«Красные генералы». За Державу больше не обидно! - Илья Бриз

— Возраст?

— Конечно! Ты же в совете самый молодой, хотя в прошлом году сороковник обмывали, а у парня в команде старше двадцати семи никого нет. Как следствие — нет устоявшихся пессимистических взглядов. Они достаточно легко приняли наши идеи как о тупике цивилизации при продолжении нынешнего западного курса на глобализацию ради обогащения только малой части людей, так и о единственно правильном пути для человечества — выходе в глубокий космос и дальнейшем развитии общества уже на звездных просторах.

— На пыльных тропинках далеких планет? — хмыкнул генерал. — Против такого удара романтикой по нашей еще вчера довольно серой действительности устоять тяжело, — все-таки согласился он.

— Особенно если прибавить творческие возможности, которые появляются при доступе к порталам и прямому подключению к компьютерной сети, и те же меркантильные материальные блага, — добавил Александр Юрьевич. — На пустой желудок светлое будущее не построишь. Это, между прочим, еще одна ошибка властей СССР в восьмидесятые годы.

Они чуть помолчали.

— Да, кстати, — Полонский посмотрел на друга с язвительной улыбкой, — вчера, когда журналистов уже убрали, Копылов выступил. Пощупал, так сказать, своими ручками, что такое связь с компьютером и прямое управление порталами, и очень вдохновился. А так как ты после моего заявления становишься лицом очень даже официальным — во всяком случае, и ЦРУ, и МИ-6, не говоря уже о Моссаде, фамилию некоего Сахно уже знают, — то поступило предложение присвоить тебе соответствующее внеочередное звание — генерал-полковника. Что интересно, никто не возражал и не воздержался при голосовании. Указ я уже подписал.

Александр Юрьевич поперхнулся дымом своей очередной сигареты, откашлялся и выдавил:

— От тебя, Дима, я такой подлянки не ожидал.

Глава 10

— Хныкала-хныкала. Мне ее так жалко стало, я и подключилась в одностороннем порядке — нам же теперь пациента не обязательно усыплять для диагностики. С доработанными фильтрами это не проблема. Вот и выяснилось, что у Надюшки ушко болит. Даже портальным томографом не сразу причину нашла — совсем маленькое воспаление. Лекарство через микропортал закапала, но оно же не сразу эту болячку уберет. Ты, мама, сама говорила, что дети в этом возрасте должны много спать. Я и рискнула заблокировать этот нерв на время. Подключилась еще раз для проверки — сестренка без боли уже засыпала, — а про фильтры в спешке забыла. Вот так все и произошло, — виновато закончила Верка.

Наталья перевела взгляд со старшей дочери на младшую, лежащую у нее на коленях. Наденька, увидев грустное выражение на лице матери, наоборот, заулыбалась и старательно — видно было, что это дается ребенку с большим трудом — медленно произнесла: «Ма-ма».

У женщины опять потекли слезы. Она подняла дочь и поцеловала ее в лобик:

— Бедненькая моя. Что с тобой старшая сестра сделала?

— Не пла-кай, — по слогам, но вполне разборчиво сказала Надюшка.

— Ма-ам, — протянула Верка, теребя мать за рукав, — подключись к ней сама через фильтры. Тогда и выяснится, что я натворила.

Наталья подняла голову, задумалась и аккуратно положила ребенка в кроватку. Слезы на ее лице мгновенно высохли — надо было работать, а не стенать, гадая, что принесло дочери это ошибочное слияние без фильтров с взрослым человеком.

На ментальное обследование с применением всех необходимых мер предосторожности ушло всего несколько секунд. Лицо врача разгладилось, но нотации Верка не избежала:

— На наше счастье, Надюшка просто не в состояний понять девяносто девять процентов того, что содержится в этой дурной забывчивой голове, — несмотря на ругательные интонации, рука Натальи очень ласково прошлась по Веркиным волосам. — Тот редкий случай, когда поговорка «в одно ухо влетело, в другое вылетело» работает во благо. Все сложное и непонятное просто не задержалось у девочки в памяти. Даже не так — не воспринялось вообще, не отложилось. Но вот твоего Гришеньку она теперь будет любить всегда чистой детской незамутненной любовью, — мать наконец-то улыбнулась. — А вот к тому времени, когда она хотя бы приблизительно начнет понимать слово «секс», он уже давно будет для Наденьки просто любимым дядькой, без всяких дурных ассоциаций. Конечно, и ты сама для ребенка теперь предмет обожания и непререкаемый авторитет, ничуть не меньший, чем я или Саша. Поэтому всегда думай, что говоришь при сестренке.

Верка, немного воспрянув духом, тоже улыбнулась, только как-то очень нерешительно:

— Без отрицательных последствий?

— Кажется, — не совсем уверенно ответила мать.

— Я тут подумала, надо за Надюшкой постоянный комплекс аппаратуры закрепить и, чтобы подобных ошибок не повторилось, «зашить» необходимые фильтры в программу ее персонального компьютера.

Наталья с заметным удивлением посмотрела на старшую дочь, высказавшую такую вполне толковую идею, услышала очередное «ма-ма» от младшей, подхватила ее на руки и, успокаивающе поглаживая девочку по спине, задумалась. Затем, подняв голову, сказала:

— В твоем предложении много здравого. Но есть два серьезных «но». Во-первых, несмотря на наш маленький возраст, — она с удовольствием поцеловала Наденьку, — связываться даже через фильтры можно только по нашему желанию. Так? — последний вопрос был адресован малышке. Вряд ли она полностью поняла, о чем идет речь, но все равно кивнула, соглашаясь с матерью, и пропищала «да».

— Мы в свои семь месяцев — полноценный человек со всеми соответствующими правами, включая право на свободу мысли, — еще один поцелуй. Со стороны было хорошо заметно, что эти ласки нравятся и матери, и маленькой дочурке. — Ну и… Я просто не представляю, как на ребенка повлияют знания, которые могут к ней попасть при случайном контакте с кем-нибудь из нас или из сети.

— Мам, ты что? — удивилась Верка. — Какое подключение к сети? Какой случайный контакт? Она же маленькая совсем, чтобы понять управление компом!

— Это только так кажется. Мозг ребенка мало чем отличается от мозга взрослого человека. Разве что — резкой разницей в количестве усвоенной информации и мизерным уровнем хоть какой-либо объективности в оценке этой информации. Само общение с компьютером у нас всех построено на ощущениях, на том языке, который мы все тем или иным путем получили от твоего Григория. И вот как раз эту часть твоих знаний — тут же на самом деле нет ничего сложного — Наденька частично запомнила. Во всяком случае, определенное понятие, как напрямую общаться со своим комплексом, если его подключить, у девочки есть. Очень сильно форсировать развитие личности бесконтрольным потоком знаний? Но, повторяю, просто не представляю, к чему это приведет. Не все вундеркинды хорошо кончали. Обычно у человека от рождения и до взросления проходят годы, а тут… — Наталья опять посмотрела на свою маленькую дочь, немедленно получив в ответ улыбку. Чуть напряглась чему-то внутри себя и согласно кивнула.

В комнате тут же появилась Катерина с Николенькой на руках:

— Чего вы тут киснете? Пойдемте быстрей на озеро. Все там собираются — у Виктора со Светой получилось сфазировать два генератора.

— У нас тут своя новость, вот только пока не пойму, хорошая или плохая, — Наталья скинула баронессе файл с сегодняшним происшествием и последними мыслями на эту тему.

Катерина, почти округлив глаза, удивленно посмотрела на Надюшку. Та улыбнулась и сказала «Те-тя Катя». Перевела взор на пятимесячного Николеньку, спокойно теребившего соску, и добавила «Ко-ля». Брови британки поднялись еще выше, колени подогнулись, и она села на вовремя подставленный Верой пуфик. Еще раз посмотрела во вполне осмысленные глаза девочки и подняла взгляд на мать:

— Мой бог, — выдавила баронесса по-английски. Впрочем, быстро опомнилась и перешла на русский: — Так сколько же ей нынче? Ведь явно больше полугода в несколько раз.

— На первый взгляд умственное развитие можно определить как у ребенка двух — двух с половиной лет, — после короткой паузы ответила Наталья и, заметив, что Катерина опустила взор на своего сына, добавила: — Только не вздумай немедленно сливаться с Николенькой. О результатах этого случайного эксперимента судить слишком рано. Как бы не аукнулось это потом. Я сначала отревелась, потом только начала что-то соображать, — пожаловалась врач. — До сих пор не въезжаю по-настоящему. Как Саше-то сказать? Не представляю… Ладно, — она решительно поднялась, прижимая к себе дочь, — пошли к папке виниться?

Наденька немедленно улыбнулась:

— По-дем!

На озере уже был дым коромыслом: Виктор, придерживая сидящего на руке Валерика, танцевал со Светкой что-то непонятное. Сахно разжигал мангал. Николай с Андреем насаживали мясо вперемежку с луком и помидорами на шампуры. Лена с Геннадием и Гришкой накрывали большой низкий столик холодными закусками, а дети… Нет, Сашенька Кононова спокойно лежала в большом манеже среди различных игрушек, с усердием постукивая ручонкой по яркому полуметровому мячику, а вот малолетние бандиты, как их однажды в шутку назвал Штолев, когда оба брата Сахно с Кононовыми Галей и Колей устроили ревизию в оружейной Красного-один, плескались в аквапарке, оборудованном для них.