Такая разная любовь - Джин Стоун

— Я похудела, если ты это имеешь в виду.

Тим рассмеялся в трубку:

— Умница! Надеюсь, для завтра у тебя все готово?

Завтра. Все верно. Потеряв голову от своих финансовых проблем, Зу чуть не позабыла, что сначала ей еще предстоит добиться роли и только после уже беспокоиться о том, хватит ли ей гонорара на выплаты по закладной.

— Да, только у меня один вопрос. Какую сцену будем пробовать?

Тим ответил, и его ответ порадовал Зу. В той сцене она чувствовала себя особенно уверенно.

— И еще… — Она даже зажмурилась от смущения. — Ты не знаешь случайно, на что я могу рассчитывать?

— Ты имеешь в виду деньги?

Зу открыла глаза. О Господи, ну почему на эту тему всегда так неловко разговаривать?..

— Да.

— Попытаюсь выбить для тебя пару сотен тысяч. Максимум двести пятьдесят.

Двести тысяч долларов. За свой последний фильм, в котором снималась пятнадцать лет назад, Зу получила в пять раз больше.

— И это все? — слабым голосом спросила она.

Тим снова рассмеялся:

— Это телевидение, Зу. И потом… попытка вернуться в кинематограф. Вернуться, понимаешь? Надеюсь, ты осознаешь, что для того, чтобы вновь оказаться в списке самых высокооплачиваемых актеров, придется потрудиться. На это уйдет какое-то время.

У Зу комок подкатил к горлу, глаза наполнились слезами. «Слезы, — поняла она в ту минуту, — рождаются не в слезных мешках, а в сердце».

Тим назначил ей место и время встречи на следующий день.

— Увидимся, — бросил он и, словно спохватившись, словно почувствовав, что ей не помешает известная моральная поддержка, добавил: — У тебя все получится, я знаю.

Повесив трубку, Зу стала смотреть в окно на мирный сказочный пейзаж. Седар Блаф стал ей родным домом. Она приросла к нему душой. Этот вид из окна был ей привычен. Она смотрела на этот лес и утесы часами, днями, неделями, годами, приходя в себя после серьезной болезни, в те времена, когда скрывалась ото всех. Ей было знакомо каждое дерево, каждый сук. Она помнила наизусть очертания всех скал, каждый неровный край утеса мог напомнить ей о чем-то: Неужели от всего этого придется отказаться?

Если Тиму удастся выбить двести тысяч, то сама Зу получит в руки только сто семьдесят. Тридцать тысяч — комиссионные Тима. А ведь со ста семидесяти еще нужно будет платить налог. Нет, этих денег ей будет совершенно недостаточно для того, чтобы погасить закладную за Седар Блаф. Совершенно недостаточно для того, чтобы спасти дом и… жизнь.

Она вновь легла и стала смотреть в потолок. Может быть, ей удастся как-то убедить банк погасить закладную, продлив сроки выплаты? Вместо пятисот тысяч она могла предложить им только сто. Допустим, они согласятся. Тогда ей останется только хорошо сыграть роль. Решение проблемы несколько отодвинется.

«Но до какого срока? — подумала Зу. Она повернулась на бок и накинула на себя толстое стеганое одеяло. — Пока меня не пригласят на новые кинопробы? Пока не добьюсь новой роли?»

Она подтянула к себе подушку и уткнулась в нее лицом. Получится ли? И вообще, стоит ли пытаться?

«Не морочь мне голову!» — всплыла в памяти любимая фраза Марисоль.

Зу села на постели. Одно ясно: ничего не получится, если сидеть сложа руки. Она решительно поднялась и направилась в гардеробную. Сняла с вешалки короткое черное шелковое платье. Ему было уже пятнадцать лет, но, слава Богу, сейчас этот стиль был в моде. Она надела его через голову. Как раз. Скинув его, она быстро приняла душ, накрасилась и уложила волосы.

Не прошло и часа после ее телефонного разговора с Тимом Данахи, как Зу уже въезжала на автостоянку банка «Ферст пасифик сэйвингс энд Лон».

Внутри здания было настолько тихо и покойно, что банк вполне можно было принять за библиотеку. Оглядевшись по сторонам, Зу увидела столик обслуживания клиентов и направилась к нему. Она замечала обращенные на нее вежливые взгляды банковских клерков и кассиров. Это были не туристы, здесь был их дом. В том, что в их банк зашла очередная кинозвезда, им не виделось ничего удивительного. Они относились к этому спокойно. Звезда так звезда. Подумаешь.

«Так чего же они пялятся?»

«Я думала, что вы уже умерли», — сказала тогда Алисса во время их первой встречи.

«Может быть, поэтому на меня все так и смотрят. Может, они думают, что я призрак Зу, а не сама Зу».

Молодой человек, сидевший за столом, поднял на нее глаза и лишь после мимолетного колебания проговорил:

— Чем могу быть полезен?

Зу села на стул напротив него:

— Мне хотелось бы поговорить с кем-нибудь относительно моей закладной.

— Поговорите со мной.

«Как же, — подумала Зу. — Мальчишка. Ему и кассиром-то в Супермаркете еще рано работать, а не то что разбираться в финансах Седар Блаф».

— Дело довольно сложное, — проговорила она, искренне улыбнувшись, чтобы не обидеть его. — Полагаю, мне лучше встретиться с кем-нибудь из руководителей банка.

Он ткнул в табличку, установленную на столе перед ним.

— Джон Бернс. Помощник вице-президента. Кредитование клиентов, — с гордостью вслух прочитал он.

Улыбка Зу исчезла. Час от часу не легче.

— Я хотела бы продлить срок выплаты по закладной.

Он спросил ее имя, как будто оно ему было неизвестно, и адрес. После этого поднялся из-за стола и сказал, что вернется через минуту.

На самом деле он вернулся только через четверть часа. После первых пяти минут ожидания Зу захотелось встать и устроить скандал. Раньше она никогда не относила себя к тому типу известных людей, которые по малейшему поводу начинают орать: «Что такое, черт возьми! Вы хоть понимаете, с кем говорите?» Она же в конце концов не Алисса Пэйдж. Но в ту минуту Зу искренне пожалела об этом, о том, что у нее не хватает мужества и уверенности в себе, чтобы встать и поднять крик. Впрочем, она тут же напомнила себе о том, что пришла сюда просить одолжения, и немалого. Пришлось смириться с тем, что она отдана на милость этого банка, ибо в настоящее время она была неудачницей и должна была раболепно заискивать в ожидании подачки. Она нищая, попрошайка.

Наконец молодой человек вернулся за свой стол с какой-то папкой, сел и ввел какие-то данные в компьютер. То, что появилось на экране, заставило его чуть нахмурить брови. Откинувшись на спинку стула, он объявил:

— Срок выплаты по вашей закладной истекает через две недели.

Как будто она этого и сама не знала!..

— Да, мне это известно. Собственно, поэтому я и пришла, — проговорила Зу.

Он крутанулся на своем стуле и вновь повернулся к ней лицом:

— Вы в состоянии уложиться в этот срок?