Норман - Владимир Белобородов

Присоединившись к "купальщикам", я успел вымыть Аравина, и Барса, остальных уже выкупали. Дальше настал наш черед, плескались мы долго, пока солнце не коснулось леса и не закончилось вино в кувшине. В дом, возвращались пешком, гоня ветками впереди лошадей и изредка похлопывая себя, комары, как с цепи сорвались. Локтей за двести от ограды оставили лошадей и комаров, видимо, действовал какой-то амулет. На крыльце, попивая из кружки, от которой шёл пар, стоял отец:

- Я уже думал, что вы заплутали, дед мог над вами пошутить.

- Ну, не в первый же день, ещё наблуждаются, - вышел из дома Савлентий: Давайте ужинать и спать, завтра новый день боги подарят.

После ужина, мы вчетвером полезли на чердак, где ещё часть, пока снизу отец не прикрикнул, травили байки, великим знатоком которых, оказался Солд.

Утром я проснулся от стука топора. Выглянув во двор, я увидел Солда, колющего дрова.

- Тебе чего не спится?

- Ты, так не то, что завтрак, обед проспишь.

- А дрова с утра обязательно колоть?

- Да соскучился по работе просто, а тут гляжу - не колоты, - он замахнулся в очередной раз, и полено с треском, распалось напополам.

- Слазь давай, иди умываться и завтракать, - крикнул откуда-то снизу отец, наверняка с крыльца, которое мне не было видно.

- А кто взял мою рубаху, вчера на дверь чердака, сушиться вешал?

- Спроси у Софьи, - Малик без зазрения совести, сдал сестру, - Она на кухне завтрак готовит.

После завтрака, на котором не хватало Храма и эльфа, ушедших охотиться, Лекам потащил меня на медитацию. За этим делом, нас и застал Савлентий.

- А он чего это, ещё не видит?

- Так, инициировался, десятины три назад.

- Сколько, сколько? - переспросил Малик, крутившийся рядом с целью постебаться надо мной.

- Брысь мелкий, - дед нахмурил брови, - не видишь, старшие говорят.

- А ты чего, сам то не смотришь за силой, он же за нос тебя водит. Я по каналом его вижу, ничего не напрягает, сила не струится, а замедляется, спать собирается значит. Да и магией давно подтолкнул бы.

- Сгорел я дед, - Лекам хмуро присел, - Уходили от "мрака тёмных", когда в конце войны они облако выпустили. Почти ушли, но облако стало настигать. Оно уже слабое было, вреда не приносило, но кто ж тогда знал. Я накрыл отряд щитом, и держал его, сколько мог, пока уходили. Очнулся в академии жизни, ничего сделать не смогли, каналы перегорели, "искру" покорёжило, в живых остался, и ладно.

- Ровный, не подслушивай, в себя смотри, тебя сейчас ничего не должно волновать. - дед гаркнул так, что я чуть не упал с бревна, на которое меня усадил Лекам, - я сам его видеть поучу, а ты пойдём, посмотрим на твои каналы. Сойдешь с места, десятину чесаться будешь, я плетение наложил.

Последние слова явно предназначались мне.

Через часть, учителя, отпустили меня с бревна, сказав, что после обеда продолжим.

Пока не вернулся орк, который наверняка вспомнит о нерадивом ученике, я сходил к хасанам. Волчата спали, свернувшись одним целым клубком с котёнком, сейши где то не было. Будить я их не стал.

К обеду вернулись Эль и Храм. Настроение у них было ниже некуда.

- Дед, твоя драная кошка, не даёт охотиться. Только подойдем к глуханам, она рыкнет из кустов, они взлетают. Только к диким свиньям - она их спугнула так, что на дерево пришлось залазить, они на нас попёрли.

- А чего ж, вы хотели? Это её угодья. Вон лежат ваши свинья, два глухана и пара кроликов, около купальни. Она сама принесла. Вы в следующий раз, либо к ней сходите - разрешения спросите, либо рыбы наловите и поменяйтесь. Она воду не любит, а рыбу уважает.

