Токсичный позитив. Как перестать подавлять негативные эмоции и оставаться искренними с собой - Уитни Гудман

от них. Нам твердят, что если мы победим еще одну слабость и потеряем еще один килограмм, то наконец заживем счастливо. Объявления, рекламирующие эту продукцию, буквально сочатся позитивом. Улыбающиеся, жизнерадостные люди бегают по солнечным пляжам и наслаждаются компанией таких же друзей. Вам продают фантазию, которая никогда не станет реальностью, ведь счастье не прилагается к какому-то определенному типу тела. Если вам попадались свои старые фотографии, вы, возможно, думали: «Ух ты, я замечательно выглядела!», а потом вспоминали, как сильно вы критиковали себя в тот период жизни. Именно это я и имею в виду. Это нескончаемый цикл. Соня Рене Тейлор, написавшая книгу The Body Is Not an Apology, в одном из своих выступлений задала важный вопрос, который помогает справиться с хищным маркетингом счастья и худобы. Она попросила свою аудиторию задуматься: «Кто получает доход от моих комплексов?»[129] Я обожаю этот вопрос и часто использую в собственном противостоянии культуре диет, а также в работе с клиентами. Когда мы ставим вопрос таким образом, то можем сделать шаг в сторону от радужных обещаний и трезво посмотреть на то, как наша неуверенность в себе обращается против нас самих и корпорации наживаются на нас, раздавая несбыточные обещания.

Токсичный позитив — верный союзник культуры диет, но, кроме того, он частый гость в царстве бодипозитива. Когда я впервые встретилась с концепцией «телесной позитивности», то была заинтригована. Мне подумалось, что она лучше бесконечной критики своего тела и уж точно лучше культуры диет и голоданий, однако все зашло слишком далеко. Оказалось, что свое тело нужно обожать, хвалить и тщательно выбирать слова, когда говоришь о нем или с ним. После многолетних самоограничений бодипозитив казался чем-то из другой вселенной как для меня, так и для моих клиентов. Это один из неочевидных ликов токсичного позитива. По аналогии с позитивными аффирмациями попытки внушить себе чересчур радостное отношение к своему телу могут быстро из полезных превратиться во вредные. Именно поэтому я отошла от бодипозитива и придерживаюсь концепции телесной нейтральности и принятия.

Термин «телесная нейтральность» начал набирать популярность в интернете в 2015 году. Он стал широко известен, когда через год Энн Пуарье стала использовать его в своих ретритах. Телесная нейтральность — это взгляд на свое тело через призму того, что оно делает, а именно помогает существовать в этом мире. Все тела имеют ценность независимо от своих возможностей и ограничений. Вместо того чтобы всеми силами пробуждать в себе любовь к своему телу, эта концепция предлагает отказаться от любых сильных эмоций и категоричных суждений по отношению к нему. Выяснилось, что такой подход помогает снизить тревожность, депрессию и улучшает общее самочувствие[130]. В периодически возникающих негативных мыслях о своем теле нет ничего зазорного: время от времени нас затягивают прежние сценарии, но вы осознаете, что это происходит в контексте общества, которое ставит в приоритет худобу ради здоровья и счастья, так что не принимаете эти мысли на свой счет.

Довольствоваться малым

Мы относимся к счастью так, словно это объективная величина, хотя в мире существует множество определений, порой даже противоположных, того, что такое быть по-настоящему счастливым. По большому счету, что такое счастье, как его достигать и кому это позволено, решают люди, обладающие властью и ресурсами. Отсюда пошло представление о том, что счастливые страны — непременно богатые и индустриально развитые, несмотря на многочисленные доказательства обратного[131].

Мы также приравниваем счастье к материальным благам, и чем больше благ вы можете достичь, тем вероятнее вы станете счастливыми. Столько вещей способны привести нас к желанной цели: новая машина, новый дом, новая пара туфель. Все эти ключики к счастью стоят денег, и убеждение, что они освободят нас от экзистенциальной боли, глубоко зашито в нашем подсознании. Реклама открыто эксплуатирует стремление к полноценной и радостной жизни, чтобы продвигать продукты, которые якобы удовлетворят эту потребность. Но что происходит, когда обещание не сбывается? Мы продолжаем в том же духе. Может быть, купленная машина оказалась не самым удачным выбором, или дом нужен побольше, или туфли помоднее. Какой бы предмет мы ни купили, счастье длится недолго, а то и не приходит вовсе.

Взаимосвязь между достатком и счастьем непростая, и многие ученые предпринимали попытки объяснить, почему некоторые люди довольствуются малым, в то время как другие страдают, даже купаясь в роскоши. В недавнем исследовании более высокий доход был ассоциирован с уменьшением ежедневного уровня грусти, но оказался не связан с ростом ежедневного уровня счастья. Деньги необязательно делают нас счастливее, однако они могут дать нам больше контроля над своей жизнью и таким образом снизить фоновый уровень стресса[132].

Очевидно, что токсичный позитив играет роль в поддержании современных классовых структур, приравнивая богатство к счастью и оказывая огромное давление на малообеспеченных людей, чтобы они превозмогали стоящие перед ними преграды и тоже стремились к счастью. Мы часто говорим: «Смотри, им так мало надо для счастья», чтобы объяснить, почему люди, не имеющие доступа к привычным западным возможностям и благам, тем не менее счастливы. Культура настойчиво требует стремиться к деньгам и счастью по указанному маршруту либо принять, что у тебя не получается, и все равно демонстрировать счастье. Здесь же мелькает вымученная благодарность, а от людей, которым дали минимум ресурсов, ожидаются постоянная радость и признательность за то, что у них есть доступ хоть к чему-нибудь.

Если кто-то не в состоянии достичь богатства и счастья, первым делом мы переводим стрелки на его отношение к жизни. Человек приложил мало усилий, не верил в успех, не визуализировал свои материальные желания, да и вообще у него «менталитет жертвы». Мы редко обращаем внимание на системы, которые держат людей в ловушке, а вместо этого приводим индивидуальные факторы, щедро сдобренные токсичным позитивом. Чтобы избавиться от токсичного позитива в разговорах о материальном достатке, надо убрать из уравнения деньги. Мы знаем, что доступ к определенным ресурсам — безопасное жилье, благополучные близкие отношения, качественная еда, здравоохранение, — это краеугольные камни человеческого благополучия. Без этих вещей люди обречены оставаться и без счастья, и без социальных достижений. Если мы переключимся с обсуждения денег и счастья и вместо этого сосредоточимся на обеспечении равенства в базовых благах, люди смогут сами определять, в чем заключается их счастье.

Лишь бы вам было хорошо

В сообществе ЛГБТКИА+ мы также видим токсичный позитив. Раньше эти идентичности считались греховными и скрывались от широкой общественности. Власти и ученые использовали с такими людьми тот же подход, что и в случае иммигрантов, людей с инвалидностью и иноэтничных