Лунный камень - Уилки Коллинз

Госпожа моя кивнула ему головой въ доказательство того, что она его слушаетъ, и приставъ продолжалъ такъ:

— За послѣднія двадцать лѣтъ, сказалъ онъ, — я, какъ довѣренное лицо, часто бывалъ употребляемъ на разбирательства тайныхъ семейныхъ дѣлъ. Вотъ въ двухъ словахъ результатъ, пріобрѣтенный мною на этомъ поприщѣ, и имѣющій нѣкоторое примѣненіе къ настоящему дѣлу. Я знаю по опыту, что молодыя леди, занимающія блестящее положеніе въ свѣтѣ, имѣютъ иногда тайные долги, въ которыхъ онѣ не смѣютъ сознаться своимъ ближайшимъ родственникамъ и друзьямъ. Иногда онѣ должаютъ модисткѣ и ювелиру; иногда же деньги бываютъ имъ нужны для другихъ цѣлей, которыхъ я не предполагаю въ настоящемъ случаѣ, и о которыхъ умолчу, изъ уваженія къ вамъ. Постарайтесь не забыть того, что я сейчасъ оказалъ вамъ, миледи; а теперь прослѣдимъ, какомъ путемъ событія этой недѣли почти вынудили меня искать объясненій въ моей долговременной опытности.

Онъ собрался съ мыслями и продолжилъ свои разказъ съ ужасающею ясностью, заставлявшею насъ понимать смыслъ каждаго его слова и съ жестокою справедливостью, не щадившею никого.

— Первыя свѣдѣнія относительно пропажи Луннаго камня получены мною отъ надзирателя Сигрева, и я тутъ же убѣдился, что онъ былъ совершенно неспособенъ къ производству этого слѣдствія. Изъ коего что онъ разказалъ мнѣ, я обратилъ вниманіе лишь на одно обстоятельство, а именно, что миссъ Вериндеръ уклонилась отъ его допросовъ и говорила съ нимъ съ совершенно необъяснимою суровостью и презрѣніемъ. Какъ ни удивительно казалось мнѣ подобное обращеніе, но я приписывалъ его какой-нибудь неловкости надзирателя, который могъ неумышленно оскорбить молодую миссъ. Затаивъ про себя это предположеніе, я сталъ одинъ производить обыскъ комнаты, который, какъ вамъ извѣстно, кончался открытіемъ пятна на двери и показаніями мистера Франклина, убѣдившаго меня, что это самое пятно имѣло прямое отношеніе къ пропажѣ алмаза. Я могъ до сихъ поръ подозрѣвать только одно, что Лунный камень украденъ, и что похитителемъ его, вѣроятно, окажется кто-нибудь изъ слугъ. Прекрасно. Что же далѣе? Миссъ Вериндеръ внезапно выходитъ изъ своей комнаты, начинаетъ говорить со мной, а мнѣ немедленно бросаются въ глаза три обстоятельства весьма подозрительнаго свойства. Первое, что она сильно взволнована, несмотря на то что со времени пропажи алмаза прошло уже болѣе сутокъ. Второе, что она обращается со мной точь-въ-точь какъ съ надзирателемъ Сигревомъ. Третье, что она считаетъ себя смертельно оскорбленною мистеромъ Франклиномъ. Хорошо. Вотъ (думаю я про себя) молодая миссъ, которая потеряла драгоцѣнный алмазъ, я которая, какъ я самъ имѣлъ случай убѣдиться, обладаетъ весьма пылкимъ нравомъ. Но что же она, дѣлаетъ въ настоящемъ случаѣ подъ вліяніемъ этого пылкаго нрава? Она обнаруживаетъ непонятную злобу противъ мистера Блека, господина надзирателя и меня, иначе сказать, противъ тѣхъ самыхъ лицъ, которые, каждый по-своему, старались помочь ей въ разысканіи ея потеряннаго алмаза. Тогда, миледи, и только тогда началъ я искать указаній въ своей опытности, которая и объяснила мнѣ загадочное поведеніе миссъ Вериндеръ. Руководимый ею, и сопоставилъ личность вашей дочери съ личностью другахъ извѣстныхъ мнѣ молодыхъ леди и пришелъ къ тому убѣжденію, что у ней, вѣроятно, есть также долги, въ которыхъ она не хочетъ сознаться и которые между тѣмъ необходимо заплатить. Я спрашиваю себя, ужь не потому ли и изчезъ алмазъ, что нужно было заложить его тайкомъ для уплаты этихъ долговъ? Вотъ тѣ заключенія, которыя, я вывожу изъ простыхъ фактовъ. Что возразитъ на это ваша собственная опытность, миледи?

— То же, что и прежде, отвѣчала моя госпожа, — а именно, что обстоятельства ввели васъ въ заблужденіе.

Я съ своей стороны молчалъ. Богъ вѣсть почему забрелъ въ эту минуту въ мою сумашедшую голову Робинзонъ Крузо. «Еслибы, думалъ я, приставъ Коффъ мгновенно очутился на необитаемомъ островѣ, лишенный общества господина Пятницы, и не имѣя корабля, на которомъ онъ могъ бы уѣхать съ острова, то онъ былъ бы, по моему мнѣнію, въ самомъ приличномъ для него мѣстѣ! (Nota bene: говоря вообще, я остаюсь хорошимъ христіаниномъ до тѣхъ поръ, пока не слишкомъ насилуютъ мои христіанскія чувства, и утѣшаюсь тою мыслію, что и вы всѣ, господа, не лучше меня въ этомъ отношеніи.)

