И грянет весна! - Серослав Амадайн

трубочку. — Но вскоре мы начали нарываться в тоннелях под горами на раханидов! Они больше обычных рахов, лучше вооружены и обучены, и сражались не в пример лучше. Мы думали сперва, что это всё случайность, но вскоре поняли что нет. — Судольф вышел на середину кабинета и обвёл нас всех хмурым взором. — У рахов появился кто-то, кто командует ими не хуже самого Рахшанара, да приласкает Морок его зад в Лесу Мучеников. По Подгорью теперь меньше чем в пятьдесят воинов не ходить больше тангорам! А может и вовсе.

Судольф вздохнул и присел на стул:

— Поэтому мы и решили попробовать себя в торговле, дабы не прокутить деньги со временем.

«Мда уж. Мутная компания тут у меня собирается, нечего сказать… Но зато я хоть немного узнал о причинах разлада между Турией и Пятиградьем. И плюс ещё появился важный момент — по поводу производства хорошей стали! Интересно, что за технологию он имел ввиду?… Ладно, посмотрим как оно будет дальше.»

В комнату я вернулся уже поздно, но спать почему-то не хотелось совсем. Назревающий лёгкий будун маячивший головной болью где-то вдалеке, я угомонил бокалом пива опрокинутым едва ли не залпом.

«Ох не спиться бы тебе Серый!»

Достав мешки с трофеями, я вывалил всё на пол посредине комнаты. Всё равно спать не хотелось ещё. Подкинув дровишек и запалив несколько свечей, присел на устланный шкурами пол, оперевшись спиной на кровать.

Первым я взял в руки клинок лже-аталана и осторожно, не торопясь, потянул его из ножен. Мягкое лазурное сияние голубой стали на миг вспыхнуло и мерно стало светиться вырываясь из ножен. Не став томить, вынул клинок полностью.

— Какая красота! — не удержавшись вымолвил я, рассматривая широко раскрытыми глазами дивное оружие.

Меч напоминал японскую катану, и был просто невероятно лёгок по весу. Но в отличии от катаны, этот клинок имел двухстороннюю заточку. Гарды и навершия на черенке небыло совсем. Небольшое рикассо в виде трёх неравномерных лучей, центральным лучом переходило в дол, смещённый больше к наружному изгибу. К острию меч немного сужался и под столь узнаваемым углом переходил в острие. Пробовать на остроту его лезвие было излишним — оружие из голубой стали никогда не тупилось, и не ржавело.

«Этот меч явно не для яростной рубки в строю. Это истинное оружие убийцы! А его лёгкое сияние, это должно быть последним, что увидит жертва перед тем, как умрёт.»

Убрав клинок, я взял в руки то, что заинтересовало меня ещё больше — это было нечто вроде небольшого арбалета с раздвижными плечами, удлинённым ложем и направляющей, что вообще-то сильно отличало его от того арбалета в моем понимании, который должен стрелять короткими болтами. Рассмотрев повнимательнее, я заметил что в его конструкции так же, хоть и в малом количестве, присутствуют механические элементы из голубой стали, такие как зацеп, курок, вставки в сами плечи и щеколды фиксаторов. Несколько не стандартных стрел под него лежали тут же: тонкие, прочные, и прямые как натянутая струна.

«А вот это уже не по времени! Совсем не по времени! Здесь даже пружин не знают, так откуда такие технологии?… Нужно копать! Арбалет отнесу к Мишке, пусть разберёт его на части и посмотрит что можно изготовить самим. Арбалеты — сильная вещь!… И всё-таки — откуда?… Тангоры? Светолики? Алтары, цохи, или может быть вообще маланорцы мастерят? Хомякоидам такое оружие было бы прямо-таки под стать.»

В остальном из пожиток местечкового ниндзи больше ничего стоящего не было. Единственное что, это эмблема с гербом аталанов, и деньги: двадцать шесть золотков, двенадцать серебра, и горстка меди. Да оно и понятно, этот ублюдок работал на легке. Наверняка где-то в лесах оставил лошадь с остальными пожитками, но теперь уж поздно её искать. Халявное мясо на привязи долго бродить не будет!

«Интересно, как бы этот засранец отреагировал на солнечный свет? Да и вообще, может ли существовать в день?… Эх, жаль его Разнак сжёг… А может всё же и не жаль.»

