Наследник звездного маркизата - Андрей Коткин

строго одного хозяина… ну, или более близко к реальности — боец одного командира. У него даже разъемного порта, чтобы присоединиться и закачать в его дубовые мозги какую-нибудь новую информацию, не предусмотрено. За что, собственно, подобных тяжелых бойцов и ценят в качестве личных телохранителей всякие важные особы, хоть и стоят эти многолапые дуболомы просто каких-то очень негуманных денег. За стоимость этих двух, уничтоженных Орбело, при случае, на распродаже, так как бы ни плохонький эсминец уже можно приобрести.

— Как думаешь, это последняя попытка штурма, или еще следует ожидать? — Поинтересовался я у Ли, который очень споро снова принялся устанавливать прямо на краю пролома новый комплект наблюдательной аппаратуры взамен снесенного этой чертовой капсулой. И да, в установке этой самой аппаратуры я ему не помогал вовсе. А просто не в силах был, принцесса Рея, как захватила меня после окончания боя в свои цепкие объятия, так и не желала их размыкать.

— Были бы у них еще подобные штуковины, давно бы уже прилетели, — философски спокойно отозвался мой приятель, начиная вглядываться в рисуемые прибором фантомы близлежащих боевых кораблей. Точнее, останков этих самых кораблей, ведь вряд ли кто-то задался целью изначально построить корабли со столь громадными пробоинами, что их даже на космических расстояниях можно рассмотреть. Впрочем, боеспособные корабли там тоже наблюдались. Просто видно было плохо. Поле битвы, вследствие многочисленных маневров, сместилось куда-то далеко в сторону. Но так да, боевые переговоры вполне еще живых кораблей мы слышали. Еще бы понять, о чем они там болтают, но тут уж, увы и ах! Шифрование при подобных переговорах еще никто не отменял.

Меж тем, эти подслушанные, но не понятые переговоры навели меня на еще одну идею. Надо только подобрать где-нибудь с вражеского бойца чужой комм. И даже не горе будет, если тот комм попадется запароленный, все равно, для выхода на экстренный канал связи все эти блокировки не работают (хотя, конечно же, хотелось бы, чтобы пароля на чужом средстве связи все-таки не было).

— Эй, уважаемые, с вами говорит офицер крейсера «Беда» виконт Яр Корвар, — выдал я для пробы в эфир первую фразу. Сначала было хотел предложить побыть в качестве переговорщицы Рее, но потом все же решил, что мой относительно нейтральный статус будет в данном случае чуть более уместным.

— Чего ты хочешь нам сказать, виконт, — донесся из динамика чужого комма усталый голос невидимого собеседника (экстренный канал связи поддерживал лишь голосовой канал).

— Битва вашего флота почти проиграна, — катанул я первый пробный шар моего послания. Разумеется, сидя в ангаре и не имею возможности расшифровать ведущиеся среди сражающихся эскадр переговоры, я не мог точно знать, кто же из них побеждает, но команда-то линкора все эти боевые шифры, а значит и расклады завершающегося сражения, имела!

— Битва еще не проиграна до конца. Не раз ведь бывало, что в самый последний момент к проигрывающим вдруг подходила подмога… — судя по всему, на том конце линии собеседник тоже был не прочь малость поболтать.

— Сам-то веришь в подобную возможность? — Хмыкнул я. — Зато сдавшись единолично нам, без привлечения сил флота королевства, вы оставите с носом ваших врагов с Антареса, а быть может, если договоритесь с моим другом, сыном барона Орбело, так и вовсе вместо тягот и лишений плена просто перейдете на службу в его дружину.

— Яр, что ты такое говоришь! — Воскликнула Рея, в присутствии которой я и затеял эти переговоры.

Только вот дальше продолжать возмущаться моя любимая не стала. Поняла, что у нее для того нет ни малейших оснований. Даже охрана ее матери, выделенная для доставки ее, принцессы, на Эвридику, наплевав на свои основные обязанности, умчалась принять участие в битве. И, если команда линкора все-таки сдаст свой корабль, то трофей от начала, до самого конца, будет захвачен именно командой нашего корабля в одиночку.

— Не скрою, вариант с сыном барона меня заинтересовал, — донесся до меня новый посыл с той стороны корабельных переборок.

— Тогда жди, я сейчас дойду и передам комм ему в руки….

Передав средство связи в руки друга, я еще был вынужден выдержать очень эмоциональный шторм со стороны своей избранницы. К счастью, принцесса Рея оказалась вполне вменяемой девушкой, и слушать разумные доводы вполне умела. Потому, после указаний на то, что в таком случае мы получим вполне боеспособный корабль, с кодами доступа к корабельному искину, а не, возможно, вообще его взорванный остов, как в случае, если линкор бы пришлось брать штурмом, упреки с ее стороны полностью прекратились.

А еще спустя какое-то непродолжительное время и вовсе соглашение о капитуляции было заключено. Эх, теперь бы все это еще и с матерью моей принцессы удалось бы разрулить, все же мы знатный трофей прямо из-под носа ее флота урвали!

Окончательно боевые действия в системе стихли только уже к вечеру. И примерно тогда же командиры победившей королевской эскадры пожелали разобраться, что за странная огромная масса, не принимающаяся участия в битве, вырисовывается на их детекторах.

Разумеется, всей эскадрой, точнее уцелевшей ее частью, на разведку не поперлись, отправили один единственный эсминец. По чистейшей случайности таким разведчиком оказался именно тот эсминец, который сопровождал нашу «Беду». А может, это и не совсем случайность с его посылкой была, поскольку первым же вопросом после взаимного опознания был вопрос, связанный с нынешним местонахождением принцессы Реи. И да, к тому времени линкор уже представлял собой уже более или менее боеспособную единицу, почти вся его команда, за несколькими редкими исключениями, присягнула на верность сыну барона Орбело, сдав ему все имеющиеся у них коды от искинов. Кстати, после этого корабельный искин с реактором я тоже уже разблокировал.

Хотя командование королевской эскадры очень энергично настаивало на переводе моей любимой на один из королевских кораблей, принцесса от этих предложений категорически отказалась. Так вот и получилось, что до Эвридики мы передвигались такой вот, взаимно настороженной пушками друг на друга компанией. Ну, еще бы, в наши объяснения, что мы вчетвером умудрились взять этот современный линкор на абордаж, представители флотского командования явно не поверили, и не смогли их до конца убедить даже слова их собственной принцессы, видевшей весь процесс захвата этого огромного