А счастье пахнет лавандой! - Бернадетт Стрэхн

— Вот этого-то мы и не делаем. — Иви глубоко вздохнула, не убирая рук от лица. — Крампы не разговаривают. Мы увиливаем от разговора, избегаем друг друга, иногда на что-то намекаем, но поговорить — никогда!

— Значит, пришло время тебе начать. Богу известно, что ты прекрасно разговариваешь с чужими людьми.

Иви с несчастным видом запихнула в рот горстку чипсов. (Заметьте, она никогда не несчастна настолько, чтобы перестать есть.)

— Мне очень жаль, Аден, что я затащила тебя во все это дерьмо. Зачем тебе чужие проблемы!

— Ты что, не слышала, что я говорил? Мне очень понравилось. Моя семья не очень-то любит собираться вместе.

— Почему?

— О, отец живет во Флориде, мама вышла замуж во второй раз. Мы с ее новым мужем не очень-то ладим. Да и с братом у меня отношения непростые. Он работает в Сити. Думает, что делать фильмы — это так, мальчишеское увлечение. Поэтому семейных обедов не бывает: никому и не приходит в голову их организовывать. — Он ударил рукой по рулю.

Иви была растрогана. Разве могла она предположить, что такой рассудительный, правильный Аден на самом деле очень одинок?

— Поэтому-то тебе и понравилось у моих родителей. Что поделать, уж такая она и скучная, и невероятно притягательная эта обычная семейная жизнь.

— Да, что-то в этом роде.

— Что же, добро пожаловать на все последующие дни рождения и рождественские праздники, — улыбнулась Иви, — а также на все разводы, — добавила она уныло.

— Я отвезу тебя домой.

Неожиданно взревевший мотор испугал уток, и они с разобиженным видом поспешно засеменили к воде.

— Прямо до двери. Вот это я называю сервис. Хочешь зайти на чашечку кофе или что-нибудь перекусить? Не могу обещать, что найдется что-то похожее на барбекю…

— Мне пора возвращаться.

— Что ж, пока-пока! О Боже, как же мне… — Иви родилась без того важного гена, благодаря которому люди умеют открывать дверцы машин. Аден вытаращил от удивления глаза и нагнулся, чтобы ей помочь. — Большое спасибо, — проговорила она, — за то, что ты притворился моим молодым человеком.

— Нет проблем. Это очень просто.

И тут она появилась. Та самая тишина. Молчаливая тишина между ними, которую Иви тотчас узнала. Эта тишина возникает между двумя людьми перед тем, как они поцелуются. Невидимая эластичная нить, прикрепленная у каждого на груди, в такой тишине притягивает людей друг к другу. Она даже почувствовала, как на миллиметр придвинулась к Адену.

— Дай знать, когда будут известны результаты прослушивания! — вдруг небрежно сказал Аден, поворачивая в замке ключ зажигания.

— Да-да, конечно! — Иви почти так же небрежно выскочила наружу и захлопнула дверцу. — Пока!

И что это на нее нашло, раздумывала она, забегая на ступеньки? Раньше для того, чтобы поцеловать мужчину, в которого она не влюбилась, нужно было здорово напиться. Конечно, получилось бы очень некрасиво!

— Но ты же обещал, — настаивала Иви.

— Ничего подобного. — Бинг стоял на своем.

— Черт побери, ты обещал!

— Какие прекрасные выражения!

— Отвяжись. Все же ты обещал. — Иви не очень-то прельщала перспектива одной сидеть с ребенком, и поэтому она собиралась заарканить Бинга.

— У меня свои планы.

— Ты сказал, что будешь дома.

— У меня свои планы дома. Сегодня вечером я занят. Тебя никто не тянул за язык, но ты наобещала. Я тут ни при чем. Я не делаю детей.

Итак, Иви пошла наверх, в квартиру «В» в одиночестве, стараясь не обращать внимания на клавесинную музыку, раздававшуюся из-за исцарапанной двери П. Уарнз/а.

Дверь в квартиру Кэролайн была открыта. Иви заглянула внутрь. Было слышно, как плачет Милли — может, Кэролайн никак не может ее успокоить? Она на цыпочках пошла в кухню, откуда раздавались всхлипывания.

Но, просунув голову в дверь, она увидела за столом одну Кэролайн. В руке у нее был скомканный лист бумаги.

— Что стряслось, Кэролайн? — Иви обошла стол, чтобы заглянуть ей в лицо. — Плохие новости?

— Ничего, — сказала Кэролайн, отбросив бумагу. Она пошмыгала носом и вытерла глаза уже увлажненной салфеткой. — Я в порядке.

— Ты уверена? — Иви осторожно протянула руку, чтобы дотронуться до Кэролайн. Хоть она и знала, что та не питает особой любви к прикосновениям, но не представляла, как еще можно ее сейчас успокоить.

