Кодекс Дракона - Елена Малиновская

Я увидел, как чудовище бросилось ко мне, за миг до того, как это произошло. Одним скользящим шагом увернулся и вонзил меч в спину противника. Лезвие послушно заполыхало внутренним жаром от простейшего заклинания, и мне по ушам ударил тонкий противный визг. На руки брызнула теплая студенистая жидкость, доказывающая, что на этот раз мой удар не прошел для чудовища бесследно.

Закончить поединок не составило труда. Я располосовал монстра меньше чем за минуту и при этом не слишком запыхался. Все, что от него осталось, — омерзительные на вид куски белого мяса, лежащие на полу и истекающие слизью.

Я с отвращением сплюнул на пол. Вся моя одежда пропиталась гадко пахнущей кровью чудовища. Клинок до рукояти был покрыт белыми, быстро засыхающими разводами. О боги, мне срочно надо вымыться, пока меня не вытошнило! Кажется, этот запах будет преследовать меня вечность!

— Неплохо! — раздалось довольное восклицание Рикки. — Даже очень хорошо для библиотекаря.

Я угрюмо посмотрел на храмовника, непонятно каким образом очутившегося рядом. Предупреждающе дернул мечом, показывая, что ко мне сейчас лучше не приближаться.

— В чем дело, Шени? — Рикки удивленно поднял бровь.

— Ты подставил меня. — Я повел плечами, еще болевшими после долгого висения вниз головой в распятом состоянии. — Эта тварь неспособна использовать магию. Именно ты заманил меня в ловушку и подвесил к потолку. Зачем?

— Я хотел проверить одну теорию, — негромко произнес Рикки, искоса наблюдая за моей реакцией.

— Теорию?! — Я скривился, словно от сильной боли. — Ты пытался убить меня! Это создание не было достойным противником для тебя. Раз уж я прикончил его с такой легкостью, то ты сделал бы это намного быстрее. Но нет, ты решил поймать его на живца. К чему подобные сложности? Или… Или ты не собирался вызволять меня из ловушки? Накормить чудище прощальным обедом, так сказать?

— Я не собирался отдавать тебя харлаку. — Рикки покачал головой. — Просто… Просто я хотел поставить тебя в такую ситуацию, при которой твой загадочный помощник был бы вынужден проявить себя. Если бы он не поверил, что смерть лишь в шаге от тебя, то ни за что не выдал бы своего присутствия.

— Вот как? — Я крепче перехватил рукоять меча, не позволяя себе ни на миг отвести взгляда от собеседника и в любой момент ожидая нападения. — А если бы он решил, что ты блефуешь? Если бы я задохнулся по твоей милости?

— Но этого же не произошло, — резонно возразил Рикки. — И потом, думаю, я бы успел тебя вытащить с порога мира мертвых. Мне не привыкать.

— Думаешь, но не уверен.

В глазах Рикки мелькнуло смущение, доказывающее, что мои предположения верны.

Я помолчал немного, чувствуя, как унимается спасительная ярость. В том месте, где рубашка порвалась, спину вновь начало нестерпимо жечь от чесотки. Благо что хоть шипы спрятались, а то мне было бы очень трудно объяснить это украшение Флоксе. Кстати, как она там? Подозрительно, что подруга не сделала ни малейшей попытки сунуть свой любопытный нос в комнату, проверяя, живы ли мы.

— Я зачаровал ее, — тихо признался Рикки, все так же избегая смотреть на меня. — Я предполагал, что моя затея может занять некоторое время, поэтому решил обезопасить себя от ее неожиданного появления.

— «Обезопасить себя», — с горьким сарказмом повторил я. — Что же, храмовник, мы квиты. Вчера ты спас мне жизнь, сегодня едва не убил. Долг отдан, не правда ли?

— Вообще-то долг будет отдан, когда ты спасешь мне жизнь, — мягко поправил храмовник. — Но я не настаиваю.

— Прекрасно. — Я с ледяным спокойствием улыбнулся. — Потому как я должен буду убить тебя. Ты ведь прочитал это в моих мыслях.

— Да. — Рикки криво усмехнулся. — Как тебя угораздило заключить сделку с богом-отступником?

— Не твое дело, — отрезал я, наконец-то чуть опустив меч. — Что теперь будем делать? Схлестнемся в поединке? Удобный случай: победивший оправдается перед Флоксой, что всему виной была нечисть.

Рикки неопределенно пожал плечами.

— Я никогда не нападаю первым, — глухо проговорил он. — Если только опасность не угрожает мне или кому-нибудь еще. Если жаждешь поединка — вперед, Шени. Поднимай свой меч и бей. Но… Тогда я вынужден буду ответить. При всем моем уважении, даже если ты призовешь силу дармана, как только что, тебе не победить.

Рикки запнулся на полуслове, устало потер лоб и как-то виновато на меня посмотрел.

— Мне будет неприятно тебя убивать, — признался он так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух. — Очень неприятно. Ты забавный парень, Шени. И знаешь… Возможно, мне удастся придумать, как освободить тебя от сделки.

«Ну, это вряд ли, — самодовольно заявил внутренний голос — Эту клятву тебе придется сдержать, Шени. Но в одном он прав: сейчас тебе с ним не справиться. Лучше затаись. Дождись удобного момента, когда он меньше всего будет ожидать нападения, и тогда действуй. Тебе не привыкать выслеживать добычу, не так ли?»

— Только на этот раз добыча предупреждена и не позволит застать себя врасплох, — негромко ответил Рикки.

— Заткнитесь оба, — устало попросил я. — То один меня постоянными нотациями и угрозами с ума сводил, теперь второй ему вторит. Отступники, как же мне все это надоело!

Бог-отступник что-то недовольно пробурчал, но в перепалку вступать не стал. Промолчал и Рикки. А я с лязгом вогнал меч в ножны, пытаясь не позволить стону отчаяния сорваться с моих губ. Проблемы так и валятся на мою многострадальную голову. То дракона им убей, то храмовника. Что дальше? Вызвать на поединок самого бога?

Я стоял посередине кабинета Роммия и старательно дышал ртом. Та куча мяса, в которую мой меч превратил странное существо, поселившееся здесь без спросу, нестерпимо смердела. И точно так же воняло и от меня. Мне так и не удалось оттереть руки и клинок от вязкой белой жидкости, которая текла в жилах этой нечисти вместо крови. Конечно, можно было бы сбегать к ближайшему колодцу и умыться, но оставлять Рикки с Флоксой наедине казалось мне не очень хорошей идеей. И не потому, что я опасался, будто храмовник в мое отсутствие станет слишком разговорчивым и откроет глаза моей подруге на истинный род занятий вашего покорного слуги. Нет, этого как раз не следовало ожидать. Скорее я беспокоился за жизнь и здоровье самого храмовника. Дело в том, что для Флоксы не стало тайной, почему не меньше часа пропало из ее памяти. И такое своеволие в отношении служительницы божьей ей, мягко говоря, не понравилось.

Когда Рикки снял свои чары, я едва успел перехватить подругу, бросившуюся с кулаками на храмовника. Благо уловив, какой непередаваемый аромат исходит от моих волос и одежды, она мигом потеряла свой воинственный запал. Однако стоило мне отпустить ее и с облегчением перевести дыхание, как Флокса разглядела мою порванную рубашку и вообразила, будто я чудом избежал смертельной опасности, в чем виноват, без сомнения, Рикки. Нельзя сказать, что она сильно ошиблась в своих предположениях, но это не повод позволять хрупкой девушке дубасить закаленного в боях храмовника. Вдруг тому еще взбредет в голову дать сдачи.