Пост-Москва - Олег Петухов

Иван постарался не думать об этом и сконцентрировался на том приложении, которое, возможно, спасет жизнь будущего тестя и его друзей. Трудно, конечно, без испытаний гарантировать результат, но если держаться средних значений в рабочих параметрах, не гонясь за максимальной эффективностью или экономичностью, то, вроде бы, особых проблем возникнуть не должно. Он внес последние изменения и отправил исходники на компиляцию. По черному экрану монитора побежали зеленые строчки — миллионы знаков в минуту. Процесс должен был быть небыстрым, даже на его разогнанном компьютере на пчелиных процессорах — ему нравились альтернативные решения, когда на рынке господствовали дешевые и экономичные процессоры на основе нервной системы муравьев, он работал исключительно с пчелами.

Даша закончила уборку на кухне и села к нему на колени, обняв его и прижав его голову к себе. Он вдохнул ее запах, запах любимой женщины. Как это могло случиться, что он так долго был один, и вдруг все внезапно изменилось, и он уже вместе с самой красивой девушкой во Вселенной?

— Ты выйдешь за меня замуж, Даша?

— Конечно, дурачок, я выйду за тебя.

Глаза у Ивана наполнились влагой. Нет, это не слезы, думал он, или все-таки слезы, но особенные — слезы благодарения, жертва благодарности от сердца. Путник прошел через пустыню и обрел кров.

Гудение компьютера стало тише — новая прошивка была готова.

— Извини, киса, — сказал Иван. — Мне надо позвонить… Отцу.

— Звони давай, — ответила Даша, вставая с его колен. — Я пока ужин приготовлю.

Иван набрал номер Фиделя. Телефон долго не отвечал, но потом в трубке щелкнуло и связь установилась.

— Иван, я сейчас не могу говорить, — прокричал Фидель сквозь автоматные очереди и вопли каких-то монстров. — Перезвоню позже. Получай! Ах, ты мразь…

И отключился.

У Ивана мурашки побежали по спине — пока он тут прохлаждается, люди с оружием в руках умирают за него и таких, как он.

Мы продвигаемся по пандусу вниз, в направлении гаража. Пока что нам попалась парочка гастов. Выглядели они необычно — кожа очень бледная и на вид какая-то скользкая. И еще они шипели, завидев нас. Два патрона в глоке расчистили нам дорогу.

— Не отставай, девочка, — попросил я. — Держись рядом. Не нравится мне это место.

Ведьмочка шла с узи, я взял с собой укороченный калаш. Свет снаружи сюда практически не проникал, и я включил подствольный тактический фонарик. Моя соратница свой фонарик держала в левой руке.

Мы были уже почти внизу, когда что-то заставило меня насторожиться — то ли неясная тень, промелькнувшая темноте, то ли странный звук из-за угла. Когда нервы напряжены, стоит доверять своей интуиции.

Я поднял руку и остановился. Потом убрал глок в кобуру и передернул затвор калаша. Они хотят поиграть с нами в прятки? Хорошо, пусть будет рок-н-ролл. Я делаю знак своей подруге, чтобы берегла глаза, и бросаю в черный проем входа в подвал термитную гранату. Все вокруг озаряется мертвенно-слепящим светом, который проникает даже через закрытые веки, а потом приходит жаркая волна от вспышки.

— Вперед! — командую я и бросаюсь вниз. Наши фонари выхватывают из темноты десятки бледно-желтых гастов, корчащихся на бетонном полу, с выжженными глазами. Несколько обугленных тел валяются неподалеку от черного пятна, оставшегося от термитной вспышки. Я открываю одиночный огонь, стараясь не расходовать больше одного патрона на одну тварь. Ведьмочка работает коротким самурайским мечем, похожая на беспощадную фурию, она прокладывает себе дорогу сквозь ряды этих обсосов, и отрубленные конечности и головы устилают ее кровавый путь.

Нас охватывает азарт, но тут главное не терять голову и сохранять пути отхода свободными. И кроме того не упускать из виду цель всего этого побоища.

— Ведьмочка, ты видишь — бам! бам! — тут машины?

Моя сладкая девочка сносит башку с выжженными глазницами очередному гасту-неудачнику:

— Да. В углу справа стоит «Мустанг», восьмидесятые года выпуска.

Очередная рука, отрезанная по локоть, шмякается в лужи крови. Пальцы еще шевелятся, вместо ногтей на них растут когти.

Я начинаю перемещаться правее. Да, действительно, там стоит древняя колымага, покрытая толстым слоем пыли. Интересно, когда ее в последний раз заводили?

Патроны в рожке закончились, я отщелкиваю магазин и вставляю новый. На лобовом стекле, сверху, на дворнике, пыль лежит целой кучкой. Нам повезло — это ключи от машины. Я сую их в карман камуфляжа и кричу Ведьмочке:

— Все, уходим! Ключи у нас есть, надо найти заряженный аккумулятор.

Мы отступаем к выходу. Не ссыте, обсосы, мы еще вернемся.

Фидель и Ведьмочка вернулись в импровизированный опорный пункт без особых приключений.

— Я наблюдал за вами через ваши видеорегистраторы, — сообщил Утенок. — Новый вид гастов. Интересно.

— По мне, так ничего интересного. Тушки как тушки, — заявила Ведьмочка.

— Не скажи. Судя по всему, они живут под землей, — Утенок повернул монитор так, чтобы его видели все. Вот смотрите — у них большие глаза, приспособленные для плохого освещения. Бледная кожа говорит об отсутствии пигмента, поскольку они никогда не выбираются на поверхность. Слизь, вероятнее всего, помогает им преодолевать узкие проходы.

— Еще у них зеленая кровь, — заметила Ведьмочка, вытирая клинок своего самурайского меча.

— Хм, — задумался Утенок. — Чем ближе мы подбираемся к объекту, тем больше изменений в гастах. Эти, подземные, перешли уже на совершенно новый обмен веществ. Зеленая кровь — это медь, возможно. Медь они получают из силовых кабелей, скорее всего. Вопрос в том, чем они питаются.

— Разве это не очевидно? — удивился Фидель. — Учитывая их энтузиазм при виде нас?

— Ну, нам не известен ни один факт, чтобы гасты ели людей. Агрессия — да. Но в остальном, я думаю, мы для них не продовольственные запасы, а соперники по жизненному пространству. Но меня, как недоучку-биолога, интересует экология гастов — на каких пищевых цепях они нарабатывают живую массу? Крысы? Нет, крысы сами на вершине пищевой пирамиды в своей экологической нише. В одном только гараже их было не меньше тридцати, а то и все пятьдесят взрослых особей. Точнее сказать не могу, вы постоянно дергались и бегали, четкой картинки нет.

— Извини, — Ведьмочка закатила глазки к потолку. — Так получилось. Продолжайте, профессор.

— Непонятен и сам принцип их размножения, — старательно не замечая сарказма Ведьмочки, задумчиво рассуждает Утенок. — Почти никто не видел детей гастов, они появляются большими массами уже взрослыми.