Французский садовник - Санта Монтефиоре

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила Тодди, спуская с плеча Мистера Фризби. Спрыгнув на землю, хорек пустился бежать вокруг овощных грядок.

— Сомневаюсь, Тодди, — сухо отозвалась Ава. — Рядом с Лиззи и Самантой я вдруг почувствовала, что молодость уже позади. Не слишком приятная мысль.

— Да, понимаю, о чем ты, — вздохнула Тодди. — Разве я думала, что когда-нибудь стану такой старой? У девочек вся жизнь впереди. Ухаживание, замужество, дети. Они еще могут подцепить себе мужчину. У них есть пока выбор. А я с тоской привыкаю к мысли, что уже не буду так же, как они, строить кому-то глазки и не завалюсь в постель с новым любовником.

— Нам тоже еще предстоит пережить много нового, — проговорила Ава, довольно смутно представляя себе, что именно им предстоит пережить.

— Например, внебрачные связи и развод.

— Не будь циничной, Тодди.

— Я замужем отнюдь не за мистером Совершенство. Иногда я думаю, что хорошо бы сменить пластинку, начать другой виток. Людям противопоказано так долго пребывать в браке. В прежние дни мы умирали в тридцать лет. А теперь живем так долго, что этого времени хватает на две жизни. По-моему, стоит набраться смелости прервать эту тягомотину на середине и попытать счастья в другом браке, когда чувствуешь, что жизнь становится до чертиков однообразной. Ты понимаешь, о чем я?

— Пожалуй. — Ава добродушно рассмеялась.

— Я никогда не уйду от мужа, ты же знаешь. Просто временами мне нравится об этом думать. Знаешь, если честно, я не возражала бы против интрижки на стороне. Только с условием, что это останется в секрете. Что никто не узнает и никому не будет больно.

— У тебя есть кто-то на примете?

— Нет. Это, конечно, еще одна проблема. В Хартингтоне нет никого подходящего. Но я так скучаю по первым свиданиям, в них есть что-то будоражащее, опьяняющее. Моему браку не хватает остроты, он удобен, но скучен, как разношенные старые тапки, которые не хочется больше надевать. Желание давно умерло. А вы с Филиппом часто кувыркаетесь в постели?

— Тодди, что за вопросы?! — смутилась Ава.

— Да ладно тебе. Нас всех волнует одно и то же, разве нет? Или мы не в одной лодке?

Ава решительно скрестила руки на груди.

— Извини, Тодди. У нас с Филиппом очень благополучный брак.

— А-а, — разочарованно протянула Тодди. — Значит, интрижки не для тебя?

— Совершенно верно.

— Что ж, во всем есть свои плюсы. По крайней мере мы с тобой не подеремся из-за мужчины!

— Это точно, — согласилась Ава. — Рада признаться, что я вполне счастлива с мужем.

Она вошла в дом, чтобы проверить, как идут дела у миссис Марли, поварихи, маленькой сухонькой женщины с седыми волосами, уложенными в аккуратный пучок на затылке, с доброй улыбкой, которой она щедро одаривала всех без разбора. Миссис Марли стояла у раковины, сливая зеленый горошек и фасоль, которые Ава собрала летом и заморозила.

— Я могу прислать Филиппа забрать овощи? — спросила Ава.

Миссис Марли улыбнулась ей сквозь облако пара.

— Это так любезно с вашей стороны, миссис Лайтли. Ваша фасоль — просто прелесть. Я попробовала немножко.

— Не хотите ли взять домой пакет, приготовить себе фасоль на ужин?

— О, миссис Лайтли, очень мило с вашей стороны. Спасибо. — Женщина порозовела от удовольствия.

— Не за что. У меня очень много фасоли.

— Стэнли обрадуется. Он любит поесть.

— Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, миссис Марли.

