Бунтари элитной академии - Ники Сью

Добрый. Заботливый. Ласковый. Мой.

Облизнув нижнюю губу, я засмотрелась на Даню. А когда он вновь опустился ко мне, подняв вверх кофточку и расстегнув спереди бюстгальтер, я закрыла глаза. Слишком смущалась, щеки полыхали пламенем.

Его губы гуляли по моему телу, его руки касались запретных мест, вызывая не сдерживаемые стоны. Я не заметила, как мы избавились от остатков одежды, казалось, я сойду с ума прежде, чем сорвусь в ту самую пропасть, что так маняще зазывала в свои недра.

– Ничего не закончится, – прорычал Дан мне в губы, обхватив за шею. Я открыла глаза, замечая его нахмуренные брови.

Он злился? Но почему?

– Ч-что? – мой голос дрожал, я чувствовала себя оголенным проводом, который вот-вот заискрит от огненных вспышек.

– Ты срываешь мои тормоза, разве не очевидно? Здесь или дома я буду приходить к тебе каждую гребаную ночь и заставлять смотреть на меня. Запомнила, Филатова?

Я не нашлась, что ответить, заливаясь краской и стыдясь гула собственного сердца. Хотя слова больше были и не нужны, поцелуи и ласки говорили за себя. Я вцепилась в плечи Дани, продолжая ерзать и изгибаться под обнаженным телом.

С каждой секундой мы были все ближе к точке невозврата, к Вселенной, где жили наши души. Это была невероятная ночь, яркий сон, похожий на реальность.

И даже когда тело пронзило болью, я продолжала двигаться в такт с Даней, стараясь насладиться мигом, что стал вечностью.

На полу валялся надорванный квадратик фольги, рядом с ним телефон, который продолжал настойчиво звонить, а мы, будто одурманенные, не могли остановиться, не могли перестать наслаждаться друг другом.

Глава 34. Арина

Я не помню, чтобы мы просыпались вместе. Да, засыпали частенько, особенно в детстве, ну а уж про тот случай в пятнадцать вспоминать особенно забавно. Однако родители нас всегда разлучали, и как бы сильно я не хотела, открыть глаза и увидеть рядом Дана, это желание виделось чем-то до ужаса фантастичным.

Поэтому когда утром проснулась и украдкой глянула на спящего Даниила, сердце сладко екнуло, а щеки вновь вспыхнули от смущения. То, что произошло между нами прошлой ночью, граничит с нереальностью, со сказкой наяву.

Однако Даня лежал рядом, его обнаженная грудь поднималась и опускалась, губы были слегка припухшими от бесконечных поцелуев, но до сих пор манили, заставляя спину покрываться мурашками. Я заметила, как сияет его кожа в лучах солнца, что проникали в комнату, и как сладко он посапывал, уткнувшись носом в мое плечо.

Бесподобное зрелище.

Наши руки находились запредельно близко, я могла прикоснуться к нему в любой момент, сплести пальцы, ощутить чужое тепло. Но предпочла наслаждаться молчаливой близостью, стараясь не разбудить Даню.

А минут через десять он и сам проснулся. Пушистые ресницы медленно приподнялись, позволяя разглядеть серые, как небо за окном, глаза. В них словно поселилась целая Вселенная, весь мир, к которому я так стремилась, который так старательно оберегала.

– Привет, – прошептал Новиков, зевнув. Затем чуть приподнялся, поравнявшись со мной, и легонько коснулся губами щеки. Я сжалась от волны смущения, надо было одеться после произошедшего, но мы не могли оторваться друг друга, так и уснули.

– Привет, – робко проронила я, тайком поглядывая на улыбчивого Даню.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, положив ладонь под одеялом мне на живот. Его пальцы медленно скользили вверх, а следом за ними пробегали мурашки. Господи, ну что он делает со мной?

– Н-нормально, – смущенно ответила, сжав пальчики на ногах.

– У меня к тебе два совершенно неожиданных предложения.

– Даже так? Целых два? – улыбнулась, разглядывая блеск в глазах Новикова.

Неужели он мой? Неужели все его тепло и нежность теперь принадлежат только мне? Бабочки в груди запорхали по новой, ликуя от счастья.

– Я могу сходить за кофе или чаем и устроить нам завтрак. Или же… – Даниил игриво усмехнулся, продолжая рисовать узоры на мне под одеялом. – Мы можем пойти в душ и продолжить то, на чем остановились ночью. Решай, принцесса, сегодня твой день.

– Чай! – выпалила на одном дыхании, густо покраснев. Мысль о продолжении была, безусловно, приятной, но я смущалась говорить о своих желаниях вслух, по крайне мере пока.

– Чай, так чай. Тогда я пойду в душ первым, а ты валяйся. Силы тебе еще пригодятся.

– Что за двусмысленные намеки?

– Ну какие уж тут намеки? Скорее, небольшое предупреждение, – глумливо произнес Даня, перелезая через меня.

Я поспешила отвести взгляд, хотя телом моего парня можно было любоваться вечно: мускулистые руки, подтянутый живот, а уж какие ягодицы, мамочки…

Новиков поднял с пола свою одежду, включая боксеры, и скрылся за дверью ванной комнаты, оставляя меня в полном одиночестве. Я тоже не стала терять время, быстро оделась, глянула в зеркало и едва не ахнула от черных кругов под глазами. Видок тот еще… странно, что Даня ничего не сказал. Вытащив влажную салфетку, немного привела себя в порядок, а когда Новиков ушел на кухню, ускользнула в душ.

На завтрак мы пили травяной чай с вкусными ватрушками, оставшимися еще со вчерашнего дня, а после Даниил предложил прогуляться по лесу, подышать свежим воздухом.

– Я думала, ты будешь искать телефон братства, – сказала, надевая куртку и шапку.

– Погуляю с тобой, потом займусь делами. В конце концов, я не уверен, что после завершения каникул смогу быть рядом настолько часто.

– Ну да, если ты меня выгонишь, то уж точно не сможешь, – хмыкнула, садясь на корточки и зашнуровывая ботинки.

– Давай выберем ВУЗ вместе? Как все закончится, я переведусь туда. Как тебе идея? Или… ты хочешь, чтобы мы сняли пентхаус на каком-нибудь двадцатом этаже с панорамными окнами?

– А это заманчивая идея, я о пентхаусе.

– То есть учиться со мной – идея так себе, а жить – гуд? – то ли возмутился, то ли усмехнулся Новиков. Я поднялась, подошла к нему и чмокнула в щеку, посчитав, что это лучше любых слов.

Лес казался невероятно тихим, даже немного пугающим. А уж когда мы прошли мимо заброшенного здания, где я пряталась в тот день, стало и вовсе не по себе. Вдруг показалось, в одной из пустых рам кто-то есть, просто прячется. Я даже остановилась, вытащила телефон и навела камеру, приблизив объект. Однако никого не обнаружила.

Данька, конечно, спросил, удивился моей