Стихия огня (Иль-Рьен - 1) - Марта Уэллс

— Я рассчитываю, — прошептал он, — что ты…

Припав к полу, Каде подолом платья стерла с него пыль. Эвадн навел ее на мысль: могучие обереги просто не могли раствориться в воздухе. Значит, они где-то рядом. И если она сумеет отыскать хотя бы один…

— Эй, живо убирайся оттуда. — Она подняла глаза и увидела мужчину в одежде цистерианского офицера, вздрогнувшего, едва он узнал ее лицо.

Каде сказала:

— Мне нужен мел, воск и обожженный уголь. — Заметив выражение на его лице, она яростно закричала: — Тебе нужна помощь или сам справишься?

Свободный от обломков коридор привел Томаса вместе со всеми из кладовых прямо к Большому залу.

Раненые гвардейцы и челядь по огромной винтовой лестнице поднимались к Королевскому бастиону; после усиленной стрельбы из пистолетов и мушкетов в воздухе белой дымкой сгустилась пороховая гарь. Посреди общего смятения Томас обнаружил командира цистериан Вивэна. Шагнув вперед, капитан схватил его за руку:

— Что мы потеряли?

Вивэн провел рукой по темным волосам и, казалось бы, не заметил, что ладонь побагровела от крови. Он сказал:

— Они заняли галерейное крыло и, возможно, всю восточную сторону.

— А как насчет Королевского бастиона?

— Он в безопасности. Как и все, что находится за внутренней стеной. Они туда не прошли.

— Обереги, — проговорил Гален, неожиданно оказавшийся рядом. Ограждения отодвинулись от стен новых сооружений дворца, однако фундаменты старинных домов сами по себе выполняют роль ключ-камня… они и удерживают ограждения.

Томас кивнул:

— Хорошо, теперь мы можем вздохнуть. — Более всего ему хотелось шмякнуть Вивэна о стену и с пристрастием выяснить, где находятся сейчас Равенна и Фалаиса, но на дознание не было времени, как не было в нем и смысла. Он знал, что сегодня дежурили Лукас и Гидеон, и теперь оставалось только верить, что его подчиненные сумели доставить обеих королев в безопасное место. Он спросил у командира: — Вы пытались согнать их назад, чтобы потом закрыть осадные двери наверху лестницы?

— Да. Если отступить прямо сейчас, они надавят вперед, и мы пропали… Но кудесница говорит…

— Кто?

— Кудесница сказала, что, если мы предоставим ей сейчас какое-то время, она удержит их, позволив нам отступить.

— А где она?

— У баррикады, Томас; они используют ведьмину пульку.

Эти слова делали понятным зловещий покой трупов, не имеющих видимых ран.

— Ладно.

Заметив рваное платье Каде в середине баррикады между двух гвардейцев-цистериан, стрелявших из мушкетов, Томас направился в ее сторону.

Она уже вычертила на полу какой-то контур и теперь капала на него воском с горящей свечи. При этом Каде что-то непрерывно бормотала. Томас уже решил — заклинания, но, приблизившись, услышал, что она ругается.

Пригнувшись возле нее, он спросил:

— Сколько еще?

Дернув головой, чтобы откинуть волосы с лица, она ответила:

— Час, день, неделя… откуда мне знать?

Сквозь баррикаду пролетела бронзовая стрела, звякнувшая об пол между ними. Оба инстинктивно пригнулись, Каде непринужденно заметила:

— Близко. — И вновь тряхнула волосами. Потянувшись, Томас заправил ее волосы за воротник балахона.

Не взглянув на него, она пробормотала:

— Спасибо. — Румянец неторопливо окрасил щеки.

— Сколько еще? — опять спросил Томас.

— Недолго. Я почти закончила. Дело в том, что я вызываю оберег. — Она остановилась, когда баррикада содрогнулась под новым натиском. — Торопятся ублюдки.

— Вызываете оберег? — предложил он продолжить разговор.

— Да. Его имя Аблеон-Индис, и он должен располагаться над вратами Святой Анны. Но сейчас он лежит наверху Королевского бастиона. И я не знаю почему.

— Кто-то украл ключ-камень.

— Проклятие. Тогда вот она и причина; ограждения поновее, лишившись ключ-камня в своей эфирной структуре, уплывают со своих мест, но самые сильные оберегающие чары располагаются в старых частях дворца внутри Королевского бастиона. Они и привлекают к себе смещающиеся ограждения. Она помрачнела. — Во всяком случае, когда я закончу свое дело, Аблеон-Индис упадет на нас. Если мне повезет, он опустится прямо около баррикады. Когда мы отступим, воинство бросится вперед и, угодив в ограждение, получит неприятный сюрприз. Однако Аблеон-Индис почти немедленно начнет свое движение в обратную сторону. Мое заклинание не так сильно, как те чары, что все еще привязывают его к Королевскому бастиону.

— Итак, у нас будет в лучшем случае несколько мгновений?

— Да.

— Этого хватит.

Они быстро взглянули вверх и ухмыльнулись. Берхэм торопливо подбежал к ним и опустился на колени за баррикадой.

— Альбонцы расположились у дверей в бастион, сэр, — доложил он.

— Кто из офицеров сейчас находится там?

— Насколько я мог видеть, один сэр Ренье. Мне сказали, что если меня впустят, то уже не выпустят назад, поскольку решено собрать всех в бастионе.

— Хорошо. — Оглядевшись, Томас заметил поблизости Мартина. Жестом подозвав его к себе, капитан сказал: — Найди командира Вивэна, передай, что, когда я дам знак отступать, все должны прекратить пальбу и отправиться вверх по лестнице. Наше отступление прикроют, но ненадолго. — Гвардеец заторопился прочь, и капитан приказал Берхэму: — А ты передашь заряжальщикам, чтобы успели увести отсюда всех раненых, прежде чем нам придется отступать.

— Да, капитан, — отчеканил Берхэм. — Господней милостью у нас все получится.

Слуга направился к заряжальщикам, и Томас заметил движение на другом конце зала: из огромного очага черным облаком повалила сажа.

Вскочив, Томас направился к камину; по его трубе кто-то спускался.

Оказавшись рядом, он увидел, что из-под каминной доски уже высовывается вполне конская голова — по величине и по форме. Но глаза ее остекленели и побелели, и весь вид был таков, словно шкуру этой твари сдирали тупым ножом. Зубы-то были львиными. Томас извлек пистолет, но, пока он взводил курок, тварь успела выскочить из камина и набросилась на группу людей, перезаряжавших мушкеты. Раскачивая из стороны в сторону огромной головой, она терзала зубами разбегавшихся людей.

Оказавшись на месте событий с обнаженной шпагой в руке, Томас рубанул по боку нечисти. Когда существо обернулось, он вогнал острие в горло врагу. Тварь пошатнулась, а потом повалилась вперед, увлекая Томаса за собой.

Из камина уже выбиралось второе чудище. Выронив шпагу, Томас взвел курок, положил пистолет на сгиб руки и выстрелил.

Пуля поразила тварь в широкую грудь, не промахнулись и еще трое стрелков из разных концов зала, а какой-то мазила угодил в каминную доску. Нечисть рухнула прямо на месте.