Леди любят артефакты 2 - Яра Горина

так веселятся на ярмарочных площадях. Но в этом году мне захотелось устроить миниатюрную долину прямо в замке. Для тех, кто приехал издалека и не знает традиций.

— Интересно, кто из гостей неместный?

— Вы, мисс Катарина, — сказала Бетти с таким видом, будто мы поменялись местами, и я ее подопечная, которая задает наивные вопросы.

— Например, — поддержал девочку отец. — Давайте-ка поспешим к лабиринту.

Конечно, я не приняла слова лорда Блэквуда и Бетти всерьез, хотя представить, что хозяин постарался в том числе и для того, чтобы удивить кого-то вроде меня, было более чем приятно. Но даже думать об этом казалось верхом самонадеянности. Несмотря на приятное и даже дружеское общение, лорд Блэквуд казался недосягаемым. И не только потому, что я – леди-прислуга, как выразилась бы бабушка, но и по той причине, что он попросту игнорировал заинтересованные взгляды со стороны других женщин. Меня уколола мысль о том, что он делал это, чтобы угодить леди Ричардс и не допустить лишних сплетен. Жаль, что она, похоже, не могла оценить подобного благородства и, наоборот, легко принимала чужие ухаживания. И судя по взглядам, которые вдова бросала на лорда Блэквуда, она точно была бы рада, если бы праздник закончился любовной драмой, похожей на те, что описываются в рыцарских романах.

На ее беду, ярмарка была так насыщена развлечениями, что лорд Блэквуд вряд ли нашел бы время на выяснение отношений. Зрители стекались к пышным зарослям, чтобы не пропустить очередного акта в истории про времена года. Из объяснений распорядителя я узнала, что в самом сердце лабиринта заблаговременно расположили корону Королевы Осени, и награда достанется той леди, которая отыщет ее первой.

— Ну что, любовь моя, составишь нам с Дружком компанию? Безоговорочная победа четы Липман — отличный знак для избирателей.

Нас нагнали бургомистр с супругой. Мистер Липман все еще держал на руках поросенка, чем вызывал хорошо скрытый гнев на лице жены. Но, кажется, его это только забавляло. Временами, на лице бургомистра появлялось выражение этакого мальчишеского упрямства и дерзости, словно он специально хотел подразнить свою холодную благовоспитанную жену. И для этой цели все средства были хороши.

— Не знаю, что меня пугает больше: твоя одержимость грядущими выборами или то, что ты успел дать имя поросенку. Надеюсь, он не останется у нас жить?

— Мы могли бы выделить для него одну из гостевых комнат, — начал бургомистр, но внезапно передумал. Он всучил поросенка проходившему мимо лакею и, глянув в нашу сторону, воскликнул: — Нет, так нельзя! Невозможно наблюдать за соревнованием, не имея своих фаворитов. Леди, надеюсь, вы меня не подведете!

На секунду показалось, что мистер Липман обратился именно ко мне, однако тут же совсем рядом прозвучал мурлыкающий голос леди Ричардс:

— Вы бесстрашный человек, господин Липман: произносить такие слова в присутствии супруги...

— Вряд ли она питает иллюзии по поводу азартности своего мужа, — меткое замечание лорда Блэквуда спасло его приятеля от вынужденных оправданий. — Боюсь, сейчас речь идет исключительно о спортивном интересе.

— И, возможно, деловом, — добавил Липман.

— Надеюсь, ты не станешь предлагать лорду Блэквуду делать ставки. Последний раз про «деловой интерес» я слышала на Больших Бринвилльских скачках...

— О, женщина! — взмолился бургомистр. — Я в тот раз проиграл не больше обычного.

Со стороны эта беседа могла показаться обычной светской болтовней, но на деле лорд Блэквуд пусть и завуалировано, но все же выразил свое неудовольствие леди Ричардс. Ее попытка кокетничать с бургомистром выглядела по меньшей мере нелепо. Снятие траура не пошло на пользу манерам вдовы, и теперь я более чем отчетливо видела, как она намеренно пытается вызвать ревность лорда Блэквуда. О том, что Ричардс больше не в черном, вспомнил и бургомистр, внезапно заявив:

— Леди, вы так долго скорбели о вашей утрате, и как никто другой заслуживаете вновь почувствовать дыхание жизни. Смелее! Вы достойны короны.

Миссис Липман характерно кашлянула, ухватив супруга под локоть, а он поглядел на нее с непониманием, словно говоря: «и что я такого сказал?»

— Хорошо! Раз вы, господа, так настаиваете, придется согласиться. И пусть победит сильнейший.

Ричардс обворожительно улыбнулась Блэквуду, который ответил ей вежливой, но весьма сдержанной улыбкой. А меня аж передернуло от подобного нахальства. Она согласилась участвовать с таким видом, словно лорд только и делал, что ее уговаривал. И как у этой женщины получается все так перекручивать?!

— Отец? — обратилась к Блэквуду Бетти, когда другие леди выстроились у четырех входов в лабиринт. — А можно и мне?

Тот призадумался.

— Брось, старина, — опередил его мистер Липман. — Ты же не станешь отказывать ребенку?

— Но...

— Посмотри, как горят ее глаза. О, эта жажда победы! Повезло мне, что женщинам, особенно таким маленьким, не светят руководящие должности. Какая конкурентка растет.

Бетти аж зарделась от такого внимания и похвалы, а я с тоской подумала о том, что если лорд Блэквуд согласится, то мне, возможно, тоже придется идти в лабиринт, чтобы сопровождать воспитанницу. И там мы непременно столкнемся с этой Ричардс. Уверена, в своем воображении она давно примерила эту корону и не перед чем не остановится.

— Ладно, — сдался под напором лорд Блэквуд. — Но предупреждаю, моя дочь не из тех, кто умеет проигрывать.

— Интересно, в кого бы это? — подмигнул ему мистер Лимпан.

— И если она расстроится, утешать ее будешь ты, старина!

— Не думаю, что в гневе она страшнее жителей речных земель в весеннее половодье.

— И вот вопрос, кем больше заинтересуются сборщики подати, когда узнают о денежной компенсации, выплаченной ребенку? — пошутил лорд Блэквуд.

Мы с Бетти проследовали к одному из боковых входов в лабиринт, пока девочка внезапно не остановилась.

— Я пойду одна.

— Уверена? Там легко можно потеряться.

— Пожалуйста, мисс Катарина. Вы будете мне только мешать.

Я топталась на месте, не зная, что предпринять. В глазах воспитанницы была знакомая дерзкая хитринка. Было заметно, что она совсем не боится, скорее, это ее следует бояться.

— Бетти, умоляю, никаких усов, бороды и прочих штучек, — склонившись, сказала ей я. – Играй честно. Не нужно портить праздник скандалом.

— Конечно, мисс Катарина, ничего такого, это я вам обещаю, — легко согласилась девочка. – Честное слово!

— Хорошо, — решила поверить я. – Но если заблудишься, кричи! Мы с отцом тут же отправимся на помощь.

— Вам не придется. Ждите меня, я