Оборотный случай - Иван Кононенко

Когда мы начали идти, недалеко послышался шорох. Ну, вообще лес даже сейчас был полон шорохов, но они были размыты сытным ночным воздухом и ветром, а вот эти звуки… Они были такими же яркими и четкими, как след на муке.

Я ничего не сказал леснику, который, конечно, ничего не услышал. Даже если этому человеку сказать, чтобы не останавливался и не вертел головой, он не только остановится и повернет ее, а еще и станцует, а после этого громко спросит: «Кто за нами следит?», поэтому, думаю, я поступил благоразумно.

Но кому нужно идти за нами? Зверь? Разбойник? Я принюхался и обнаружил необычный запах. Слабый и странный. Какой-то резкий, но блеклый, что-то вроде мертвого гибрида рыбы и человека.

А вдруг за нами следят сенты?!

Мне представилось, как нас окружают эти жуткие существа и начинают медленно убивать.

«Идиот, к чему страх?» — Отозвалась в глубине сознания словно ничего не боящаяся Совесть. — «Ты теперь почти вдвое сильнее нормального человека, во столько же раз быстрее. Ошеломи врага! Он недалеко».

Так я и сделал. Как только шорох опять прозвучал, ничего не говоря, резко прыгнул назад и помчался на звук. За деревом поспешно мелькнуло что-то размером с человека.

Не сент, слава богам!

Наверно, впервые в жизни радуюсь тому, что враг оказался больше, чем ожидалось.

Поняв, что его уже вычислили, из-за дерева шагнул готовый обороняться мужчина.

«Учитывая его запах и усмешку, это вампир», — заметила Совесть, увидев его клыки. — «Будь осторожен, вампиры — это тебе не люди. Кстати, его запах мне чем-то Ктори напоминает».

Догадка насчет личности и возможной силы преследователя немного сбила меня с толку, и я приостановился. Чего враг и ждал, потому что словно исчез на мгновение. Через второе мгновение я заметил его руку и почти успел увернуться от удара. Он прошел вскользь, чуть задев подбородок. Больно!

«Преимущество полумертвого гада — скорость!» — Крикнула Совесть. — «Отдай тело мне, ну же!»

— Подожди, — прошептал я.

Вампир стоял рядом, ровно дыша, и ждал от меня каких-либо действий… и объяснений, почему я так наивно попросил его подождать. Да, вот оно что.

Пусть и дальше думает, что это ему было адресовано!

А вообще я драться не люблю.

«Так дай мне контроль!» — Зарычала Совесть.

— Не собираюсь. Заткнись.

А теперь я пропустил целых четыре почти одновременных сильных удара по животу, но не остался в долгу и пнул врага по самому, в теории, уязвимому месту. Тот скривился, но в злодейской ухмылке. Какой неожиданный и необычный козырь!

Наверно, впервые в жизни радуюсь тому, что у меня есть слабость, а у врага — нет. Поэтому козырь и необычный.

Какие болезненные и неприятные удары! Ещё несколько таких, и я не выдержу!

Я почувствовал ещё два сверхбыстрых удара, от трёх увернулся, оскалился и проговорил:

— Импотент.

Вампира удалось задеть за живое, и он понял это только тогда, когда на его тело обрушились многочисленные скоростные удары ногами и руками. В завершение этого брутального акта (самого беспощадного за всю мою жизнь) я взял его за шиворот и хорошенько двинул об дерево затылком. И, похоже, после этого противник потерял сознание.

На самом деле бой был очень недолгим, так как мы оба двигались с большей, чем человеческая, скоростью. Велуд даже не успел добежать до этого места.

Издалека он почуял неладное и осветил место боя большой желтой магической искрой.

— Есть веревка? Давай свяжем его, что ли, — предложил я.

— Хочешь его пытать? — Понимающе кивнул лесник.

— Допросить! — Мотнул головой я под негодующий вой Совести.

Веревки не было, так что вместо нее пришлось использовать подручные средства. Уже через полчаса пути мы добрались до подходящего места, и вампир стал похож на огромный поплавок, по шею увязая в грязном болотце, за эту же шею привязанный Велудовым ремнем к корявой ветке неизвестного болотного дерева. Это был молодой светловолосый паренек с аристократическими чертами лица и длинными клыками, на вид лет двадцать восемь.

— Вы меня утопите? — Вот были его первые слова, когда он очухался.

— Сначала ты ответишь на несколько вопросов, — начальственным тоном приказал Велуд. — Зачем ты за нами следишь? Как хочешь умереть — мучительно или еще мучительней?

— Ничего не скажу! — Заупрямился вампир.

— Как тебя зовут? — Спросил я.

— Не скажу…

Правда, после того, как я сжал ему голову изо всех сил, пленный запел по-другому:

— Ах, меныр побери… Нигиз послал следить за вами двумя.

— Ага, вот как заговорил! А теперь отвечай, кто такой Нигиз, меныр тебя дери! — Заорал Велуд на пол-леса.

— Подожди, — одернул я его. — Это мой разговор. Значит… Зачем мы ему?

— Как будто не знаешь, — огрызнулся пленник. — Или действительно не знаешь?

— Кто его знает, — усмехнулся я, вяло пытаясь блефовать.

— Я знаю, — сказал Велуд. — Он не знает, где Ктори, но думает, что мы знаем. Правильно я узнал? Так выходит из его реплик. Когда дело доходит до недомолвок, уж я-то знаю, что имеется в виду.

— А вот и нет, — не сдавался вампир.

— Значит, я прав, — ухмыльнулся хитрый лесник.

— Ладно, прав. Но больше я ничего не скажу! Вообще буду молчать!

— Я рассчитывал на такой вариант, — веселым тоном пропел Велуд, взял толстый сук, который лежал рядом, и начал сильными ударами вбивать голову пленника в трясину.

После четвертого удара бедняга выплюнул ряску изо рта и булькнул:

— Скажу! Только не подходи близко. Скажу все, что знаю. Меня сюда Нигиз послал, следить за вами, думал, что вы знаете, где найти девчонку.

После нескольких секунд всеобщего молчания Велуд не выдержал:

— Это все то, что знаем мы, а не ты. Кстати… могу её в костре подогреть.

Поднятая палка прибавила вампиру словоохотливости.

— Я больше ничего не знаю, честно! Клянусь! Могу сказать — до вас у Нигиза нет никакого дела!

Ага, а вот Ктори ему зачем-то нужна. Скорее всего, обычная месть за то, что жертва была уведена из-под носа.

— Кем тебе он приходится? — Спросил я.

— Отцом, — гордо заявил вампир. — Нигиз избавил меня от бремени слабости и дал силу. С ее помощью легко мстить тем, кто над тобой издевался во время первой жизни.

— Но он тебя лишил самого главного в ней! Если ты понимаешь, о чем я.

— Переживу, — с бездарно скрытой грустью буркнул пленник. — А что со мной будет?

— Вопрос неплохой. Вести тебя нельзя, мне мой ремень еще пригодится — вот и сам думай, — прищурился Велуд. Тень от костра падала на его лицо так, что страх пробирался прямо в сердце.