Сфера 17 - Ольга Онойко

Николас покачал головой.

— Эрвин, — тихо сказал он, — не вздумай.

— Что?

— Это приказ.

Фрайманн встряхнулся, как мокрая собака, и недоумённо наклонил голову к плечу.

— Ник… — настороженно переспросил он.

— Йеллен нам нужен, — Николас бледно улыбнулся. — Он должен выполнить свои обещания. Иначе зачем же тогда всё это было…

Связь шла по двум каналам, одновременно в Плутоний-Сити и на острова Серебряных Скал. На этот раз вопросы задавал Кейнс. Зондер молчал и теребил воротник своей камуфляжной рубашки. Доктор выглядел так, словно к нему едва вернулось самообладание, товарищ Кейнс — так, будто оно его и не покидало. Николас мельком подумал, что недаром главный у них всё-таки Эшли.

— В ближайшие дни я должен буду лететь на Сердце Тысяч снова, — сказал он, закончив короткий рассказ, — и подписать договора. Я хотел бы получить подтверждение…

— Подтверждение есть, — сказал Кейнс. — Альтернативы нет. В качестве гуманитарной помощи заказывай технику.

— Так точно.

— Военную, — уточнил глава Народного правительства и скупо усмехнулся. — Раз уж мы такие ценные кадры.

— Ясно, товарищ Кейнс.

— Новая станция связи нужна, — продолжал тот.

— Планетарный силовой щит нужен, — подал голос Доктор. Он хмуро размышлял. — Вот на что деньги выбить. И отказать у них повода не будет, если не врут.

Николас подумал, что установка щита Неккен тоже не разорит, если уж корпорация способна влёгкую подарить Циалешу плюсзаводы. Но говорить об этом он не стал.

— Есть ещё один интересный момент, — сказал он. — Директор позволил мне случайно стать свидетелем его переговоров с мантийцами.

— В каком смысле переговоров?

Николас помедлил, собираясь с мыслями.

— Насколько я понял, на Манте существует внутренний конфликт. У них тоже есть оппозиция. И оппозиционеры сотрудничают с Неккеном.

Эрвин, до сих пор куривший в стороне за резной ширмой, выглянул из-за неё и шагнул ближе. Николас бросил в его сторону короткий взгляд. Он подумал, что об этом Эрвину не рассказывал, ему любопытно будет послушать.

— И чего же хочет оппозиция? — буркнул товарищ Кейнс.

— Войны.

Доктор закатил глаза и скривил рот. Кейнс поскрёб пальцами лысину.

— Макс, — проворчал он, — ты же плёл, что они неагрессивны.

— Неагрессивны, — хмуро ответил тот, — на физиологическом уровне.

— Тогда какого чёрта?

— У людей рациональные соображения сдерживают природную агрессию, — Зондер пожал плечами, — у мантийцев наоборот. Свалить Неккен — большое дело. Благо для человечества, некоторым образом. Я бы сказал, что я их понимаю.

— Но Сан Айрве не собирается воевать, — начал Николас. — Гонку вооружений хочет начать Эрт Антер…

— Погоди, — сказал Доктор. — Не надо пересказывать. Ты можешь вспомнить сейчас, кто и что конкретно говорил?

Николас помялся. Эрвин смотрел на него со жгучим интересом, даже подвинул стул и сел, облокотившись о колени.

— Йеллен разговаривал с Эртом Антером, председателем Комитета Коррекции, — медленно произнёс Николас. — Парадоксально, они в сговоре потому, что хотят воевать друг с другом. Но Антер сказал, что Сан Айрве отказывается начинать подготовку к боевым действиям.

— Так с чего ты взял, что Антер в оппозиции? Это нормальные разногласия.

— Он недвусмысленно заявил, что собирается свалить Сана Айрве.

— А что он ещё сказал? — Доктор подался вперёд, Кейнс покосился на него, потом на Николаса и нехорошо сощурился.

Николас напрягся. Он крепко зажмурился, восстанавливая в памяти подслушанный разговор, потёр лоб, провёл ладонью по лицу.

— Во внешние сферы отправляются новые и новые мантийские разведчики. Скоро должны начаться вооружённые столкновения. На Манте станет неспокойно, аппарат внешнего влияния начнут вооружать… Потом Йеллен спросил, что Антер будет делать с этими арсеналами, когда свалит Председателя.

Зондер фыркнул.

— Да не хочет Антер воевать, — сказал он и ухмыльнулся. — Он другого хочет. Его голос — совещательный, решение о начале боевых действий примет, или не примет, Сан Айрве… Если Манта ввяжется в войну, это очень сильно уронит авторитет и влияние Председателя Верховного Совета, потому что именно он будет за это в ответе. А если война станет затяжной и слишком кровопролитной, Председателю придётся уйти в отставку. Впрочем, неважно. Тут вот что интересно: ради этого Эрт Антер пошёл на сотрудничество с главным врагом. То есть других способов добиться своего он не нашёл. То есть… — и Зондер замолк, загадочно улыбаясь.

