Призвание. Как найти то, для чего вы созданы, и жить в своей стихии - Кен Робинсон

Эти плавки облегали его пах, как кислородная маска. Полоска эластичной ткани охватывала талию и тонким шнурком туго вонзалась между его обнаженными ягодицами. Он гордо шествовал мимо изумленной публики, испытывая очевидное удовольствие от того, что все вокруг оборачиваются на него. У меня создалось впечатление, что он считает себя эталоном физической привлекательности и сексуального притяжения, принимая негодование и насмешку окружающих за теплые лучи общественного восхищения. Но это явно противоречило мнению большинства. «Хоть бы эпиляцию, что ли, сделал», — сказал мужчина рядом со мной.

Почему это произвело на всех нас такое гипнотическое, завораживающее действие? Дело не только в том, что этот человек был так уверен в своей привлекательности. Причина была иной — он слишком явно не вписывался в окружающую обстановку. Такой наряд и поведение могли бы выглядеть нормально на юге Франции, но в Малибу, по ряду причин, это было совершенно неприемлемо. На пляжах Калифорнии существует негласный кодекс поведения для мужчин — забавная смесь павлиньего внешнего вида и нарочитой скромности. Обмазанные маслом торсы и игра мускулами — замечательно; но только не обнаженные ягодицы. Вся Америка представляет собой такую гремучую смесь распущенности и пуританства.

Кстати, вскоре после этого мы с женой оказались в Барселоне. Ежедневно на протяжении всего лета на городские пляжи, расположенные вдоль бухты в центре города, в обеденное время из местных офисов выплескивалась толпа молодых женщин и мужчин, которые, не стесняясь окружающих, загорали топлесс, в лучшем случае в плавках. В Испании это совершенно приемлемо. Было бы странно встретить там кого-то на пляже в шортах до колен и футболке. Эта культура считает нормальным присутствие на пляже практически обнаженных тел.

Для всех социальных культур характерно то, что я называю «заразительным поведением». Один из лучших примеров этого — язык, а точнее его акценты и диалекты. Они прекрасно иллюстрируют импульс подражания и конформизма. Было бы странно для человека, который родился и вырос на территории Северо-Шотландского нагорья или в районе Бэдлендс в Монтане, не говорить на местном диалекте английского языка с присущим ему акцентом. Мы, разумеется, испытали бы потрясение при виде ребенка, который родился в этих местах, но внезапно начал говорить на французском или на иврите. Мы были бы так же поражены, если бы этот ребенок, говоря на местном языке, использовал бы совершенно другой его диалект или акцент, чуждый жителям этой местности. К естественным детским побуждениям относятся копирование и имитация. Дети растут и впитывают не только звуки, которые слышат, но и чувства, которые они выражают; культуру, которую они транслируют. Языки — это проводники культурных генов. По мере изучения языка, его акцентов и произношения мы постигаем структуру мышления, чувств и отношений носителей этого языка.

Культуры, в которых мы выросли, оказывают влияние не только на наши ценности и мировоззрение. Они формируют наше тело и могут даже изменить структуру нашего мозга. И вновь главным примером этого служит язык. Когда мы учимся говорить, наш рот и органы речи приспосабливаются к воспроизведению звуков, используемых в нашем языке. Если в процессе взросления вы говорили лишь на одном или двух языках, в дальнейшем вам может быть физически сложно произнести используемые в других языках и естественные для других культур гортанные французские или шепелявые испанские звуки или же тональные звуки некоторых азиатских языков. Иногда для того, чтобы научиться говорить на новом языке, вам может понадобиться заново начать тренировать свое тело, чтобы воспроизводить и понимать новые звуки. Однако влияние культуры может распространяться еще дальше — на фактическую структуру мозга.

За последние несколько лет учеными был проведен ряд интересных исследований, посвященных различиям визуального восприятия людей Запада и Восточной Азии. Их результаты наглядно демонстрируют, что культуры, в которых мы растем, оказывают влияние на базовые процессы, помогающие воспринимать и интерпретировать окружающий нас мир. В ходе одного из таких исследований людей, принадлежащих к западной и азиатской культурам, просили взглянуть на несколько фотографий и описать увиденное. При этом обнаружилось несколько существенных различий. Люди западной культуры уделяли преимущественное внимание переднему плану изображения и тому, что считали его главной темой. Азиаты же больше концентрировались на изображении в целом, включая взаимосвязи между его различными элементами. Так, например, на одной из фотографий была изображена сцена в джунглях с участием тигра. Обычно западные наблюдатели на вопрос о том, что они видят, отвечали: «Тигра». Такой ответ может показаться достаточно разумным для западных читателей этой книги. Однако азиатские наблюдатели чаще всего говорили: «Это джунгли, в которых находится тигр» или «Это тигр в джунглях». Согласитесь, разница довольно существенна, и связана она со значительными культурными различиями между западным и азиатским мировосприятием.

Как правило, азиатское искусство достаточно мало внимания уделяет портретной живописи и акцентам на индивидуальном подходе, что так характерно для западного искусства. Азиатское искусство опирается на коллективный аспект в отличие от западной персонификации. В западной философии со времен древних греков подчеркивалась важность критического мышления, логического анализа, градации идей и предметов по категориям. В китайской философии логика и дедуктивный анализ вторичны — основное внимание уделяется взаимосвязям и изучению явлений в целом. Такие различия в восприятии могут приводить к различиям в механизмах запоминания и рассуждения. По крайней мере, одно из исследований показывает, что эти процессы с течением времени могут вызвать определенные структурные изменения мозга.

Ученые из Иллинойса и Сингапура исследовали активность мозга молодых и пожилых добровольцев в ходе просмотра ими изображений на различные темы и с различным фоном. Используя функциональную магнитно-резонансную томографию (FMRI), они сосредоточились на наблюдении за реакциями височно-затылочной области мозга, которая обрабатывает зрительную информацию об объектах окружающего мира. У всех молодых участников наблюдалась схожая активность мозга. Но у пожилых добровольцев, принадлежавших к западной и восточной культурам, были отмечены значительные различия нервных импульсов. У «западных» людей височно-затылочная область оставалась активной, в то время как у «восточных» интенсивность реакции этой части мозга была минимальной.