Яд твоего поцелуя (СИ) - Диана Фад

Глава 47

— Очень рад, что вы не отказались, — Хабарин встречает меня как дорогую гостью, чуть ли не с поклонами, но с улыбкой, которая словно приклеилась к его тонким губам.

— Вы так настаивали, — тоже улыбаюсь, передаю ему свое пальто, остаюсь в шерстяном платье с воротником-хомут. Цвет платья насыщенный голубой, в ушах и на шее жемчуг, волосы забраны вверх, красиво уложены локонами.

Я одета элегантно, почти под классику, всё, как и полагается для таких визитов.

По лестнице спускается жена Хабарина, Ирина Александровна. Нас представляют друг другу, и Ирина тут же исчезает, якобы проследить за обедом, что уже накрывают в столовой.

— Пройдемте в гостиную, — приглашает меня Иван Николаевич, широко взмахнув рукой.

Я бросаю взгляд на его ладони, они нереально большие. Хабарин вообще с виду как богатырь с пудовыми кулаками. Как с ним живет Ирина Александровна, я не представляю. Насколько я знаю, у них дочь, довольно капризная особа, и сын, который с ними давно не живет. Что там у них произошло, не знает никто, кроме меня и моего отца. Именно в этом Хабарин и винит нашу семью. И именно это и может стать причиной мести, если я правильно догадалась.

— Виски, вино, коньяк… — перебирает бутылки на барном столике Хабарин.

— Сухое белое, — охотно соглашаюсь я.

Мне нужно, чтобы Иван Николаевич выпил со мной, расслабился. Хотя, о чем это я, такие люди никогда не расслабляются.

Получаю свой бокал и делаю глоток вина, Хабарин не торопится, наливает себе виски, кладет лед.

— Вы недавно в нашем городе, Полина, или уже были здесь? — усаживается на диван Хабарин, предлагая мне занять мягкое кресло напротив него.

Как я и предполагала, гостиная в этом доме в традиционных классических тонах: красный бархат, хрусталь, золотая кисея на шторах. Хабарин поклонник классики, у них даже сервант стоит с собранием томов Чехова, Пушкина, наверняка раритеты, купленные за бешеные деньги.

— Была и не раз, — уклончиво отвечаю ему. — Вы, Иван Николаевич, не ходите, пожалуйста, вокруг да около, я так не люблю. Лучше сразу говорите, какая у вас цель для знакомства со мной.

— А вы прямая девушка, — усмехается Хабарин. — Я навел справки, как вы понимаете. В ваших руках довольно крупное состояние, а отец не тот. Держать вас в узде никто не будет. Профукаете всё, мужу подарите за красивые глазки.

— Вы меня оскорблять решили? — делаю удивлённое лицо, поднимая на Хабарина взгляд. — Так не стоит, Иван Николаевич, я могу играть лучше вас.

— Ах, как я люблю такую самонадеянность, — смеется Хабарин и бьет себя лапищей по колену. — Вы мне чем-то Валерию Княжину напоминаете, та тоже была слишком уверена в себе.

— И чем же она вам не нравилась? — наблюдаю за Хабариным, делая глоток из бокала, но тот хорошо держит лицо, ни один мускул не дрогнул.

— Почему не нравилась? Очень приятная женщина… Была… — добавил он.

— Но… — нажимаю я.

— Когда-то моя семья была довольно близка с семьей Княжина, — пытается свернуть разговор об этом Хабарин.

— И что же расстроило ваши отношения?

— А ничего, нам нечего делить. Знаете, как бывает, время проходит, люди взрослеют, цели меняются.

— Бывает, да, — соглашаюсь я, делая вид, что меня начинает утомлять этот разговор ни о чем. — Вы меня пригласили, чтобы что? — подталкиваю Хабарина к действию.

— Я заметил, что наш глубоко страдающий вдовец очень увлечен вами, — произносит Хабарин, пытаясь подцепить меня острым изучающим взглядом.

— Да что вы? — усмехаюсь я. — Неужели это так очевидно?

— Для меня да.

— И каким боком вас это интересует? — усмехаюсь я.

— Самым прямым, Полина Анатольевна, — Хабарин встает и подливает мне вино и себе виски. — В руках Быстрицкого сейчас сосредоточено все состояние Валерии Княжиной. Конечно, ее отец будет судиться с ним, но тем самым ничего не добьется. Валерия передала своему мужу все сама, завещание составлено в его пользу, поэтому какие тут претензии к воле покойной?

— Никаких, — соглашаюсь я. — Но меня это не интересует.

— Разве? — улыбается Хабарин. — Вас как умную женщину должны интересовать деньги.

— У меня они есть, — отмахиваюсь я, делая вид, что какая-то мелочь в виде Быстрицкого не вызывает во мне бурного чувства.

— Любой мужчина заслуживает шанса быть любимым.

— Иван Николаевич, наш разговор начинает меня утомлять, — приподнимаюсь из кресла, ставлю бокал на столик. — Если вы позвали меня сюда, чтобы узнать мои планы насчет Быстрицкого, так вот, скажу сразу: я в нем не заинтересована никак. Мне важно сотрудничество с ним, и то я еще не решила, будем мы сотрудничать или нет.

— Да, я слышал по поводу клубов, но это так мелко, Полина Анатольевна. Клубы… Несерьезно, — морщится Хабарин. — Такая женщина как вы достойна взлететь выше, а не руководить всю жизнь пьяной забегаловкой.

— Эта забегаловка приносит хорошие деньги, — не соглашаюсь я.

Хабарин подхватывает меня под локоть и ведет в столовую, где уже накрыли стол, поставили закуски и горячее.

— А если к вашим клубам добавить бизнес Быстрицкого? Скажем так… Вы полная хозяйка почти всего, что принадлежало раньше Валерии Княжиной. Как вам такое?

— Не понимаю вас, — делаю из себя дурочку, усаживаясь за стол и расправляя салфетку на коленях.

— Тогда я скажу проще, — усмехается Хабарин. — Мы провернем одно дело, за которое вы будете мне благодарны. Взамен вы получите очень хорошую сумму, в том числе и клуб Быстрицкого.

— И как вы это сделаете? — смеюсь я.

— Очень просто, я обещаю сделать вас богатой вдовой безвременно почившего Даниила Быстрицкого. Меня не интересуют его деньги, я хочу акции Княжина. То, что ему оставила покойная жена, меня очень даже привлекает, но не всё. Сам Княжин мне акции не продаст и не позволит это сделать Быстрицкому, а вот вы чужой человек отцу Валерии. Как жена Даниила вы сможете распоряжаться акциями, продать их мне, или вам придется уйти в сторону, уехать из города. Если вы не согласны, то Даниил женится на Алевтине, которая никогда не должна родить прямого наследника.

Глава 48

— Вы можете его заставить, — улыбаюсь в ответ на предложение Хабарина.

— Могу, — кивает Иван Николаевич. — Но, согласитесь, обойтись малой кровью лучше, чем ходить по минному полю. Быстрицкий трус, его нельзя заставлять, он будет метаться от одного якобы защитника к другому или вообще сбежит из страны. Опять же придётся его искать, выяснять, где он. Я не хочу ждать и не хочу беспокоиться. То ли дело его жена, с которой все обсудили заранее. Я вам