Искра Жизни - Хэйфорд Пирс

Для войны с горсткой ловцов омаров, на которых за последние три столетия не нападал никто опаснее чайки, лучше и не придумаешь.

— План должен был сработать всего один раз — и он сработал, — преподобный Шем снова взглянул на часы. — Ну, мне пора. А вы пока подумайте вот о чем: несмотря на ваши чудовищные преступления против Сыновей Ноя, несмотря на прямо-таки ощутимое чувство зла, исходящее от вас, я тем не менее готов предоставить вам свободу — с одним условием. Умирает ваша подруга или нет, но мы должны получить для своего проекта ее яйцеклетку. Мы, помнится, уже обсуждали с вами эту проблему, так что вы представляете, насколько это для нас важно. — Он сделал знак окружающим меня охранникам, и те направились к выходу. — Завтра я вернусь, и вы сообщите мне о своем решении.

Я снова остался наедине с собственными мыслями.

И эти мысли были самого мрачного свойства.

Глава 30. Мурашки

В следующий раз я увидел луноликого преподобного Шема в дверях своего каземата через несколько часов, показавшихся вечностью. Он облачился в хорошо сидевший на нем коричневый костюм, длинный пурпурный плащ с горностаевым воротником, желто-зеленые перчатки, блестящие синие ботинки и меховую темно-красную шапку, в ней по обоим бокам торчало по небольшому серому перышку. Я ошарашенно взирал и несколько мгновений не мог выдавить ни слова, но потом решил, что все это, должно быть, какая-то разновидность церемониального одеяния, возможно, именно такого, в каком преподобные Шемы с первого по третий номер принимали капитуляцию захваченных ими Свободных государств.

— Надеюсь, вы не думаете, что это сойдет вам с рук? — спросил я прежде, чем он успел заговорить.

— Что? Но ведь это уже и так сошло нам с рук, — преподобный откровенно удивился моему вопросу.

— Я не имел в виду собственную смерть — это может сойти с рук кому угодно. Нет, я имею в виду вторжение, захват и удержание под своей властью целого Свободного Государства. И не просто какого-то Свободного Государства, а именно этого конкретного Свободного Государства. Ведь это… это примерно все равно, что захватить Ватикан или Мекку, или… или…

— И, как, по-вашему, что нам может угрожать, мистер Мэдиган? — задал резонный вопрос преподобный Шем с таким видом, будто его больше всего на свете интересовало обсуждение геополитики с приговоренным к смерти узником, который, возможно, сегодня же утром будет сварен в котле с кипящим маслом. — Наше собственное Свободное Государство Нампа в настоящее время практически неуязвимо ни для чего, не считая крупномасштабной ядерной войны. Организация Объединенных Свободных Государств не обладает собственными ядерными силами, а если бы и обладала, то не имеет законного права ими пользоваться. А из прочих приблизительно четырехсот или около того Свободных государств причины использовать такого рода оружие и желание это делать имеется только у Западного Маунт-Дезерта. Но в настоящее время их арсеналы находятся в наших руках. Нет, мистер Мэдиган, я уверен, нам это наверняка сойдет с рук.

— Вы захватили их ядерное оружие? И действительно намерены применить его против того, кто попытается вторгнуться сюда?

— Ну, разумеется. Мы либо останемся здесь на наших собственных условиях — или все погибнем, обороняясь от врага. Четвертый и Пятый Шемы уже миропомазаны. И, если даже Господь призовет меня к себе, то один из них тут же займет мое место.

Я буквально застонал про себя. Этот безумец-святоша и в самом деле готов использовать атомное оружие. Теперь я полностью убедился в этом. Сейчас я надеялся лишь на то, что Эрика слышит наш разговор.

— Но все же, чего вы хотите? — я пораженно покачал головой, не оставляя попыток вытянуть из него хоть какую-то ценную информацию. — Зачем вы пришли сюда? Ведь это какая-то бессмыслица!

— Да неужели? А мне казалось, человек в вашем положении должен бы сразу понять, в чем дело.

— Лично я ничего не понимаю.

— Вы ведь утверждаете, что ваша подруга умирает от болезни, и врачи остального мира не в состоянии даже ее диагностировать. Предположим, вы с ней жили бы сто лет назад, когда Ада Перкинс была еще жива. Вы почти наверняка попытались бы привезти свою подругу сюда. И в случае, если бы ее заболевание оказалось хоть как-то связано с раковой опухолью, то имелись бы все основания рассчитывать на то, что Господь излечит ее посредством чудесного вмешательства Святой Ады Перкинс.

— Согласен. Но ведь это тогда. С тех пор, как Ада Перкинс умерла, никаких чудес здесь больше никогда не происходило. Во всяком случае, я ничего подобного не слышал. Здесь у них просто сложился самый крупный и лучший в мире медицинский комплекс.

— А вам это никогда не казалось странным? Разве не странно, что Ада Перкинс творила научно подтвержденные чудеса в старом дряхлом фермерском доме? И то, что такой современный медицинский центр, как Лечебница, располагающий самым совершенным и самым дорогим медицинским оборудованием, образовался не где-либо еще, а именно здесь? Тем не менее, несмотря на это, никаких чудес больше не творилось, а уровень смертей, излечений, ремиссий статистически соответствовал среднемировым статистическим показателям.

Я пожал плечами.

— Ну…

— А вот мне, мистер Мэдиган, все это показалось более чем странным, и если бы только это… Много лет назад, еще тогда, когда я только начинал интересоваться тем, как Господь творит свои чудеса. За долгие годы я множество раз посещал Лечебницу Святой Ады Перкинс под видом простого паломника. И каждый раз, когда я проходил через простенький старый фермерский дом, где когда-то жила и буквально возвращала к нормальной жизни смертельно больных людей Ада Перкинс, я чувствовал, как Господь говорит со мной.

— Чувствовали, как господь говорит с вами?

— Да-да, именно чувствовал, всем своим существом. Меня пронизывала какая-то совершенно неописуемая сила, она буквально завладевала мной, наделяя меня ощущением такого могущества, какое мне прежде и не снилось — именно так описывала то, что с ней творилось перед совершением чудесных исцелений, и блаженная Ада Перкинс.

От слов преподобного Шема я тоже испытал довольно непривычное чувство: у меня побежали по телу мурашки. Неужели этот преподобный шарлатан и явный сумасшедший может оказаться не совсем шарлатаном? Похоже, он, подобно Святой Аде Перкинс, на самом деле неким образом реагировал на влияние Искры Жизни. Но она же похоронена в толще скалы на глубине четверти мили? И неужели он, как и Святая Ада Перкинс, в соответствующих обстоятельствах сможет исцелять находящихся при смерти людей?

От такой мысли меня передернуло. Увы, способность творить чудеса ничего не меняла: он все равно оставался тем