— Правъ я былъ или нѣтъ, миледи, продолжалъ приставъ Коффъ, — но разъ поставивъ себѣ такія убѣжденія, мнѣ необходимо было провѣрить ихъ на дѣлѣ. Я просилъ тогда вашего позволенія произвести осмотръ всѣхъ находящихся въ домѣ гардеробовъ. Это послужило бы средствомъ къ разысканію той одежды, которая, по коей вѣроятности, размазали краску на двери, и къ провѣркѣ моихъ догадокъ. Что же изъ этого вышло? Вы изволили согласиться на мое предложеніе; мистеръ Блекъ и мистеръ Абльвайтъ сдѣлали то же самое. Одна миссъ Вериндеръ отвѣчала мнѣ положительнымъ отказомъ, что и убѣдило меня въ безошибочности моихъ предположеній. Если вы и теперь не согласитесь со мной, миледи, то я готовъ буду думать, что и вы, и мистеръ Бетереджъ не вникали въ событія нынѣшняго дня. Не при васъ ли говорилъ я вашей дочери, что ея отъѣздъ изъ дому (при настоящихъ обстоятельствахъ) затруднитъ успѣшное окончаніе слѣдствія, а между тѣмъ она уѣхала, несмотря на такое предостереженіе. Вы видѣли, что она не только не простила мистеру Блеку его усиленныхъ стараній облегчить мнѣ раскрытіе этой тайны, но напротивъ публично оскорбила его у порога родительскаго дома. Что все кто значитъ? Если миссъ Вериндеръ не имѣетъ никакой прикосновенности къ пропажѣ алмаза, то скажите же мнѣ, что все это можетъ значить?

На этотъ разъ онъ посмотрѣлъ въ мою сторону. Право, страшно было слушать, какъ онъ подбиралъ противъ миссъ Рахили одно доказательство за другимъ, тѣмъ болѣе, что при всемъ желаніи оправдать ее, не было никакой возможности оспаривать истину его словъ. Имѣя (благодаря Бога) врожденную склонность къ резонерству, я тотчасъ же примкнулъ къ сторонѣ миледи, чтобъ отстаивать наши общія съ ней убѣжденія. Это подняло мой упавшій духъ и придало мнѣ смѣлости въ разговорѣ съ приставомъ Коффомъ.

Усердно прошу васъ, друзья мои, воспользоваться моимъ примѣромъ; это избавитъ васъ отъ множества непріятностей. Развивайте въ себѣ діалектику, и вы увидите какъ славно подрѣжете вы ноготки всѣмъ этимъ умникамъ, еслибъ они вздумала когда-нибудь поцарапать васъ ради вашей же собственной пользы!

Видя, что мы не возражаемъ, приставъ Коффъ какъ ни въ чемъ не бывало опять возвратился къ своему разказу. Господи! какъ же я злился на него, замѣчая, что наше молчаніе не сконфузило его ни на волосъ!

— Вотъ, миледи, мой взглядъ на дѣло по отношенію его къ одной миссъ Вериндеръ, сказалъ онъ. — Теперь постараюсь изложить вамъ то же самое дѣло по отношенію его къ миссъ Вериндеръ и умершей Розаннѣ Сперманъ, взятымъ вмѣстѣ. Съ вашего позволенія мы вернемся для этого назадъ, къ тому самому времени, когда дочь ваша отказалась допустить осмотръ своего гардероба. Сдѣлавъ свое заключеніе объ, этомъ обстоятельствѣ, я старался разъяснить себѣ два вопроса: вопервыхъ, какой методы приличнѣе будетъ держаться въ производствѣ слѣдствія; вовторыхъ, не имѣла ли миссъ Вериндеръ соучастницы между домашнею женскою прислугой. Послѣ тщательнаго размышленія я рѣшился вести слѣдствіе, что называется на языкѣ служащихъ, самымъ неправильнымъ образомъ, по той простой причинѣ, что мнѣ ввѣрили семейную тайну, которую я обязанъ былъ удерживать въ предѣлахъ тѣснаго домашняго кружка. Чѣмъ менѣе шуму, чѣмъ менѣе огласки, и посторонняго вмѣшательства, тѣмъ лучше. Что же касается до обыкновенной процедуры слѣдствія, какъ-то: поимка людей по подозрѣнію, явки ихъ на судъ и тому подобное, объ этомъ нечего было и думать, такъ какъ, по моему крайнему убѣжденію, дочь ваша, миледи, была явно замѣшана въ этомъ дѣлѣ. Мнѣ было ясно, что человѣкъ, съ характеромъ и положеніемъ мистера Бетереджа, былъ бы для меня въ этомъ случаѣ гораздо болѣе надежнымъ помощникомъ нежели всякій другой человѣкъ, взятый на сторонѣ. Я, конечно, могъ бы вполнѣ довѣриться, и мистеру Блеку, еслибы не предвидѣлъ тутъ одного маленькаго затрудненія. Онъ слишкомъ скоро угадалъ въ какую сторону устремились мои догадки и разысканія. И дружба его къ миссъ Вериндеръ помѣшала бы ему дѣйствовать заодно со мной. Я безпокою васъ, миледи, такими подробностями съ цѣлью показать вамъ, что я не вынесъ семейной тайны за предѣлы домашняго кружка. Я единый посторонній человѣкъ, которому она извѣстна, а моя профессія обязываетъ меня придерживать свой языкъ.

Тутъ я почувствовалъ, что моя профессія, наоборотъ, обязывала меня дать ему волю. Признаюсь, что выполнять въ мои года, и предъ моею госпожой, роль какого-то полицейскаго помощника превосходило мѣру моего христіанскаго терпѣнія.