- Так ты же сам нас с утра в лес послал! Мол, кормить нечем такую ораву.

- Запамятовал про кошку, кругов то мне много, память не та, - Савлентий хитро улыбался.

Орк, прорычал что то на своём, и увидев Софью, крикнул ей:

- Софья, скажи жениху, чтоб ножи для разделки к купальне принёс, и сам пришёл с точилом.

- Вам надо, сами за него и идите, или ножи просите у этого..., - она задумалась на удар, - заевшегося!

- Что это с ней? - спросил Эль у Лекама.

- С утра из-за рубашки поцапались, на завтрак младший Ровный, сказал, что яичница недосолёна. Вот и лаются весь день. Первая семейная ссора.

- Сами вы семейные, - Софья, рассержено пошла к дому.

Обед, готовил Храм, он всех красках расписал деду "мясо по-нормански", и при наличии свинины, глупо было, готовить что-нибудь другое. Обедали прямо у костровища, запивая мясо, мутным вином деда, имевшим очень оригинальный привкус. Последнее нормальное вино Храм выпросил на мясо.

- Ты Ровный, сбегай в село, купи круп, вина, зайдешь к Майне, она шьет всей деревне, купишь одёжи, а то молодежь скоро голыми ходить будут, - дед посмотрел на нас с Софьей, утреннюю ссору из-за рубашки слышали все, - Там у неё вроде дочь вернулась, муж умер, - непонятно зачем добавил Савлентий.

- Я тоже пойду, - Храм впился клыками в кусок мяса, тонкая струйка жира потекла на подбородок.

- Да вас вроде светлые ищут, а твоя зелёная рожа, прям образец неприметности, - возразил дед, - Солда возьми с собой, а то потеряешься на ночь, а мы тут гадай, где ты.

Солд кивнул в знак согласия сходить в село.

- Солд, а тебя кто зашивал, я утром твою рану, когда ты дрова рубил видел, случайно не вон тот недомаг, - дед ткнул пальцем в Лекама, - Прости, забыл что ты выгорел, хотя в этом видна рука богов, сколько ты магией, разнес по округе. Трактир в Орлином спалил, мост помню волной снес.

- Мост скажешь тоже, две жердины через ручей.

- А мой сарай?

Лекам замолчал.

- Так, кто шил? Он?

Солд кивнул.

- Я ночью шил, Софья светила, а он при смерти был, опять же светлые на хвосте, - оправдывался Лекам.

- Я и вижу, как барана заштопал. Убрать не смогу, но за десятину подправлю. Всё равно твоему лекарю, дней тридцать надо каналы править.

- Мы вроде всего на десятину собирались остаться? - отец поперхнулся вином деда.

- Да ради богов, и будет твоему младшему, этот недо... лекарь, зрение магическое год открывать, а я как раз за три десятины его раскрою, опять же живность ваша подрастет.

- Щенков, можно и оставить, они у тебя в большей сохранности будут.

- Не-е-е, у них привязка к младшему, он им сейчас за место матери. Уйдёт дальше чем на день пути, плохо ему будет.

- Это как? - я заинтересовался.

- А на тебя, метка как на мамку поставлена, хасаны ведь магические звери, колдовать по серьезному не могут, но вот глаза отвести, заблудить кого в лесу, растерять жертву на время, вполне способны. У них даже "искра" есть. Вот их отец видимо, когда ты пообещал их найти, и ткнул на твой разум метку. Плетением вроде не назовешь, снять их магию тяжело, так как не знаешь за какой конец тянуть, похожа на магию остроухих. Да и у тебя на голове и так два плетения сидит, я пока ты на бревне балансировал, рассмотрел. Так что сейчас и не разберешься, где какое. А метка сильная, видно добровольно принял, или пообещал чего, круга два продержится. Ты ведь сейчас чувствуешь, когда они чего боятся, или голодные?