— Лучший способ удержать мужчину возле себя, — с улыбкой добавила повариха. — Жаль, с детьми это не срабатывает, правда? Ты их кормишь, а потом смотришь, как они уходят. Моему Найджелу скоро пятнадцать. Он может сорваться из дому, не выпив даже чаю, чтобы встретиться с девушкой и отправиться в какую-нибудь забегаловку есть жареную рыбу с картошкой.

— Ну, он еще не скоро вас покинет, миссис Марли. А ваша Сьюзи совсем еще малышка.

— Моя Сьюзи. — Повариха ласково улыбнулась при мысли о дочери. — Моя миленькая. По крайней мере у меня есть малютка Сьюзи.

— Время летит быстро. Я бы хотела заморозить их, чтобы они оставались детьми. Да и сама не прочь подвергнуться заморозке. Не хочу стареть.

Миссис Марли рассмеялась, протягивая Аве пару прихваток.

— Беда в том, миссис Лайтли, что душой мы не стареем. Каждое утро я в ужасе смотрю на себя в зеркало, истинная правда. Когда-то у меня были черные как смоль волосы. Я так ими гордилась. А теперь я стала сизая как голубь.

Когда Ава выходила из кухни с блюдом хрустящей жареной картошки в руках, навстречу ей вышел Жан-Поль.

— Можно вам помочь? — спросил он.

— Спасибо, я справлюсь. Лучше пойдите развлеките девушек, — Ава кокетливо улыбнулась.

— Надеюсь, вы не думаете, что они меня интересуют?

— А почему бы нет? Они хорошенькие.

— Слишком юные и неопытные, на мой вкус. Мне нравятся женщины постарше. Эти девушки милые, но незрелые, как пара зеленых яблок на ветке.

— Да бросьте, Жан-Поль, — возразила Ава, почувствовав, что краснеет.

— Я предпочитаю яблоки, упавшие с дерева.

— Помятые плоды с коричневыми пятнами, тронутые пчелами?

Ава направилась по коридору в гостиную, обогнув Жан-Поля, и от его взгляда краска на ее щеках стала ярче.

— Да, эти плоды лучшие. Самые сладкие на вкус. А зеленые яблоки немного кисловаты.

Ава вошла в гостиную упругой походкой, широко улыбаясь. Всего несколько минут назад, глядя на Лиззи с Самантой, она казалась себе старой и поблекшей, а теперь, впервые за долгое время, вдруг поняла, что все еще привлекательна. Ава никогда особенно не заботилась о собственной внешности, считая это делом второстепенным. Конечно же, Жан-Поль просто пошутил. Она замужняя женщина, и между ними ничего не может быть. И все же лесть не наделает вреда.

Жан-Поля посадили между Лиззи и Самантой. Тодди поглядывала на них с другого конца стола, сидя между Филиппом и Дональдом. Трое молодых людей весело смеялись и шутили. Тодди сияла от удовольствия. Она любила своих кузин, а Аву еще больше. Ей нравилось думать, что, избавив подругу от Жан-Поля, она убьет сразу двух зайцев. Если Лиззи с Самантой введут француза в свою молодежную компанию, Ава скажет им спасибо. В конце концов, что ей делать с парнем, когда они не работают в саду? А бедняге французу нужно общество молодых людей его возраста. Здесь ему явно не хватает общения. Тодди знала, что Ава терпеть не может, когда приходится постоянно тереться бок о бок с кем-то, кроме Филиппа.

Взгляд Авы задержался на детях. Они вели себя довольно шумно за столом, когда подали основное блюдо, но притихли, поглощая пирог с ежевикой и яблоками, шедевр миссис Марли, политый сливочным кремом. Поппи как раз пыталась положить себе еще крема. Почувствовав на себе чей-то взгляд, Ава повернула голову. Жан-Поль неотрывно смотрел на нее с тоской во взгляде. Ава нахмурилась. Француз стряхнул оцепенение и кивнул в сторону Поппи. Ава скорчила гримаску, словно желая сказать: «Не лучше ли оставить девочку в покое?» И вдруг смутилась: в глазах Жан-Поля читалась невыразимая нежность.