Яд твоего поцелуя (СИ) - Диана Фад

отец ничего не заподозрил, да и сестра, то как может чужой человек узнать, даже если знал тебя с самого детства? Надо отдать Георгу должное, наблюдательность у него на уровне. Вроде бы и в возрасте уже, а навыки не потерял.

За всем этим даже не заметила, как заканчивается спектакль, хлопаю, хотя спроси меня сейчас, о чем вообще он был, не смогу сказать.

Выхожу из ложи под руку с Быстрицким. Аля и папа следуют за нами. Мне даже интересно, как поведет себя сейчас сестра, которая весь вечер провоцирует Даниила на скандал. Только присутствие папы ее сдерживает.

— Подождем, когда подадут машину, и поедем. Вы не против французской кухни? — улыбается мне Даниил, а я киваю.

Незаметно высматриваю в толпе Илью с его блондинкой, он так и не сказал, что за девушка с ним. Вижу, что он стоит рядом с высоким мужчиной, который пришел с моей подругой. Наши семьи, моя и Станиславы, дружили с детства. Я ее знаю как никто, а вот она меня не узнает явно.

— Даниил, можно тебя на пару слов? — подходит к нам Аля, и я вижу, как тень раздражения проскакивает по лицу Быстрицкого.

— Я быстро, — целует мне руку и отходит.

— Вы завели неприятное знакомство, — раздается позади меня суровый голос, я оборачиваюсь, замечая мужчину, которого знаю.

Это бывший партнер моего отца Иван Николаевич Хабарин. Помню, что там какая-то некрасивая история была, когда они делили в девяностых бизнес и территорию.

— Разве? А вы? Считаете знакомство с вами подходящим? — улыбаюсь Ивану Николаевичу, который внимательно меня разглядывает.

— Никогда не считал, что на Быстрицкого клюют только умные женщины, — усмехается тот. — Вы мне не кажетесь умной, раз связались с ним.

— Ошибаетесь, нас с Даниилом Алексеевичем ничего не связывает, кроме бизнеса.

— Возможно, но я никогда не видел, чтобы он так увивался за юбкой. Даже за своей покойной женой так не бегал, а Валерия была умной женщиной.

— Вы всех женщин делите на умных и глупых? — спрашиваю, снова бросая украдкой взгляд на Илью.

Вижу, как он смотрит в нашу сторону и что-то говорит мужчине, что пришел со Станиславой.

— Не всех, некоторые мне неинтересны, а вот вы… — Иван Николаевич делает паузу. — Мы могли бы с вами поужинать на днях? Я позвоню вам завтра, договоримся о времени встречи.

— А если я скажу, что не согласна?

— Значит, я ошибся в оценке ваших умственных способностей, — хмыкает Хабарин и, кивнув, отходит от меня.

Что ему нужно? Насколько я знаю, сейчас у папы с этим грубым человеком никаких дел нет. Или мне только кажется? Как же я устала, хочется быстрее домой, залезть в горячую ванну и нареветься от души. Держусь буквально из последних сил, а еще ужин с Даниилом. Если он надеется на продолжение вечера, то его ждет большое разочарование.

— Машину подали, — подходит ко мне Быстрицкий.

Вижу, как ему с трудом удается скрыть раздражение от разговора с моей сестрой. Что, бывший муж, тебя достают женщины? Я думаю, что ты привык к этому в свое время, но осадить тебя должна.

— Мне кажется, нам не стоит ужинать вдвоем, — говорю Даниилу, пока мы выходим из театра и идем к машине. — Не могли бы вы отвезти меня домой?

— А что случилось, Полина Анатольевна? Я где-то перед вами провинился? — обаятельно улыбается Быстрицкий, помогая мне сесть в машину.

Сам обходит автомобиль с другой стороны и садится рядом.

— Не люблю быть третьей, да и второй тоже, — говорю Даниилу, глядя ему в глаза.

— Всегда первая? Мне подходит, — усмехается тот.

— Ваши отношения с Алевтиной Княжиной…

— Нет у нас никаких отношений, — сердится Даниил, но тут же сбавляет тон, берет меня за руку, целует. — Были когда-то, но поверьте мне, ничего серьезного. Даже не знаю, как теперь избавиться от нее.

— Может, девушка не поняла, что вы ее больше не любите? — мягко убираю руку из его рук и делаю вид, что поправляю меховой палантин на плечах.

— Она не хочет этого понимать.

— Надеюсь, я не встала между вами? — делаю невинное лицо, словно не хочу быть помехой.

— Ну что вы, Аля вам не конкурент.

— И все же, я хотела бы, чтобы она не сердилась на меня. Поэтому прошу вас отвезти меня домой. Поужинаем в другое время.

Даниил неохотно дает указания водителю, а я вижу, как он зол, как играют от злости желваки на его скулах. Он просто в бешенстве. Может, зря я стравила их с сестрой? Наверняка Але достанется за мой бунт. Но да, я такая стерва, что хочу Быстрицкого полностью в свою власть. Мешающая за спиной бывшего мужа сестра меня не устраивает. Пусть прекратит отношения, которые явно еще не закончены. Я буду стервой, но я так хочу! В конце концов, я богатая чудачка, капризная и своенравная, пусть выполняет.

— Вы зря переживаете насчет Алевтины, — наконец прерывает молчание Быстрицкий. — Она ничего для меня не значит.

— Да? А мне показалось, что между вами чувства, — подыгрываю ему, вызывая на эмоции.

— Между нами ничего нет в данный момент. Я, кажется, влюбился.

Даниил снова смотрит на меня восхищенным взглядом, обволакивающим, притягательным. Была бы я обычной женщиной, обязательно растеклась бы подтаявшим мороженным у его ног.

Но я не Валерия Княжина. Уже нет.

— Вы так легко об этом говорите, — делаю голос чуть ниже, говорю тише.

Я знаю, что такой голос похож на сексуальный шепот, и Быстрицкий моментально загорается. Я вижу жар в его глазах, а пальцы поглаживают мех на моем плече.

— Такая нежная, прекрасная, мягкая и в то же время горячая, — хрипло произносит он. — Дайте мне шанс, Полина, и я покажу вам, что достоин вашей любви.

— Любви? — смеюсь я. — Вы в нее верите?

— Больше, я ее сейчас чувствую, — произносит он, снова целуя мою руку.

Господи, когда же этот вечер закончится! И как мне потом отмыть эту чертову руку от его губ!

Глава 44

С Алей нужно заканчивать. Это я понял четко и ясно, пока ехал от Полины к себе домой. Если бы не Алевтина, сегодняшний вечер мог бы закончиться совсем по-другому. Я уверен, что Полина хотела остаться со мной. Что-то было в ее глазах, когда она отказала мне, сославшись на усталость. Тем более она четко дала понять, что пока я не разберусь с сестрой своей покойной жены, ничего у нас не будет.

Единственное, что мне сейчас хотелось, это придушить Алевтину своими же руками, поэтому я и поехал домой, чтобы успокоиться. Но и