Сбежавшая невеста - Энн Кэрберри

— Padre[17], — сказала она на испанском, громко, чтобы перекричать шум фиесты, — мы хотим пожениться сегодня вечером.

— Сегодня вечером? — круглое лицо священника изобразило смущение. Его седые волосы торчали на его голове, напоминая тусклый нимб, Джули чувствовала запах пива в его дыхании. Он покачнулся, потеряв равновесие, но твердая рука Джули удержала его. Очевидно, священник праздновал вместе со своей паствой.

— Si, Padre. Сегодня вечером. — Она бросила быстрый взгляд на Мика, затем снова повернулась к священнику.

Свечи внутри раскрашенных фонарей, висящих на площади, отбрасывали блики на мягкие черты его лица. Священник помолчал, обернулся и осторожно оглядел высокого гринго, потом неуверенно спросил:

— Почему именно сегодня вечером, дитя мое? Так неправильно. Сначало нужно сделать оглашение.

Поразмыслив, Джули посмотрела прямо в его добрые серые глаза и решительно солгала:

— Простите меня, Padre, — сказала она, — я беременна.

Девушка внимательно посмотрела в лицо Мика, чтобы удостовериться, что тот не понял слова «eucita», и вздохнула с облегчением. Он выглядел таким же невозмутимым, как всегда.

Однако священник понял его прекрасно. Он поднял на нее разочарованные глаза, а потом бросил на Мика злобный взгляд.

— Что? В чем дело? — спросил тот. Джули не обратила на его слова внимания.

— Мой отец, — объясняла она, прося о прощении, — одобряет моего избранника…

— Может быть, твой отец и прав, дочь моя, — ответил священник, не сводя с ничего не понимающего Мика полного отвращения взгляда, — впрочем, я уверен, если вы пойдете к твоему отцу и расскажете о… своей проблеме, вам все проститься.

Он икнул и виновато прикрыл рот рукой. «Все идет не так хорошо» — оценила ситуацию Джули. Она ожидала от священника большей сговорчивости.

— Но он, по крайней мере, католик? — с надеждой спросил священник.

— Нет, Padre.

Он покачал головой, слегка зашатался, затем выпрямился.

— Это нехорошо. Гринго не католик, а у тебя будет от него ребенок.

— Мы не первые, с кем это случается. Padre.

В ответ тот лишь горько вздохнул и нахмурил серые кустистые брови.

— Джули, что происходит?

Но «невеста» отмахнулась от него, как от мухи, и снова сосредоточилась на священнике. Набравшись смелости, она настойчиво сказала:

— Padre, если вы не пожените нас сегодня вечером, я буду жить с этим человеком в грехе, и вам придется отвечать за это перед Богом.

Похоже, Padre не устраивала такая перспектива. Джульетта поняла, что сделала верный ход.

— Что ты говоришь ему? — требовательно спросил Мик. — И почему он смотрит на меня так, словно хочет снять мой скальп.

— Одну минутку, Мик, пожалуйста! — и продолжала атаковать ошалевшего священника:

— Ну, Padre? Вы пожените нас?

Было видно, что ему неприятна вся эта история. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он кивнул головой:

— Да, я вас поженю. В вашем… положении, я думаю, лучше иметь мужа язычника, чем вовсе его не иметь.

Джули чуть не рухнула на землю от облегчения.

— Si, Padre. Gracias. — Она поспешила к Мику, и они вместе последовали за священником в церковь.

Внутри маленькой кирпичной церкви было прохладно и темно. На побеленных стенах плясали отсветы, отбрасываемые дюжиной свечей. Высоко на колокольне было окно с витражным стеклом. Его краски, приглушенные в темноте, ожидали, когда лучи восходящего солнца коснуться их, чтобы снова засиять.

Возле алтаря Мик стоял прямо, крепко держа руку Джули на сгибе своей руки. Маленький священник повесил на стену ручной работы распятие и зажег еще несколько свечей у его основания. Звуки фиесты заглушались толстыми кирпичными стенами и, казалось, что эта крошечная церковь была совсем одна во всем огромном мире.

Мик нервно переминался с ноги на ногу, пока пальцы священника перелистывали страницы молитвенника.

Джули сжала руку Мика, и он накрыл ее ладонь своей. Украдкой любуясь своей невестой, Мик сказал себе, какой он все же счастливый человек.

Ее темная головка склонилась; белое кружево упало на плечи и красиво оттеняло слегка бронзовое тело. От нее исходил головокружительный запах жасмина, и Мик подумал, что, как бы мало они не были вместе, он все равно всегда будет благодарен ей за это.

Когда священник начал читать, Мик слушал очень внимательно, хотя не понял ни единого слова за всю церемонию. Джули назвала Padre их имена, и подсказала Мику, когда говорить «да». Прежде, чем он это осознал, все закончилось, и они стали мужем и женой.

Отец Гарсиа с шумом захлопнул молитвенник, посмотрел на жениха и что-то стремительно сказал по-испански не слишком дружелюбным тоном.

— Что он говорит?

Джули улыбнулась:

— Поздравляет нас. Теперь ты можешь поцеловать свою жену.

Мик взглянул на старика и подумал: «Готов держать пари: поздравления не имеют ничего общего с этой речью!»

— Мик? — он обернулся к своей молодой жене. Ее глаза сияли, и она елейным голосом спросила: — ты не поцелуешь меня, чтобы торжественно узаконить наш брак?

«Лучше не делай этого!» — предостерег его внутренний голос.

Джули провела пальцами по его руке вверх, затем мягко прикоснулась к его щеке. Чувствовать тепло ее руки на своем лице было все равно, что бросить зажженную спичку в сухой куст. Поэтому, посоветовав своему внутреннему голосу заткнуться, Мик склонился и прижался губами к ее губам. Она обняла его, и его руки неосознанно сомкнулись вокруг ее талии. Его раненое плечо хорошо шло на поправку, и он уже не обращал внимания на небольшие приступы боли. Он выдержал бы и гораздо худшее ради того, чтобы вот так ее обнять.

И когда Джульетта приоткрыла ему навстречу губы, язык Мика проскользнул внутрь ее теплого рта, и все вокруг перестало существовать. Его тело сразу же отреагировало. Мик крепко прижал ее бедра к своим и услышал, как девушка тихонько застонала.

Ее пальцы проскользнули в его волосы, он ощущал ее нетерпение в каждом прикосновении. Мик попытался прервать поцелуй, но она так умоляюще взглянула на него, что у него не хватило смелости остановиться… Потом он вспомнил, что теперь они женаты, что он имеет на нее право, и, отбросив прочь осторожность, задыхаясь, ехал ее так, что приподнял над полом.

— Basta! Violador![18]

Мик поднял на священника затуманенные глаза. Маленький человечек, подскакивал на месте, что-то говорил по-испански с невероятной скоростью.

Они быстро подписали церковное свидетельство, которое вручил им священник. Джули дернула Мика за руку и потащила его по короткому центральному проходу вон из церкви.

Даже снаружи, сквозь шум фиесты, Мик все еще мог слышать, как священник что-то неистово кричал. Внезапно остановившись, Мик повернул девушку к себе лицом: