Леди любят артефакты 2 - Яра Горина

Не уверена, что это безопасно, — попыталась возразить я. — И вообще, охота — зрелище не для детей.

Мне было невдомек, зачем лорд Блэквуд решил организовать посреди такого прекрасного праздника столь опасное и кровавое «развлечение». Даже если вепрь пойман и его поместили в загон, то расстрелять его там – не охота, а самая обыкновенная бойня. Я бы, возможно, вконец усомнилась бы здравомыслию хозяина, если бы не воодушевленные лица гостей, которые без всяких терзаний направлялись в сторону загона, а вовсе не старались увести подальше детей. Вероятно, я просто чего-то не знаю и это какая-то местная традиция, смысл которой не сразу ясен.

— Как вам известно из старой легенды, когда пришла пора, Летняя дева отказалась уступать свое место сестре, — зычно вещал распорядитель рядом с загоном, подтверждая мои догадки. — Жаром своего дыхания породила она пепельного вепря и отправила зверя к людям...

Удивительно, что в Бринвилле эту старую сказку рассказывали именно так. В столице Лето вовсе не представляли завистливой злодейкой. Она лишь готовила в подарок своей сестре выводок волшебных саламандр, чтобы развеять туман и сырость в чертогах Осени. Однако накануне встречи саламандры сбежали, а очутившись на земле, породили ужасный пожар. Вариант же бринвилльской легенды выглядел очень непривычно. Распорядитель в красках расписывал, как огромный пепельный вепрь, дыша огнем, скакал по полям, уничтожая все дары Осени. Бедняжка плакала, поливая землю дождем, однако ничто не могло остановить чудовище. Пока, как бывает в таких историях, не нашелся герой, поразивший вепря. Осень щедро наградила спасителя, даровав ему несметные богатства. А затем, чтобы залечить нанесенные земле раны, сплела волшебный венок и отправила его по реке. Его нашла обычная смертная девушка. Надев его, она превратилась в Королеву Осень и прошла по полям и дорогам, даря земле плодородие. И к приходу Весны человеческий мир вновь зацвел.

Похоже, в планах Блэквуда было воссоздать часть старой легенды прямо в замке. Не обращая внимания на слова распорядителя, Бетти пробивалась вперед, и мне пришлось следовать за воспитанницей, пока она, наконец, не прильнула к столбам ограды. Сухое дерево заскрипело, и я инстинктивно положила руки на плечи девочки и прижала ее к себе. И тут гостям явился тот самый пепельный вепрь!

Я рассмеялась, глядя, как миниатюрный поросенок с темной до черноты шерсткой, с визгом промчался по загону. На шее у него красовался огромный красный бант, который, судя по всему, должен был символизировать «огненное дыхание», а на спине была перевязка с серебряными колокольчиками. Это чудо, похрюкивая и звеня, кружило по загону, вызывая хохот и умиление присутствующих.

— Какой хорошенький! — взвизгнула Бетти, ни капельки не расстроившаяся, что ей не показали чудовище.

Я выдохнула с облегчением.

Тем временем распорядитель пригласил всех желающих попробовать себя в роли героя и изловить зверя. Молодые мужчины и юноши, которых я раньше видела на стрельбище, с энтузиазмом снимали сюртуки и закатывали рукава модных сорочек. Судя по уверенному виду, задача казалась им простой, однако я заметила, что земля в загоне была мягкой, и юркий поросенок будет легко уходить от преследователей, пока все они будут спотыкаться и мешать друг другу.

— Подержи-ка мою шляпу, — раздался рядом знакомый голос, принадлежавший бургомистру.

— Только не говори, что собираешься в этом участвовать! — всплеснула руками сопровождавшая его супруга.

— Мне нужно переизбраться, — ответил он, сунув свою шляпу стоявшему рядом лорду Блэквуду.

— Близость к народу не гарантирует победу, — со скепсисом ответил тот.

— Зато увеличивает шансы на нее!

С этими словами мистер Липман весьма лихо для человека его комплекции перебрался за ограду.

Теперь мне было понятно, почему его дочь ходит в сопровождении тетки, видимо, миссис Липман приходится пристально следить за мужем, чтобы он ничего не учудил.

Ведущий объявил начало охоты, и началась суета. Как я и думала, крошка-«вепрь» оказался весьма шустрым созданием, и ловко проскальзывал между участниками, которым стоило большого труда устоять на ногах и не столкнуться лбами.

Бургомистр не стремился в гущу толпы. Он присвистывал и цокал языком, пытаясь привлечь внимание животного.

— Ко мне! Давай сюда, дружок! — приговаривал он.

Как ни странно, в какой-то момент «вепрь» действительно повиновался. И, похрюкивая от усталости, вскоре сам побежал в руки бургомистру. Мистер Лимпан подхватил его и прижал к груди, как самое большое сокровище. Он довольно улыбался, не обращая внимание, как комья грязи пачкают его белую рубашку. Возбужденно сопя, поросенок удобно устроился на руках бургомистра и принялся с любопытством его обнюхивать, а тот, сыпля ласковыми словами, чесал ее за ухом.

— Так не бывает! — воскликнул кто-то из гостей.

— Это нечестно! — возмутились сразу несколько участников.

— Господа, — оживился бургомистр, — всем известно, что любовь животных невозможно купить, с ними невозможно договориться. Они нутром чуют хороших людей. Да, малыш? Да, сладкий мой!

Поросенок, будто соглашаясь, громко хрюкнул.

— Невероятно, — раздался над моим ухом вздох лорда Блэквуда.

Наблюдая за представлением, я не заметила, как он вплотную подошел к нам с Бетти.

— Бургомистра, похоже, любят не только избиратели, — отметила я.

— Или последние две недели кто-то приручал поросенка... — он понизил голос.

— Не может быть. И вы знали об этом?

— Только о намерении, — поспешил оправдаться Блэквуд. — Я думал, он шутит.

— В любом случае, после драки кулаками не машут.

— Да-да, а победителей не судят, — улыбнулся Блэквуд. — Можно подумать, у бургомистра есть конкуренты. Он на посту лет десять уже. И надо признать, лучшего управляющего город еще не видел.

Слушая рассказы Блэквуда о бургомистре, выходце из Бринвилля, который очень любил город, я наблюдала, как Липман принимает поздравления, а его утонченная супруга с красными пятнами на щеках, сохраняет на лице фальшивую улыбку и выражение полнейшей невозмутимости, как и положено воспитанной аристократке.

— Ну что, мисс Катарина, — обратился ко мне лорд Блэквуд, — отважитесь поучаствовать в следующем состязании?

— Если только там не будет никаких зверушек, — пошутила я. — Знаете, мне доводилось бывать на разных праздниках, а еще больше — слышать о том, как они проходили. Родители всегда в красках рассказывали о тех, куда в силу возраста детей не приглашают. Однако подобные развлечения...

— Чересчур?

— Большая редкость! — поспешила я успокоить хозяина замка. — И судя по реакции гостей, порицать вас никто не спешит.

— Если только за спиной, — рассмеялся он. — Но вы правы: обычно