Наследник звездного маркизата - Андрей Коткин

так подумать, так для него в этом точно нет ничего плохого: взаимовыгодный негласный контракт, в результате которого королевство получает и предприимчивого нового аристократа со сверхмощным боевым кораблем в своем арсенале и продукцию с нового месторождения в самой ближайшей перспективе.

Кстати, награда, доставшаяся Лие меня в моих мыслях относительно разумности и хозяйственности матери моей любимой меня только убедила: чек с довольно круглой суммой в имперском банке с дополнительным ее удвоением в случае, если эта сумма будет потрачена на шахтерскую технику. Народ встретил подобную приписку просто морем ликования. Ну, о матримониальных планах этих двух по головидению королевства в последние пару дней было сказано немало.

Самым скучным и невыразительным получилось награждение нашего механика. Тоже денежный чек. Прямо таки зазудело во всеуслышание объявить, сколько этот мужичок заработал в нашем обществе только за последний месяц. Представляю, какой бы тут внезапный ажиотаж у девиц на выданье и их мамаш мог получиться!

А потом очередь на награждение дошла и до меня самого. И вот тут, с самого начала, все пошло не по уже устоявшемуся стандарту. Прежде всего, королева, поднявшаяся из своего кресла, подозвала меня к себе. Вокруг площадки, на которой мы с ней вдвоем оказались, воздвигся молочно-белый купол, полностью отсекающий все известные способы отслеживания ведущейся под ним беседы.

— Так вот ты какой, виконт Яр Корвар! — Были первые слова, произнесенные в мой адрес этой неординарной женщиной.

Иногда слова про то, что молчание — золото, звучат наиболее выпукло, потому просто принялся дожидаться ее дальнейших слов.

— Не буду выпытывать у вас, молодой человек, ваши многочисленные секреты, — продолжила между тем королева, не дождавшись от меня вербальной реакции на свои первые слова, — лучше ответьте, какие у вас имеются намерения по отношению к моей дочери?

Вот уж тут я отмалчаться не стал. Другого такого случая, скорее всего, мне просто не представится.

— Я люблю Рею и прошу у вас ее руки, — объявил я, как с обрыва в холодную воду бросился.

Грома и молнии не последовало. Могущественная правительница просто испытующе смотрела на меня, словно пытаясь для себя определить, достоин ли я.

— В таком случае, нам о многом еще нужно переговорить, — сообщила мне она, не отвечая прямо на произнесенные мной слова. — Сейчас, пожалуй, продолжим церемонию согласно распланированного регламента. Ваши пожелания относительно военной помощи для маркизата вашего отца не изменились?

— Ни в коем случае. — Мотнул я головой.

— Тогда я сейчас объявлю о предоставлении этой самой помощи народу, после чего в моем дворце состоится пир, на котором вы с товарищами будете на сегодня главными гостями, а в конце торжества вас снова проводят ко мне. Нам еще о многом предстоит переговорить.

Купол приватности исчез. Церемония покатила дальше, по прописанной сценаристами этого празднования колее. О будущей помощи маркизату Корвар было объявлено. После этого нас отвели за богато уставленные столы. Народ, включая моих друзей, ел, пил и веселился, у меня же кусок буквально не лез в рот. Слишком важные переговоры мне предстояли.

Глава 17

Празднество еще вовсю продолжалось, когда ко мне подошел тихий и незаметный человек.

— Виконт Яр, ее величество вас ожидает.

Ни минуты не раздумывая покинул веселую компанию местных аристократов в которой очень приятно проводил время в течение последнего получаса. И нет, не подумайте ничего такого, мы с молодыми людьми даже алкоголь не употребляли. Обычная дружеская беседа на тему нынешней политической ситуации в галактике. Ну, в пределах наших собственных компетенций, конечно. Тайные нити, движущие действиями целых государств из закулисья, и для обычных аристократов, не из числа самых значимых, не очень-то и очевидны. Но кое-какие мысли из этой беседы я почерпнул.

И вот я доставлен в очень просторный кабинет, обставленный просто таки вызывающе роскошно. Не удивлюсь, если какие-нибудь элементы мебели вообще еще сделаны на самой Земле во времена тамошних самодержавных королей, до начала эпохи космической экспансии. Впрочем, на весь этот интерьер я обратил внимание постольку, поскольку. Гораздо больше позолоченных финтифлюшек на массивном столе из черного дерева с восседающей за ним королевой мое внимание привлекла стройная фигурка моей любимой, примостившаяся в низеньком креслице чуть слева-лицом к лицу с матерью. И снова больше никого вокруг из придворных.

— Проходи, молодой человек, — уже на «ты» обратилась ко мне королева Маб, и рукой в сторону точно такого же креслица, как у Реи, указала. Впрочем, ошибиться там было трудно: композиция из стола с креслом самой королевы на небольшом возвышении и двух небольших кресел, расставленных в качестве углов основания равнобедренного треугольника.

При виде меня лицо моей радости словно озарилось. Рея даже сделала движение в мою сторону, словно собираясь кинуться в объятия, но, тем не менее, под строгим взором своей матери осталась на месте.

— Продолжаем начатый в начале сегодняшней церемонии разговор, — голосом записного секретаря возгласила моя потенциальная теща. — Готов ли ты, виконт Корвар, произнести свои слова вслух в присутствии этой ветреной особы?

Эх, а я так надеялся, что все эти выспренные словеса уже произнес. Ну, почему женщинам так нравится из объяснений в любви устраивать этакие вот спектакли. Лично я испытываю отчего-то только неловкость, а никак не воодушевление. Впрочем, раз нужно, значит, нужно! Тем более ответа на свой запрос о руке младшей наследницы я так и не получил.

— Любовь моя, я просил у твоей матушки, королевы, твоей руки. Рея, ты согласишься выйти за меня замуж? — Немного изменил я точку приложения для своего брачного предложения. Нет, так-то надо было снова задать вопрос о допустимости нашего союза матери моей избранницы, чтобы уже та спустила этот вопрос ниже по инстанции, к дочери, тем более мать у нас не абы кто, а королева, но вот так вот мое воспитание в стране отсутствующей аристократии из прошлой жизни сработало. Нервы, однако.

— Мама! Это жестоко! — выпалила Рея, с возмущением глядя в сторону матери. Вон даже из кресла вскочила, стоит, ножкой топочет. — Я с этим твоим заходом уже бог весть, что подумала! Решила, что у