«Крот» в генеральских лампасах - Владимир Матвеевич Чиков

но русский офицер денег не берет. Разве вам не говорили ваши коллеги в Лэнгли, что я пошел на сотрудничество с ФБР, а затем и с ЦРУ не по материальным, а по идеологическим соображениям? Я — борец за справедливость, а не за деньги. Их я имею столько, сколько нам надо для семейной жизни. И выделяться в моем двояком положении никак нельзя…

Поляков и его жена Нина Петровна Киселева жили в Дели, как все посольские сотрудники. Он был неплохим кулинаром и часто, когда жена задерживалась на работе, готовил ужин сам, особенно когда приглашалгостей из числа иностранцев. Любил компании, ходил на все протокольные и непротокольные мероприятия: выпивал рюмку-две и незаметно уходил к себе в кабинет или уезжал домой и глушил спиртное сколько мог, но на людях всегда поддерживал имидж непьющего. Он мог бы, конечно, жить на широкую ногу, возможности у него для этого были. Американцы, которых он снабжал на каждой явке информацией ценностью на сотни, а то и тысячи долларов, всегда преподносили ему конверты с крупными суммами, но он не брал их, опасаясь засветиться на трате их при совершении дорогостоящих покупок. Удовлетворялся он хорошими подарками, особенно касавшимися его увлечений — охоты и рыбной ловли. Поэтому ему часто дарили дорогие ружья, рыболовные снасти и необходимые для любимых им увлечений красивую кожаную амуницию и разное снаряжение.

Диллон, узнавший от своих коллег, работавших с Бурбоном, о его страсти к рыбной ловле, предложил провести очередную встречу на берегу реки Джамна или на ее притоке Чамбал:

— Должны же мы с вами когда-то снимать стресс и получать в благодатной Индии с ее прекрасной природой положительные эмоции?! Как доехать туда и найти хорошее место для рыбалки, мне объяснил и показал на карте полковник Кинг. Американский спиннинг для вас и все необходимое для рыбной ловли я привезу на машине. Так как? Вы согласны поехать вместе в моем джипе?

— А когда вы предлагаете поехать с вами? И в каком месте вы можете подобрать меня?

— Давайте в следующий выходной день в пять часов утра. А вот в каком месте вы должны подсесть ко мне, предлагайте сами. И учтите, что рикш в такое раннее время еще не будет, а я куда угодно смогу подъехать на машине.

— О’кей. Встречаемся у отеля «Ашока». Что я должен прихватить с собой?

— В каком смысле? — поднял брови американец.

— В плане передачи вам очередной порции секретной информации.

— О да! — спохватился Диллон. — Лэнгли запросило сведения о знакомых вам установленных разведчиках из стран народной демократии, работающих в Индии. Имеется в виду ваших коллег из военной разведки. Подготовьте также в устной форме сообщение о количестве источников информации из числа граждан Индии, состоящих на связи у ваших офицеров. И сделайте выборку тех агентов, которые работают в высших правительственных эшелонах индийской власти. В дороге может случиться всякое, поэтому прошу вас не делать никаких записей и не брать их с собой.

— Можете не беспокоиться, Пол, память у меня надежная.

— Тогда все, до встречи у отеля «Ашока».

***

На следующий день резидент Поляков, располагая полными данными на американца Пауля Диллона, направил в Центр шифровку следующего содержания:

Совершенно секретно.

Экз. единственный.

Лично тов. Ростокину.

В соответствии с вашими указаниями о приобретении пловцов[63] установлен дружеский контакт с первым секретарем посольства США Паулем Лео Диллоном, впредь «Плед». Ему 47 лет. В посольстве занимается экономическими вопросами. Он выходец из семьи служащего, родился и учился до призыва в армию в Бостоне, затем служил в морской пехоте, где изучил русский язык. После войны окончил Бостонский университет, где также изучал русский язык, потом работал в Западной Германии гражданским клерком по вопросам связи военной администрации США с населением. С 1962 года начал работать в госдепартаменте в экономическом отделе. Неоднократно бывал в командировках в Италии и Мексике.

По натуре общителен. Увлекается, как и я, теннисом, охотой и рыбной ловлей. Он избран вице-президентом местного клуба охотников и рыболовов. Наше знакомство поддерживается на почве этих общих увлечений.

Плед постоянно делится со мной имеющейся у него информацией о законодательстве в различных индийских штатах. От контактов со мной не уклоняется, но и настойчивости не проявляет. Полагаю, что в процессе дальнейшего изучения Пледа и выяснения его возможностей дружеские отношения с ним могут перерасти в агентурные отношения.

Считаю целесообразным продолжить его разработку. Прошу вашей санкции.

Данин[64]

24.10.1973 г.

Через некоторое время в Дели пришел ответ из Центра:

Совершенно секретно.

Лично Данину.

С вашим предложением о работе с Пледом согласны.

Просим иметь в виду, что Плед связан со спецслужбами Гималаев[65]. Это мнение основывается из вашего же сообщения об изучении им русского языка. Судить о перспективах дальнейшего его использования пока рано. Неизвестно и с какими намерениями Плед начал поддерживать контакт с вами.

Ростокин

27.10.1973 г.

Поляков был доволен таким ответом из разведцентра: для него было главным получить санкцию на продолжение работы с Диллоном. А на вторую часть шифровки у него был уже готовый ответ, но он не стал отправлять его в Центр. В первую очередь решил легализовать перед своими коллегами последующие контакты с Пледом и другими сотрудниками американского посольства. Для этого на очередном протокольном мероприятии Поляков, как было оговорено ранее с полковником Кингом, познакомился на глазах у многих людей с первым секретарем посольства. На другой день он рассказал об этом своим подчиненным, а также жене в соответствии с установленными правилами о необходимости легендирования личных связей на территории чужого государства.

Тем временем американцы Кинг и Диллон обсуждали между собой, как можно помочь Бурбону в повышении результативности его работы.

— Бурбон должен пройти в Индии разведывательный путь успешнее, чем в Бирме и Америке, — доказывал Диллон. — Надо помочь ему. Он нравится мне своими вкрадчивыми, мягкими манерами, умением держаться на официальных приемах. Психологическая подготовка у него прекрасная. Порой кажется, что он переигрывает меня. Мыслит всегда четко и никогда не теряется…

— Да, это так, — согласился военный атташе Кинг. — В официальной обстановке он всегда достойно отстаивает интересы России. Причем, он такой «кусачий», каких мне мало встречалось в жизни. Тебе, Пауль, с ним будет нелегко. И смотри, как бы он не завербовал тебя по-настоящему, всерьез и надолго.

— Пока все идет плавным путем, — закашлялся Пол. — А если нужно будет, то мы с вами придавим его, как червяка. Ему нельзя теперь дергаться, все его встречи в Нью-Йорке и Рангуне, да и здесь со мной документируются техникой. Сейчас, чтобы создать видимость