Следующими на очереди были трофеи из руин светоликов. Сразу взял в руки два мешочка и высыпал наружу их содержимое…

— М-мать честна́я! — трезвея на яву воскликнул я, слегка прикрываясь рукой от яркого разноцветного сияния самоцветных камней.

В танцующих огненных бликах разноцветный контрастный блеск самоцветов с гипнотической силой притягивал взгляд и заставлял пялиться на них с жадным восхищением! Некоторые камушки были одинакового цвета, но разных оттенков.

Взяв один из них в руки, жёлто-золотистый (возможно это был цитрин), я поднёс его к лицу и восторженно обласкал взглядом. Неровная огранка камня была тем не менее великолепно отполирована. Сразу видно, мастер не ставил цель придать форму, а просто отсёк лишнее, и отполировал до блеска что осталось. И так выглядел абсолютно каждый камень! Словно кто-то гранил их как попало, не для продажи, а от нечего делать, но тем не менее добиваясь чистоты блеска цвета.

Хомяк и Жаба уселись на эту кучку, и злобно зыркая по сторонам со стекающими слюнями принялись подсчитывать стоимость самоцветов. Я подождал пока они справятся и получил вполне себе приличную сумму — около пяти тысяч золотков! Сумма конечно более чем внушительная, но наверняка чересчур влажная от моих мечтаний. Точной стоимости этим драгоценностям я не мог дать по определению.

«Та даже если в половину угадал, уже сало! Да ещё какое — с мясными прослоичками, да в три рядка!» — подумал я, алчно сгребая драгоценности в один мешочек и уже думая где бы закопать это добро поглубже. — «Блин! Надо же будет ещё не забыть с Тариком и Хорстом поделиться.»

Жаба, выпучив лупездрища возмущённо-вопросительно квакнула, а Хомяк занял оборонительную позицию перед наступлением совести, окопавшись, расставив пулемётные точки и ракетные войска.

«Не-не ребята! Так дело не пойдёт! Мы там вместе кровь проливали и чуть не сдохли, так что тут без вариантов!»

Хомяк обречённо ткнулся лбом в бруствер окопа уронив с головы каску, и поднял белый флаг. И только Жаба продолжала осуждающе пялиться.

«Ну в принципе, можно себе маленько кучку поболя отгрести… Совсем чуть-чуть поболя.»

Жаба с Хомяком мочканули по рукам «пятюню».

«Забороли таки, ироды жадливые.»

— Так, ну с этим понятно, — отложил я в сторону четыре слитка тускло светящейся серой стали, кил по пять каждый примерно.

«Чистая серая сталь! Приинтереснейший образчик, но пока что для меня бесполезен. Можно конечно было бы попробовать Михалыча привлечь, но думается мне сейчас ему точно не до неё. Интересно, справится ли? Что такого в этой стали, что только турдахинам она подвластна? Эта ветвь тангорской расы ведёт крайне закрытый образ жизни в необъятных чащах Зикфорна, но со светоликими у них по всему видать особые отношения.»

Заховав светящиеся тусклым, серо-белым светом слитки в потасканный мешок, я взял в руки приятную на ощупь, сложенную в несколько слоёв белую ткань с витиеватым серебристым узором. Она была немного в пыли. Встав нехотя с пола, я развернул её и несколько раз встряхнул.

— Хм! Свадебная фата?… А может, накидка на плечи? — сам себе бурчал я под нос рассматривая превосходную, нежную даже на взор витиеватую вышивку, исполненную на тончайшем белом шёлке волшебным серебром. Чарующие отблески едва уловимого свечения указывали на то, что рисунок явно выполнен нитями с содержанием серой стали. Расправив её на кровати, я бережно провёл пальцами по изящным ветвям деревьев с тончайшей прорисовкой стволов деревьев покрытых мелкой листвой. Кроны и ветви венчались знакомыми круглыми шапками.

— Сильниды! — тут же вспомнил я название, поглаживая эту великолепно изготовленную вещицу на кровати. За рукой тут же протянулся след всполыхнувших белесым светом стежков, и угас, обретая снова равномерное, неяркое сияние.

— Что бы это ни было, эта вещь достойна королевы, или даже богини!… Да, никак не меньше чем богини! И наверняка стоит больших, очень больших денег.

«Снова серая сталь турдахинов! Да что же это за городок такой там был!? Светолики и турдахины, что же вас связывает?»

Я обратил свой взор на оставшиеся пока ещё не тронутые трофеи. Это были две книги.

«Открывать непонятные книги из всяких подземелий и гробниц — смутное,