Наследник звездного маркизата - Андрей Коткин

хорошо защищенном и комфортабельном крейсере своей матери. Да и почти все свое время она проводит в моем обществе. И, клянусь, в ее взгляде в мою сторону больше нет вежливого безразличия.

Впрочем, и с остальными членами нашей команды она общалась вполне вежливо и приветливо. Даже попросила в приватной обстановке обращаться исключительно по имени. Дело дошло до того, что в ответ на ее расспросы ей даже раскрыли, какие именно награды они все желали бы получить за спасение принцессы. Ну, по части наград, решать, конечно, не ей, но Рея пообещала, что со своей матерью на эту тему непременно поговорит.

Наш полет подходил к концу, на следующий день уже предстоял выход к границам королевства Антарес, в соответствие с присланным к нам по даль-связи посланием, нас там должна была встретить специально отправленная эскадра. Я сидел в своей крохотной каюте и усиленно страдал: Рея не вышла в этот день к ужину, а ведь часов, которые я еще мог провести с ней, осталось так мало! Не сомневаюсь, сразу после прилета на Эвридику включится целая куча условностей, после которых мне только и останется любоваться ей издали, среди целой кучи всевозможных прочих воздыхателей. Да и не стану я при том дворе отираться, у меня на родине вообще-то война идет. Если получится, обращусь к королеве Мад с просьбой о военной помощи, да тем же разворотом полечу в родной маркизат.

Внезапно, вырывая меня из меланхолии, подал сигнал наш корабельный искин:

— Ее высочество, принцесса Рея, просит разрешения войти в вашу каюту.

— Открывай, скорее! — Сразу же воспрянул я духом.

Вот как это у нее получается? Вроде, одета в обычный пустотный комбинезон, как и у всех на нашем корабле, а воспринимается все равно недостижимо элегантной. Чуточку, пару мгновений промедлил, любуясь совершенством изгибов тела моей любимой, прежде чем предложить ей занять единственное кресло в моей каюте. Сам я примостился на край своей узкой кровати.

— Яр, нам нужно с тобой переговорить, — обратилась ко мне чем-то сильно взволнованная принцесса.

— Я весь в внимании, ваше высочество, — отозвался я, заметив в последний момент, как на мое титулование исказилось ее лицо.

— Ну, зачем ты так, Яр, — воскликнула она, соскочив с кресла, в которое было уселась, и, подойдя ко мне вплотную. От аромата ее духов у меня кровь прилила к голове.

— Начинаю потихоньку тренироваться, — с горечью объявил я, запрокинув голову, чтобы взглянуть в ее приблизившиеся глаза, занявшие для меня весь видимый мир. — Через несколько часов полета мы повстречаем вашу эскадру, а потом через двое суток ты вернешься к себе на родину, и мы расстанемся навсегда.

— Так не будет… — экспрессивно возразила она, и после короткой паузы поправилась: — так не должно быть с нами. Ведь ты же любишь меня, Яр, я вижу, я не слепая. Скажи, что ты меня любишь.

— Люблю, — просто подтвердил я. — Больше жизни люблю.

— Тогда… — замялась она, словно не решаясь сделать решительный шаг в холодную воду, — тогда я останусь в эту ночь с тобой. И пусть только моя мать попробует разлучить нас!

— В моем маркизате сейчас идет война, — отозвался я, все еще не смея прикоснуться к принцессе. — Почти сразу, как мы доставим тебя на твою родную планету, я улечу на ту войну.

— Не важно, что будет потом, сейчас я хочу свой, пусть маленький кусочек счастья, — она провела ладонью по моим волосам, ероша их, и я, уже больше не сдерживаясь, заключил ее в объятья.

Глава 15

Расстались с Реей мы под утро. Как раз ей осталось несколько часиков на то, чтобы перед выходом в обычный космос и, соответственно, до общения с лицами из встречающей эскадры отоспаться. И, кстати, избежать этого самого общения у принцессы не было абсолютно никакой возможности. Ее злоключения, вследствие подлого нападения пиратов из всем известного теперь баронства, в королевстве Антарес решено было максимально осветить. Так что, как и в случае моего назначения на должность командующего Цербера, Рее оставалось только, что называется, торговать мордашкой перед мельтешащими вокруг голокамерами. Государственные интересы, понимаешь!

Таки вот он, не совсем еще конец пути, но скажем так, виртуальный межевой знак, означающий, что конец этого самого пути недалече. Наш корабельный искин начал обратный отчет до выхода из субпространства. Все присутствующие на корабле собрались в кают-компании. Я украдкой взглянул на свою любимую: пролетевшая бессонная ночь не оставила на ней своих следов. Принцесса, как всегда, прекрасна!

И вот, с последней цифрой отчета, белесая муть субпространства сменилась изображением обычного космоса. Очень, надо сказать, недружелюбного космоса. Сгустки плазмы, летающие во все стороны, заходящие в атаку штурмовики и торпедоносцы, взрывающиеся от внутренних детонаций корабли. Мы вынырнули на поле идущей космической битвы.

На экране перед нами возник коммодор Зерат Сен, командир отряда кораблей королевства Антарес, сопровождавший ее по направлению к столичной планете королевства.

— Ваше высочество! — Начал он с огромной экспрессией в голосе, — на эскадру, ожидавшую в этой системе вашего прибытия, напали. Мы появились в очень неустойчивый момент битвы. Я прошу вашего разрешения, чтобы атаковать врага.

— Конечно, атакуйте их, коммодор!

Не успели мы и слова сказать, Рея одной фразой вновь оставила нас без всякого прикрытия. А нет, не совсем без прикрытия, все же перед командой на атаку Зерат Сен распорядился оставить с нами три корвета.

«Великая мощь!», — Если кто не понял, это я сейчас таким вот ерничаньем выражаю переполняющие меня эмоции. Не зря коммодор с такой легкостью оставил с нами эти суденышки. На фоне битвы левиафанов они представляли собой очень сомнительную боевую ценность. Ну, разве что от одного-двух звеньев штурмовиков отбиться. Вот только проблема, что по отдельным звеньям тут маленькие кораблики вообще не летали: авиагруппами, крыльями, но уж никак не звеньями. Одно у нас счастье, что из субпространственного перехода мы вынырнули на самом краю этого сражения, уже сцепившимся эскадрам практически не до нас было.

И только я успел подумать, что