Такая разная любовь - Джин Стоун

— Он не живет здесь, но я могу передать ему, что, вы звонили. Как ваше имя?

Зу невидящими глазами уставилась на обложку блокнота, на которой золотом было выведено «Золотой источник», и повесила трубку.

Вырвав из блокнота листок с номером телефона, Зу зло скатала его в шарик. Черт возьми, зачем она это сделала? Неужели ей мало тех проблем, которые уже есть? Поднявшись с дивана, она подошла к мусорной корзине и швырнула туда бумажный шарик. «Дура! Какая же ты дура!»

Но она не двигалась с места и не сводила глаз с этого смятого листка, лежавшего на дне мусорной корзины. В глубине души Зу знала, что не сдастся так просто. Им нельзя было расставаться. Никогда. Рано или поздно она все равно разыщет Эрика. Рано или поздно она встретится с ним.

Зазвонил телефон. Зу вздрогнула. Сердце вновь сильно забилось в груди. Неужели это он?! Она в страхе уставилась на телефонный аппарат. Может быть, его мать узнала ее голос?.. Может быть, у них автоматический определитель номера?..

Она покачала головой. «Не будь такой тупицей!»

Телефон продолжал звонить. Зу пересекла комнату и сняла трубку.

— Мисс Хартман? — спросили на том конце провода. — Машина ждет.

Зу повесила трубку и разгладила морщины на своей одежде.

«Пора вернуться к действительности, девочка. Пора открыть глаза».

Несмотря на то, что зал был битком забит народом, Зу сразу же увидела Марисоль. Она бросилась к ней, раскрыв объятия. Марисоль изумленно уставилась на нее.

— Боже, тебя совсем не узнать! — воскликнула подруга и по-матерински обняла Зу. — Ты выглядишь просто сказочно! Кинозвезда, одно слово!

Зу рассмеялась:

— Я решила сдать парик и очки в багаж. Пойдем отсюда скорее, пока меня никто не узнал.

Взявшись за руки, они направились к выходу.

— Скотт страшно разозлился на меня за то, что я не позволила ему прогулять школу и встретить тебя, — сказала Марисоль.

— Как он?

— Зловреден, как никогда. Весь в мамашу.

— В крестную?

Марисоль вновь обняла ее:

— Пропускаю это мимо ушей. Скажем так, он по тебе здорово соскучился.

— Мне тоже не терпится его увидеть. Мы никогда еще не расставались с ним на такой большой срок.

— Милая, ты вообще с ним никогда не расставалась. Вы всегда были вместе. К обоюдному удовольствию.

— Спасибо за теплые слова, — рассмеялась Зу.

Они повернули к багажному отделению.

И тут прямо перед Зу возникла какая-то средних лет женщина в шортах цвета хаки и рубашке со множеством карманов.

— Вы Зу? — спросила она.

Зу удивилась:

— Мм… да.

— Господи, глазам своим не верю… — пораженно прошептала та и вдруг закричала: — Колин! Быстро сюда! — Она вновь обернулась на Зу. — Можно ваш автограф? Пожалуйста! — Она тут же сунула Зу в руки конверт от своего авиабилета. — Подпишите где угодно.

Зу взяла конверт. Женщина мгновенно достала ручку.

— Напишите: «Марте». О Господи, неужели вы… Зу?! Колин!

Зу быстро надписала на конверте: «Марте. С наилучшими пожеланиями. Зу». Поставила число и с улыбкой посмотрела на женщину.

— Спасибо, спасибо, — щебетала та. — О Боже, я так взволнована! Господи, куда она подевалась? Я говорю о своей подруге… Где ее носит?!

— Удачи вам, Марта, — сказала Зу и обернулась к Марисоль.

— Зу?! — вскричал вдруг какой-то подросток. Он был лишь чуть постарше Скотта и имел рыжую шевелюру. Дружелюбное угреватое лицо его расплывалось в широкой улыбке. На шее болтался фотоаппарат. — Вы правда Зу? Ничего себе! Обязательно дома расскажу ребятам! Вот это да! Отец не поверит! — Он схватил фотоаппарат. — Один снимочек! Пожалуйста!

— Конечно, — ответила Зу, не понимая, откуда ее может знать этот пацан, который был грудным младенцем в те времена, когда на экраны вышел ее последний фильм. — С удовольствием.

Неожиданно вперед вышла Марисоль.

— Хочешь я сниму вас вместе? — предложила она мальчишке.

— А можно?!

Марисоль кивнула. Он сдернул с шеи фотоаппарат, передал его ей, а сам робко встал рядом с Зу. Та, улыбнувшись, придвинулась к нему поближе и обняла рукой за плечо. Мальчишку била крупная дрожь.

— Улыбочку, — скомандовала Марисоль.

— Сыр! — проговорил пацан, растягивая губы.

Марисоль щелкнула.

Мальчишка вновь поднял глаза на Зу:

— Боже, глазам своим не верю. Спасибо, Зу. Огромное спасибо!

Он забрал у Марисоль фотоаппарат и убежал, все еще восхищенно оглядываясь на двух женщин. При этом вид у него был такой, как будто с ним только что произошло самое невероятное событие в жизни.

«Бедняжка, — подумала Зу. — Он даже не догадывается о том, что сейчас сделал для меня неизмеримо больше, чем я для него».

Марисоль улыбалась. Сунув руку в сумочку, она достала связку ключей.

— По-моему, тебе лучше здесь не задерживаться, иначе нас скоро накроет волной твоих почитателей. Машина на стоянке, секция «С». Я подожду твои вещи и найму носильщика.

Зу взяла ключи. Она была очень взволнована и наполнена радостными предчувствиями. Последний раз она находилась в таком состоянии пятнадцать лет назад. Господи, сколько прошло времени с тех пор, как она ощущала себя актрисой!..

— До сих пор не верится в то, что меня продолжают узнавать.

— Дорогая, дай Бог, чтобы твой талант вернулся к тебе так же, как и твоя внешность. Если это произойдет, считай, дело в шляпе.

— Скоро узнаем.

Марисоль улыбнулась:

— Даже скорее, чем ты думаешь.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что сказала. Сегодня утром я говорила с Тимом Данахи. Твоя кинопроба назначена на послезавтра.

Зу резко остановилась:

— Что?!

— Ты прекрасно слышала. А теперь выбирайся отсюда и иди к машине. Не забывай: шофера нам пришлось уволить.

— Вот ты и вернула меня на грешную землю, — проговорила Зу.

Но, казалось, ничто уже не могло испортить ей настроения. Направляясь к выходу из зала, она ощущала в себе небывалую легкость, а сердце сладко щемило. Ее узнали! Два человека! Послезавтра кинопроба, а еще раньше она увидит Скотта.

Перед ней бесшумно открылись автоматические стеклянные двери, и она вышла на теплое солнышко.

Приближаясь к автостоянке, Зу старалась не допускать в свою душу мрачные мысли. Послезавтра все станет ясно. Послезавтра она наконец точно узнает, состоится ли ее триумфальное возвращение в кинематограф или нет. Выяснится, удастся ли ей убедительно сыграть роль Джан Векслер, раскрыть этот сложный характер, в котором за ширмой внешней бравады и смелости кроются страх и одиночество. За последнее время Зу потрясли настолько бурные перемены, что она чувствовала: эта роль созвучна ее собственному внутреннему состоянию. Послезавтра она узнает, воплотятся ли в жизнь радужные ожидания, станет ли она вновь актрисой.