Изгнание и объятия - Кира Коул

class="p1">Люди разговаривают в одном из других зданий, когда я заворачиваю за угол и вижу открытую дверь.

Я заглядываю внутрь. Ни один из мужчин, стоящих возле массивных ящиков, не вооружен. Они не отрывают глаз от своих телефонов, когда я прохожу мимо двери, держась в тени.

Мой пульс учащается, когда я приближаюсь к складу, на котором находится моя цель.

Тусклый свет льется из заколоченных окон, отбрасывая тени на землю.

Я держусь поближе к зданию, опустив голову и пряча лицо от камер.

Входя на склад, я стараюсь не издавать ни звука. Я двигаюсь за штабелем грузовых контейнеров. Убедившись, что мой пистолет снят с предохранителя, я направляюсь в заднюю часть здания, где моя цель должна работать в своем кабинете.

Других людей нет, пока я лавирую между транспортными контейнерами.

Я останавливаюсь, когда добираюсь до конца.

Дверь кабинета широко открыта. Он сидит за своим столом, перед ним сложены белые кубики героина.

Стена позади него стеклянная, и в тени Ава сидит в ожидающей машине.

Я вхожу в кабинет и закрываю дверь, поворачивая замок. Мужчина поднимает голову, вся краска отходит от его лица, когда я целюсь из пистолета ему в лоб.

— Черт возьми, Роджер, ты был очень плохим мальчиком. — Я ухмыляюсь, подходя к столу. Я постукиваю по одной из пачек героина. — Воровство было очень плохой идеей.

— Я не хотел этого делать. Я должен был это сделать. Мне нужны деньги. Пожалуйста.

Вздохнув, я обхожу стол и приставляю пистолет к его голове, цокая. — Роджер, тебе следовало знать лучше.

Слезы текут по его лицу, и темное пятно расплывается спереди на его бежевых брюках. — Пожалуйста. У меня жена и дети.

Роджер все еще всхлипывает, когда я нажимаю на курок.

Его тело откидывается на спинку стула, глаза все еще широко раскрыты.

Я засовываю пистолет в кобуру на бедре, прежде чем ухватиться за спинку стула и потащить Роджера к двери. Его тело слегка ерзает на стуле, голова склоняется набок, и он смотрит на меня с отсутствующим выражением лица.

Открыв дверь, я тащу его через склад к белому грузовику, который ждет с другой стороны здания.

Я поднимаю тело и бросаю его в кузов грузовика. Как только я накрываю его брезентом, я достаю телефон и отправляю сообщение Киллиану.

Теперь, когда работа закончена, его бригада уборщиков собирается войти и очистить здание. Они вернут ему украденный героин и позаботятся о том, чтобы нигде в здании не осталось никаких следов моего присутствия.

Хотя, во-первых, там не осталось бы и следа.

Я хорош в своей работе. Я остаюсь в тени и поворачиваюсь спиной к камерам.

Я провел последнюю неделю, наблюдая за этим складом, просто чтобы знать, где спрятаться, когда придет время убить Роджера.

Бригада уборщиков подъезжает, когда я сажусь в грузовик.

Я киваю им, прежде чем сесть в машину.

Хотя у Киллиана может быть бригада уборщиков, я предпочитаю избавляться от тел самостоятельно. Я не могу быть уверен, что кто-то из его команды не оступится и не оставит улик.

Я подхожу к машине, в которой сидит Ава.

Она смотрит на меня, приподнимая одну бровь.

Я не знаю, многое ли из того, что только что произошло, она увидела через окно. Хотя я надеюсь, что это было минимально, это также та часть моей жизни, с которой ей придется смириться.

Когда я припарковываю грузовик и выхожу, она опускает стекло.

Я наклоняюсь, опираясь рукой о машину. — Залезай в грузовик. Нам нужно избавиться от тела.

Ее глаза сужаются, а губы поджимаются. — Ты просто собираешься оставить свою машину здесь?

— Один из членов бригады уборщиков знает, где она припаркована. План всегда заключался в том, что один из них должен отогнать ее домой, когда я разберусь с делами. А теперь пошли.

Ава поднимает стекло и выходит из машины. Она не смотрит на покрытое брезентом тело в кузове грузовика, прежде чем забраться внутрь.

Я сажусь обратно в грузовик и завожу его, направляясь к шоссе.

В небе ярко сияют звезды, когда я покидаю город и направляюсь за город.

Ава ничего не говорит, читая книгу в телефоне, пока я веду машину.

Ее должно больше беспокоить то, что происходит. Для человека, выросшего не в мафии, она относится ко всему этому устрашающе спокойно.

Я не останавливаюсь, пока мы не подъезжаем к пристани для яхт почти в двух часах езды от Портленда. Ава убирает свой телефон, когда мы подъезжаем к пирсу, где пришвартована и ждет лодка.

— Ава, садись на лодку. — Я припарковываю грузовик и выхожу.

Волны плещутся о причалы, лодка покачивается за окном.

Ава выходит из машины и скрещивает руки на груди. — Финн, что ты делаешь?

— Избавляюсь от проблем для Киллиана, я думал, это очевидно. — Я плотнее обматываю тело брезентом, привязывая его к месту какой-нибудь веревкой.

— Да, это так, но меня больше волнует, почему ты решил, что это хороший способ отвлечь меня от всего этого. — Она следует за мной к лодке, забирается на нее и устраивается на одном из сидений. — Кажется, ты пытаешься меня отпугнуть.

— Знаешь, ты сейчас слишком спокойна. — Я бросаю тело в лодку рядом с ней.

Ава вздрагивает и отшатывается от тела. — Мне не нравится находиться здесь, Финн, но это и не самое худшее, что я когда-либо видела.

Мой пульс учащается, когда я отвязываю лодку от причала и забрасываю веревки внутрь.

Ава встает и наматывает их на кнехты, пока я отталкиваю лодку от причала и запрыгиваю внутрь.

Я сажусь за руль и завожу мотор, не зажигая огней. — Нет?

Она качает головой. — Я встречалась с твоим братом, Финном. Я видела вещи и похуже. И, честно говоря, я думаю, ты привел меня сюда сегодня вечером только для того, чтобы напугать. Я не думаю, что это сделано для того, чтобы отвлечь меня от моего отца, даже если ты так говоришь.

Костяшки моих пальцев белеют, когда я сжимаю руль.

В этом она права, даже если я не знал, что именно это делал, когда просил ее пойти со мной. Это был подсознательный выбор — попытаться оттолкнуть ее от меня.

Потому что я не тот мужчина, с которым ей следует быть. Она заслуживает гораздо лучшего.

Ава снова садится, когда брызги из гавани каскадом обрушиваются на нас. — Ты пытаешься быть тем, кем ты не являешься, Финн. По какой-то причине ты думаешь, что, напугав меня, ты заставишь меня сбежать в горы. После всего дерьма, которое произошло в моей жизни, тебе следовало