И грянет весна! - Серослав Амадайн

потому как некуда было разместить в дождь народ. Хвирт с ног сбился со своими подручными контролируя соблюдение людьми гигиены и пресекая болезни в зародыше. Тангоры Судольфа пару раз уже ходили с кое-какими товарами в земли аная Драмона, и в третий раз уже собирались туда не только они, но и мой обоз. Узнав что тангоры квартируются пока что у меня в городе, Галейн через них передал письмо, в котором приглашал навестить его в, Дубхоуле, его родовом городе. Но пока ситуация с Варгоном и близнецами не прояснится, я решил что никаких поездок по гостям. Фелани и Сарана настаивали конечно что надо ехать укреплять отношения с соседом, однако я оставался непреклонным в своём решении. Если я теперь и поеду куда, то только на поиски своих парней.

— Как думаете, за сколько управитесь?

Мы с тангорами стояли у гладкой стены в темнице держа в руках по факелу и ярко освещая тёмный монолит скалы. Присутствовали здесь тангоры обладающие знанием горак нудуш: Дайен, Курос, Гирик и Айтэн. Ворчун Хинди отправился подсобить остальным в каменоломне.

Каменюка подошёл к стене, простукал её молоточком в разных местах попутно что-то тихо обсуждая на тангорском языке со своими. В итоге курчавобородый Курос достал клинышек и зачитав молитву одним ударом вогнал его в монолит едва ли на треть.

— Крепкая скала, анай! — подивившись насупился он тут же. — Насколько глубоко придётся долбить?

— Ну, мы сейчас под криптой… Сперва мер восемь — десять надо по прямой прорубить, до того места где я видал утечку Силы. А там я уже смогу более точно определиться. С наскока не скажу.

— Был бы маг, можно было бы наверняка высчитать. — посетовал Гирик, тангор с лысой как яйцо головой, но с самой пышной, белоснежной и ухоженной бородой из всей их компашки. — Они такие вещи за сто мер чуют.

Айтэн принялся развязывать свой мешок в котором позвякивал инструмент:

— Если бы, да кабы… Нет у нас мага, братья! Так что давайте-ка за дело приниматься. Всё равно пока дождь х@ярит задницы отсиживать что ль. Парни вон в каменоломне, ну а мы тут поработаем!

Уже поднимаясь по лестнице наружу, я услышал как слаженно и хором затянули молитву Айдануну тангоры, и в стену с характерным звуком стали вбиваться клины.

— Никого не подпускать! — приказал я четырём фенрировцам во всеоружии и уже с новыми кописами на поясах. — Как скажут чего, сразу ко мне! Хоть днём, хоть ночью!

— Как прикажете господин! — козырнул старшой наряда.

Я присмотрелся:

— Бор, ты что ль?

Пацан расплылся в улыбке:

— Я, господин анай.

— Окреп я смотрю! — улыбаясь в ответ, хлопнул его по плечу.

— Дык в Фенрире по другому никак, господин! — смущённо ответил он и крепкие фенрировцы вокруг заулыбались. — Нет ли вестей от рукавого, господин? — посерьёзнел Бор, и его товарищи, разного возраста и стати, вмиг стали снова суровыми воинами Фенрира.

— К сожалению нет пока. — не стал я скрывать своего беспокойства. — Подождём пару дней, и будем выдвигаться на поиски.

— Возьмите и меня с собой, господин Янко! — горячо произнёс Бор ловя глазами мой взгляд.

— И я пойду!

— Я тоже готов, господин!

— И я!

Я посмотрел на парней, готовых хоть сейчас мчаться за мной в неизвестность, и грустно усмехнулся, вспомнив отчего то тех самых ребят, туримских солдат, которые остались под Ардановым холмом.

— Несите службу воины! Когда придёт нужда в ваших мечах, я позову.

Все четверо козырнули, а я уже удалялся от них, чтобы они не увидели налёта горечи на моём лице. Все кто знал о тех событиях воспринимали это обыденно, но для меня это была первая массовая гибель людей под моим командованием. Те погибшие туримские солдаты нашли смерть не в славной битве на поле брани, рядом со своими товарищами, где погибших хоронили бы как героев и воздав почести, нет!… Они полегли в тёмных, холодных подземельях, бывших некогда гнездом арданов, сражаясь с изменником и извергом-колдуном! Да, они совершили великое деяние, но кто об этом знает в мире? Кто их чествует? Знают ли их семьи, что они мертвы и где находится их братская могила? Знают ли их сыновья и дочери…

«Сука!… Простите парни. Слово даю — устаканится всё, и ваши имена будут высечены на плите и прибиты на стене у ворот!»

