палец к моим губам. – Кто-то дверь открывает. Жанка, наверное, вернулась, – добавляет она и тут же себя поправляет: – Это не Жанна, она свои ключи оставила на столе, – Маша пугается, становится бледнее. Я уже на ногах, успеваю натянуть штаны.

– Миша, вдруг это Егор или отец? Я лучше сама выйду, а ты спрячься, – я никак не показываю, что это предложение меня задело. Я не собираюсь юлить или скрывать наши отношения. Что я за мужик, если начну прятаться за девушкой? Пусть это даже кто-то из членов ее семьи. Что это меняет? От Маши я не откажусь. Пора всем узнать, что мы вместе. Любить ее тайком – не по мне.

Маша спешит натянуть белье, а я выхожу из спальни со словами:

– Оставайся здесь.

В коридоре стоит Егор и смотрит вопросительно на мои кроссовки сорок четвертого размера, но сразу поднимает взгляд, когда я закрываю дверь спальни.

– Привет, – подхожу, протягивая руку. Он жмет, вопросительное выражение на его лице никуда не девается.

– Привет. Тебе ночевать негде? – он замечает и босые ступни, и голый торс. Да, он в курсе, что я только вылез из постели, где занимался сексом, а не спал. Но в его голове пока все это не вяжется с Машей. Или он гонит прочь свои подозрения, чтобы слету меня не прибить. – Ты что, ко мне телку притащил? А Маша где? – хмурится друг.

Если бы Пуговка сейчас действительно была в другом месте, мне было бы легче поговорить с Егором. Выбора у меня нет. Да и времени подумать, как лучше начать разговор, тоже нет.

– Маша в спальне, – брови Егора сходятся на переносице. – Не нагнетай и сестру не пугай. Ей и так досталось за эти дни. Я оденусь, мы выйдем поговорить, – сквозь пелену накрывшей его злости мне удается до друга достучаться. Кулак, который он уже готов был бросить мне в лицо, остается на месте, но Егор продолжает сжимать и разжимать руки.

Я представляю его состояние. Сейчас он видит во мне предателя. Лучший друг, которого он просил присмотреть за сестрой, коварно ее соблазнил. Он не представляет, сколько лет я себя сдерживал, заставлял себя от нее отступить. Да толку? Кроме Маши мне никто не нужен. Мы столько времени потеряли. Я тащил в постель баб, которые не приносили удовлетворения. В душе после секса все равно было пусто. Животное спаривание, после которого хочется искупаться и сбежать.

Я лучше сдохну, чем потеряю Машу. От нее никогда не захочется сбежать. К ней хочется возвращаться, а лучше и вовсе не расставаться. Маша – мой мир. Я не устану на нее смотреть, не устану ее слушать. Мне в кайф просто рядом с ней молчать. Все эмоции на разрыв. Пуговка мне под кожу въелась, в сердце поселилась, заняла все пространство, и там нет и не будет места другой.

– Это Егор, да? – Маша, полностью одетая, стояла у двери, если бы я этого не подозревал и резко открыл створку, мог ее задеть. – Он говорил, что постарается вернуться пораньше, но я и не думала, что это будет сегодня, – голос Маши дрожал.

– Тихо, тихо, – прижал к себе. – Ты чего так разволновалась? Егор тебя не обидит, а нам поговорить нужно.

– Он драться полезет, я знаю, – запечатал сладкие губы поцелуем, пока она себя не довела.

– Маша, ты в меня веришь? – шепчу прямо в губы, она кивает. – Убить я себя не дам, а как брат он имеет право мне врезать, выплеснуть свое разочарование. Сейчас ему кажется, что я его предал, но Егор поймет, когда успокоится. Мне будет легче с ним разговаривать, если я буду знать, что ты спокойна, – Маша кивает, наверное, чтобы голос не предал.

Быстро натягиваю