Меч космонавта, или Сказ об украденном времени - Александр Тюрин

Оставался где-то день лета до Фобосской базы, когда нас затормозили. Очевидно был применен гравитационный аркан. Я, конечно, не видел того, что творилось за бортом, поскольку дрых. А тот, кто не дрых, мог бы увидеть, как откуда-то появился светящийся плазменный крюк — это космический газ разгонялся вдоль линейного гравиполя, а потом тормозился на петле, излучая в световом и рентгеновском диапазоне. Гравитационная петля пошуровала в пространстве и наконец заарканила наш невидимый кораблик. Захват был недолгим, но вредным. Была разомкнута «бутылка» в двухфазном двигателе, резко упала мощность, да еще гравитационные неоднородности покорежили корпус.

Анима вовремя просекла ситуацию и недюжинными усилиями вывела меня из сна. Пробуждение оказалось не из приятных. Вместо сладких потягушек надо было срочно катапультироваться далеко за борт. Но спецназовцы не собирались помогать, они, как истуканы заведенные, хотели без затей меня прикончить. Кораблик двигался еще с ускорением, так что, когда я крутанулся с койки, то просто упал на палубу. Выстрелы конвоиров прошли над моей головой. Естественно, боезаряды были малой мощности, недостаточной, чтобы пробить обшивку, но достаточной, чтобы сварить мозги в моей башке.

Кибердоктор одолжил мне лазерный скальпель, которым я чиркнул по руке одного из солдат. Тот оказался не близнецом, а всего лишь квибсером-повторником — из разреза полилась голубая дрянь. Квибсер-первичник решил двинуть по мне ногой, но койка, послушавшись моего приказа, резко встала наискось, и удар пришелся по ней.

Меж тем коптер уже горел синим пламенем, сливай воду. Я едва успел преодолеть аварийный шлюз, как кораблик раскололся, а потом еще взорвался, превратившись в огненный шар с разлетающимися космами пламени — тем временем, меня уже захватила гравитационная петля и продернула через пространство.

Когда кишки улеглись обратно на свои места в животе, я понял, что попался в плен к службе «Бет».

Она прилетела за моей головой на космическом корабле невиданного мной типа — был он круглый, как тарелка, без сопла, без факела. Входной шлюз у него тоже оказался модерновый — просто я просвистел через слой управляемого металла — тот обтек меня столь удачно, что судно совсем не черпнуло космического вакуума. Оказался я в небольшом круглом отсеке, где на мою голову сразу была водружена «корона» — ободок мемо-считывателя. Бетовцы решили, не разводя церемоний, погрузиться в мою память и как следует позондировать ее.

Электромагнитные поля растормошили мозги так, что протеиновые комплексы памяти начали излучать на определенных волнах, которые воспринимались мемо-считывателем и расшифровывались кибероболочкой.

По моей голове загуляли сонмы воспоминаний, которые касались и недавних и совсем отдаленных периодов моей жизни. Но все, что относилось к моим знакомствам с X-структурами, вспоминалось со скрипом, словно было заблокировано. Может, это Анима, выполняя секретные инструкции Чертковица, наложила свои заглушки?

Круглый отсек сложился, как гармошка, и я увидел устремленные на меня глаза недовольных бетовцев. Пяти человек — хотя возможно среди них были и квибсеры. В общем-то, у всех протокольные рожи были, в одну масть.

— Что ты скрываешь? — заорал один из них. — Хочешь, чтобы мы тебя заморозили и напустили в твои мозги микрокиберов, которые проползут по всем нейронам и подвергнут их принудительному считыванию.

— Это действительно страшно, без шуток. Но зачем таким странным образом узнавать, что там задумал ваш друг Плазмонт. Лучше спросите у него напрямую… И вообще давайте поговорим на более интересную тему: как, например, устроена ваша тарелка?

И хотя уже выплыли кольца ЯМР-заморозильников, от которых шел тревожный сквознячок, хотя появились иглы, которые должны были внедрить в мой охладевший мозг микроботов-обследователей, главный бетовец сделал антракт. Наверное он был достаточно высокопоставленным человеком, возможно членом корневой директории, поэтому стал распространяться про устройство тарелки — видимо, чтобы войти со мной в дружеский контакт. А может он считал, что он считал я от них уйду уже только через мусоросжигатель.

Оказалось, что двигателем тарелки является трансквазер, который производит обратную трансформацию квантов пространства в хрональную материю, отчего укорачивается радиус его кривизны.

Не успел собеседник закончить, как корабль службы «Бет» был взят в клещи эсминцами второй марсианской эскадры. Тарелка обнаружила брешь среди эсок и рванула туда, напрягая по полной двигатель — по-видимому трансквазер создавал такие возмущения пространства, что любой локатор облажается.

Я краем глаза наблюдал за гвизором, на котором в полярной проекции был представлен наш сектор пространства с ползающими по нему кораблями — так что был в курсе.

Тарелка почти проскочила в брешь, но тут заминка вышла. Двигатель работает, а ускорения нет как нет.

Засуетились бетовцы — всякие предположения строят насчет того, куда мощность движителя подевалась.

А тут не только ускорения, но даже скорости нет. Прямо торчит тарелка на месте. Бетовцы беснуются, с ума сходят от непонятки. Тут до меня дошло. Бетовский корабль сетью уловлен — сетью, сделанной из мономолекулярных нитей.

— Не суетитесь, коллеги. — обратился я к своим тюремщикам. — Золотая рыбка поймана неводом старика рыбака. Приготовьтесь исполнить его три сокровенные желания — повернитесь задом, приспустите штаны и немного наклонитесь.

Ой, зря я это сказал. Тот, что был похож на командира, со мной согласился и начал приказывать:

— Г455 быстро за борт вместе со своим повторником, мезонными прерывателями будете резать нити — у вас в запасе пара минут. П200, ты уничтожишь пленного при попытке его захвата.

Тут и случилась попытка захвата — легка на помине. Тарелку тряхнуло, посыпались сверху куски обшивки и в отсек через дыры в подволоке метнулись черные тени. При том даже разгерметизации не произошло. Видно на корпус, над местом прорыва, был поставлен колпак. Бравый П200 собрался было уничтожить меня, но я успел пихнуть его ногой в живот, а затем от него вообще мокрое место осталось — из-за сквизерного выстрела.

Графеновая лента обвилась вокруг меня и стянула, крепкие руки сунули меня в непрозрачный мешок и стали перемещать. Судя по тому, как он раздулся, да и по легкой дурноте, понял, что нахожусь в открытом космосе. Вскоре мешок снова сдулся, значит я оказался в помещении с нормальным атмосферным давлением. Упаковку с меня сдернули, я только успел заметить металлические переборки и какие-то свирепые рожи, как сверху посыпалась некая труха, которая моментально облепила мое безропотное тело. Кто-то приказал «не дышать», я благоразумно послушался, а вся труха мигом слиплась и затвердела, превратившись в глыбу. Я был накрепко замурован, однако, сквозь поры воздух все-таки проникал и спасал меня от удушья. Итак, я продолжил путешествие в виде окаменелости.