Кэролайн насмешливо посмотрела на протянутую к ней руку, как будто это был зверек, однако не оттолкнула ее.

— Я уверена, — сказала она ясным и сильным голосом. — Милли спит. Я долго не задержусь. — Она поднялась.

— Ты прекрасно выглядишь, — восхищенно произнесла Иви. Она раньше не видела Кэролайн такой разодетой и ухоженной.

— Гммм… — Кэролайн отнеслась к комплименту подозрительно. — Пока.

— А куда ты идешь? — Иви бежала за ней, как маленькая собачка, выпрашивающая лакомый кусочек.

— В кино.

Что ж, Кэролайн была скупа на подробности.

— И что ты будешь смотреть?

Кэролайн взвилась:

— Я иду одна! Это тебя интересует?

Иви неубедительно пожала плечами.

— Да нет, что ты, ничего подобного. Я просто так спросила. Иди и веселись, пожалуйста, и ни о чем не беспокойся.

Пока Кэролайн проверяла Милли и уходила, Иви расположилась на продавленной кушетке. Через минуту она вскочила с дивана не хуже любой борзой и полетела в кухню. Черт! Смятое письмо исчезло. Характеру Кэролайн можно было позавидовать! Сама себя презирая, Иви все-таки поставила ногу на педаль, открывающую мусорную корзину… И здесь — ничего!

Ничего не оставалось, как усесться в выкрашенной новой краской комнате и смотреть новости. Собственно говоря, ее интересовали только эксцентричные новости в конце программы, поэтому ее взгляд медленно блуждал по комнате. Она рассмотрела маленький книжный шкаф, заполненный руководствами по уходу за малышами и блокбастерами. Везде, где только можно, стояли фотографии Милли в рамочках. Никаких фотографий семьи Кэролайн Иви не заметила, что еще сильнее преисполнило ее жалостью.

Что-то мучительно-горькое было в том, что она ушла в кино одна. Хотя Кэролайн была из тех, кто самостоятельно справляется со своими неприятностями. И эта черта в ней восхищала Иви. Однако кому-то все же удалось пробить ее защитную оболочку.

В разделе «Невероятно» было сообщение о кошке, которая умеет отвечать на телефонные звонки, но Иви едва обратила на это внимание. Ее голова была занята мыслью о том, что же это могло довести Кэролайн до слез. Деньги, решила Иви. Долги.

В этом плане Иви мало чем могла помочь.

Какие у Бинга были планы на этот вечер, стало ясно, как только Иви вернулась к себе немного раньше, чем она предполагала. Эти планы включали в себя ванну, большое количество пузырьков и здоровенного гостя.

— Дорогая, — кричала в трубку Мередит, — Хью Джеймс дал мне ответ по поводу той пробы, на которую ты ходила.

Иви скрестила пальцы, ноги, глаза.

— И что?

— Он сказал… Барри! — Голос Мередит перешел в пронзительный крик: — Нет! Никакого вина! Ты и так уже поднабрался! — Она опять обратилась к Иви: — В общем, дорогая, поговорим в ближайшее время. Пока!

— Нет! Мередит! Нет!

— Черт побери, ты визжишь как резаный поросенок, а не как профессиональная актриса. Не издавай таких звуков!

— Ты же не сказала мне, что ответил Хью Джеймс.

— О, разве нет? Все в порядке. Ты получила роль, дорогая.

Иви окаменела. Она так старательно подготовила себя к разочарованию, что теперь не представляла себе, как пережить успех.

Мередит, как всегда, о всех важных мелочах имела весьма и весьма смутное представление. Съемки начнутся через несколько недель. Сценарий прибудет через несколько дней. Вопрос гонорара решат по договоренности. Мередит могла только подтвердить, что сериал называется «Закат солнца», а героиню зовут Хепсиба.

— Хепсиба! — проворковала Иви, вальсируя по комнате. — Какое очаровательное имя! — Увидев себя в зеркале, она остановилась. Она показалась себе совсем другой. Она провела пальцами по своему лицу, замирая от восторга. — О, Белл! — прошептала она. — Я на правильном пути. Наконец-то я — настоящая актриса!

Замечательной новостью не с кем было поделиться. Бинг ушел на вечерний спектакль. У Саши был вечер посланий в «Калмер Карме». Маме и сестре Иви не отваживалась позвонить после того, что произошло два дня назад в Сурбитоне. Аден! Он же просил ее дать знать, как только будет известно.

— Мне дали роль! Мне дали! Мне дали!

— Отлично! Успокойся! — смеялся Аден, который оказался как раз свободен и предложил отпраздновать событие.

— Прекрасная мысль! Давай куда-нибудь завалимся.

«Цветок в руке» — это не что иное, как паб, ни больше и ни меньше. Столы и большие пивные кружки. Австралийский бармен, который на самом деле из Новой Зеландии.