— Что? — ворчливо спросил Кейнс.

— Сан Айрве намного сильнее, — с удовольствием ответил Зондер. — Полагаю, в мантийских координатах он вообще в другой весовой категории. Так что ясно, зачем Неккену поддерживать воинственную оппозицию. Эти ребята слабоваты. Если им всё-таки удастся свалить старого динозавра, весь Неккен будет три дня пить на радостях. А потом надавит, рванёт и оп-па! Косточки Эрта Антера хрустят у Акены на челюстях.

И он со вкусом засмеялся. Даже Кейнс весело похмыкал, глядя на него. Николас подумал, что лично у Эрта как раз есть шанс избежать челюстей императрицы, но это к делу не относится. Он улыбнулся и глянул на Эрвина.

Эрвин смотрел на экраны с мрачным равнодушием.

Николас подумал, что Фрайманна волнует другое. Политика политикой, а воевать и гибнуть ради этих отвлечённых и чужих выгод придётся живым людям — его подчинённым. Костяком будущего Звёздного легиона предстоит стать бойцам его части. Николасу пришло в голову, что Эрвин — хороший кандидат на должность командира Легиона. А ведь действительно, решил он, лучше не найти, надо будет подать идею… Ему представился Эрвин на капитанском мостике «Трансгалактики», и он улыбнулся снова.

Кейнс и Зондер обсуждали обновление парка истребителей и установку планетарного щита. Николас медлил, не зная, как корректней вклиниться в их беседу. Оставалось последнее известие, самое поразительное.

— …эти башни силовой защиты, — ворчал Кейнс, — где ты их будешь ставить, кто их будет обслуживать… На столице, на Сеймаране места пустого нет, а у нас одни леса и степи…

— Ничего, — бодро отвечал Доктор, — были бы деньги, а остальное купим. Спутники связи запустим новые, монорельсы построим — вот и нету пустырей…

— Макс, — наконец, сказал Николас, — Макс! Товарищ Зондер!

— Слушаю! — рявкнул Доктор так, что Николас вздрогнул, но Зондер тут же улыбнулся: — Чего ещё?

— Самое важное.

На секунду повисло молчание. Николас проглотил комок в горле.

— Что тут ещё важнее? — сухо спросил Кейнс. — И почему сразу не сказал?

— Виноват, — ответил Николас. — Это по части товарища Зондера.

Доктор нахмурился.

— Относительно мантийской интервенции на Циалеше, — сказал Николас. — Эрт Антер сказал, что интервенция провалилась. Провалилась она потому, что кто-то перевербовал агента.

На этот раз молчание продолжалось куда дольше.

— Что? — ошеломлённо переспросил Доктор. — Перевербовал кого? Стерлядь, что ли?

— Нет. Наш интервент — природный мантиец и ученик самого Сана Айрве. И его перевербовали.

— Ничего себе, — ошалело пробормотал Доктор и подпёр голову ладонью. Кейнс озадаченно кашлянул и покосился на друга, ожидая разъяснений, но Зондера известие, похоже, изумило ничуть не меньше… Макс неуверенно уточнил: — И это сам председатель Комитета сказал?

— Да.

— Чертовщина… Кто его перевербовал?

— Неизвестно.

— Ученика Председателя? — вслух думал Зондер. — С одной стороны, это хорошо, потому что кто-то уже сделал за Антера полдела. Предательство ученика — это серьёзный удар по авторитету учителя. Динозавр, похоже, действительно очень стар… Но кто? Где? Как?

— Я надеялся, что вы найдёте ответы, — честно сказал Николас.

Доктор поморщился.

— Буду честен, — сказал он. — У меня есть предположения. Но всё это очень смутно, ненадёжно и бездоказательно. И я многого не понимаю. Но я буду думать эту мысль, Ник.

— Всё? — осведомился Кейнс.

— Так точно.

— Эш, — вдруг весело сказал Макс. Глава Народного правительства добродушно покосился на главного обличителя своего режима, и Николас в который раз подумал, что многих на Циа это зрелище привело бы в состояние глубокого шока. — Эш, награди его орденом, что ли. Товарищ Реннард заслужил.

Кейнс улыбнулся.

— Ждём домой, — прежним ворчливым тоном сказал он. — Не обидим.

Сеанс мерцательной связи закончился, на экраны выплыли заставки коммуникационных компаний… Николас рассмеялся вслух и уселся в кресло. Сполз вперёд, откинулся на спинку. Он потянулся за графином с водой, налил полный стакан, выпил в два глотка, а потом посмотрел на Эрвина.