Весь день прошёл серо и смутно, под стать погоде. Все работы по обеим стенам были приостановлены, и я перекинул людей на строительство школы и второго этажа казарм. Так же обновили ямы небольших общаковых нужников, сваяв поверх задел для капитального здания, в будущем к которому пристроится общественные бани. В городе оставил только мужиков да малую часть женщин для кухни, остальных распустил по домам. Всё равно делать здесь особо было уже нечего. Точнее работы то было хоть отбавляй, но люди устали, давно не виделись с семьями, да к тому же я не мог нормально управлять процессами. Все мои мысли сводились к одному вопросу — где Варгон с парнями!? Всё бы ничего, я понимаю что дорога, то да сё… Но не прислать птицу!

«Что-то случилось! Чует моя жопа, что что-то пошло не так!»

Попросив Дайлина пригласить ко мне в кабинет Тарталана и Хорста, я с лёгким скупердяйством на сердце выдал мужикам их долю за наши приключения и риски. Тарталан старался как мог сдержанно отреагировать на такую щедрость с моей стороны, но в конце, уходя, обернулся и коротко склонил голову в знак уважения и чести. Хотя как по мне, это было лишним. Огромный шрам на его теле говорил об этом красноречивее слов. А вот Хорст, задумчиво подкинув мешочек в руке и слегка дёрнув бровью, уходить не спешил.

— Что тебя смущает, алагат? — усмехнулся я. — Понимаю, удивить брата великого вождя самоцветами не то, чтобы очень, но там неплохая премия выходит по деньгам!

Хорст с коварной ухмылкой спрятал мешочек за пазуху:

— Тут ты прав анай! Уж не знаю о какой такой премии ты толкуешь, но камешков тут на приличную сумму в золоте. — он похлопал себя по груди.

— Тогда что не так?

Хорст прочистил горло и подойдя поближе сложил перед собой руки и повёл покатыми плечами:

— Я хочу уйти, анай Янко.

«Вот же…»

— Что так? — холодно задал я вопрос.

Не то чтобы обиделся, но я откровенно очень рассчитывал на двух алагатов. Если уходит Хорст, значит и Хата с ним наверняка, а это… Это печалька! Пи#дец какая печалька!

— Ты не подумай парень, — как-то уж совсем по отечески взглянув на меня, произнёс алагат. — Решение я принял только что, — алагат замешкался. — Когда…

— Когда получил самоцветы, — помог я ему. — Если не тайна, чем планируете заняться дальше? Куда направитесь?

— Я, господин анай. Ухожу только я.

Тут ситуация проявилась уже в ином для меня спектре.

— Я хочу продолжить поиски Аглана, анай! Это…

— Младшего брата Хаты? — произнёс я занимая из расслабленного, деловое положение за столом. — Я слушал тогда у костра, и запомнил. Думаешь Хата согласится отпускать тебя одного?

Хорст слегка замялся, а потом присел в кресло напротив:

— Если честно, то я считаю его присутствие рядом только мешает делу.

Видя моё недоумение, Хорст поспешил продолжить:

— Они очень похожи друг на друга, лицом. — махнул он у себя перед глазами рукой. — Вы разумный человек господин анай, и я думаю что вам не стоит объяснять как это мешает делу.

«Ну как бы да. Будь я на месте работорговца и ко мне пришёл бы человек похожий на моего раба и заявил, что он ищет родственника, я бы всё сделал чтобы наша встреча с ним была последней. А уж тем более, когда его ищут два здоровых варвара!»

— Не скажу, что ты не прав уважаемый, но просто кинуть парня в таком важном для него деле… — я многозначительно дёрнул бровями.

— Поэтому я сейчас с тобой и разговариваю, анай Янко. — алагат как-то устало вздохнул, проведя рукой по лицу и густой бороде. — Я прошу тебя поговорить с ним, и убедить остаться