Жена двух генералов драконов - Кристина Юрьевна Юраш

Словно этот момент приближает выбор. А я не готова была сделать его. Мне сейчас не хотелось выбирать!

Агостон вернулся довольно быстро. Его лицо было серьёзным, но в глазах я видела что-то новое. Что-то, что раньше я не замечала.

— Он счастлив, — сказал он, глядя на меня. — Хорошо, конечно, что для ритуала необходимы ингредиенты, которых нет под рукой. Иначе бы пришлось его тормозить. Но, впрочем, что вы там собирались делать с моей рукой?

Глава 73

Я сидела рядом с Агостоном в его кабинете.

Свет лампы мягко ложился на стены, создавая уют, но в воздухе витало напряжение.

Его рука лежала у меня на коленях, и я чувствовала тепло, которое он пытался скрыть за отстранённостью.

Я осторожно наносила мазь. Доктор Меривезер был прав: зелье подействовало.

Раны начали неохотно затягиваться, давая надежду на полное выздоровление.

Мои пальцы скользили по шрамам, словно по нотам невидимой мелодии. Казалось, что именно так я могла сказать ему: «Спасибо…».

— Вы слишком нежны, — пробормотал Агостон, не глядя на меня. Его голос звучал глухо, словно он пытался скрыть что-то, что тревожило его. — Драконы не нуждаются в такой заботе.

Я усмехнулась, чувствуя, как внутри меня поднимается раздражение.

— А люди, которые заявляют, что не нуждаются в заботе, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, — нуждаются в ней больше всех.

Он взглянул на меня, и его губы тронула слабая улыбка.

Но глаза оставались холодными, словно лёд. В них читалась странная грусть, которая заставляла моё сердце сжиматься.

— Вы сегодня какой-то… не такой, — произнесла я, чувствуя, как внутри меня зарождается тревога. — Что-то не так?

Он вздохнул, отводя взгляд. Его пальцы нервно сжались в кулаки.

— Наверное, я переживаю за вас, — сказал он, стараясь не смотреть мне в глаза. — Если проклятие будет снято, то Анталь сможет вернуться.

— Вы переживаете из-за этого? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко, но твёрдо. Я аккуратно накладывала последний слой мази, стараясь не показать, как сильно меня тронули его слова.

Я чувствовала, как по коже пробежал лёгкий холодок. В воздухе витала напряжённая тишина, и я знала, что если ритуал сработает, то всё изменится. Мне предстоял сложный выбор, которого я так боялась.

— Знаете что… — улыбнулся Агостон, глядя на меня своими глубокими серыми глазами. — Я так и не успел побыть вашим мужем. Странно. Другом был, врагом был, а мужем нет.

— Вы сейчас о чем? — спросила я, завязывая на руке аккуратный бантик.

— О том, что у меня есть последний шанс произвести на вас впечатление, — рассмеялся Агостон, и в его смехе прозвучала едва уловимая грусть. — Поэтому сделайте мне одолжение. Разрешите мне сегодня побыть вашим мужем. Настоящим. Не ширмой для общества, не стражем. Просто мужем.

Я сглотнула. Я понимала, что такого поворота событий я не ожидала. Несмотря на всё, что произошло между нами, я чувствовала, что в его словах есть что-то искреннее.

— Чтобы мы с братом были в равных условиях, — продолжал Агостон, положив здоровую руку поверх моей, словно думая, что от такого предложения я тут же вскочу и убегу. — Тем более что наша строгая блюстительница морали болеет. И то, что будет, останется между нами.

— А что будет? — прошептала я, чувствуя, как у меня от волнения пересохло во рту.

— Всё в рамках приличия, — заметил Агостон, с лёгкой улыбкой глядя на меня. — Это не значит, что я потащу вас в постель! Я понимаю, что это будет слишком большим преимуществом с моей стороны…

Я посмотрела ему в глаза, чувствуя, как моё сердце забилось быстрее. В его взгляде была надежда и затаённая грусть. Я знала, что Агостон хочет, чтобы я приняла его предложение, но понимала, что для меня это будет непросто. Я чувствовала, что за его словами скрывается нечто большее, чем просто желание быть моим мужем.

Глава 74

— И с чего вы хотите начать наш «брак»? — спросила я, чувствуя, как его пальцы едва ощутимо сжимают мои.

Его взгляд, глубокий и проникновенный, словно искал в моих глазах ответ, которого я сама еще не знала.

Я смотрела в его глаза, понимая, что это будет справедливо — или, может быть, это просто что-то внутри меня требовало справедливости.

— Наверное, с того, что вы мне сыграете, — заметил Агостон, поднеся мою руку к своим губам. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но оно заставило мое сердце забиться быстрее. — К сожалению, я не смогу вам сыграть.

Я почувствовала, как мои губы дрогнули, а в глазах защипало. Но я встала и направилась в гостиную, не позволяя себе показать слабость.

Сердце подпрыгивало от мысли, что сегодня, за все недолгое время нашего брака, что-то будет иначе. Что-то, что изменит все.

Мы подошли к роялю.

Я начала играть по цифрам, пытаясь сосредоточиться на мелодии, а не на том, что происходит вокруг. И уж тем более не на том, что происходит сейчас в моей душе.

Агостон устроился рядом, его присутствие было почти ощутимым. Он положил здоровую левую руку на клавиши, и я почувствовала, как он слегка улыбается.

— Вы играете только правой, — заметил он, его голос был низким и бархатистым. — А я могу играть только левой… Забавно, не так ли?

Я осторожно заиграла мелодию, чувствуя, как к ней под его пальцами рождается аккомпанемент.

Это было удивительно — комната наполнилась музыкой, словно кто-то невидимый создал симфонию из наших усилий.

Двое людей, два разных мира, подстраиваются друг под друга.

Это было как танец, в котором каждый шаг должен быть точным и своевременным.

Я сначала торопилась, но потом замедлилась, пытаясь подстроиться под его ритм. Агостон, в свою очередь, стал немного поторапливать мелодию, его пальцы скользили по клавишам с легкостью, которая завораживала.

Мы играли вместе.

Мягко.

Тихо.

Как будто боясь разбудить спящую боль.

Я подхватила мелодию, пытаясь не отставать.

Когда я задерживалась на какой-то ноте, он замирал, ожидая меня.

Когда я ошибалась, он мягко подталкивал меня в нужном направлении.

В этот момент я поняла, что уже сделала выбор. Я выбрала этот путь, этот брак, эту жизнь. И, возможно, это было самое важное решение, которое я когда-либо