Первое кругосветное путешествие на велосипеде. Книга первая. От Сан-Франциско до Тегерана. - Томас Стивенс

расстаться с Игали, который, кстати, подал заявление и только что получил свое свидетельство о получения статуса Консульства по туризму клубов велосипедистов Дуны Секезо и Мохака, честь, которой он гордится. Правда, во всем его округе нет других велосипедистов, и вряд ли в течение ближайшего времени появятся. Но, я могу порекомендовать его любому путешествующему по долине Дуная велосипедисту. Он знает лучшие винные погреба всех окрестностей, и, помимо того, что он приятный и любезный попутчик, окажет благотворное влияние на стезю любого человека, склонного к физическим нагрузкам. Однако, я еще не полностью предоставлен сам себе. С этими гостеприимнымы сербскими велосипедистами об этом невозможно даже подумать. Я должен остаться в качестве их гостя до завтрашнего дня, когда г-ну Душану Поповичу, лучшему гонщику в Белграде, будет поручено сопровождать меня через Сербию до болгарской границы. Когда я доберусь туда, я не буду сильно удивлен, увидев, что болгарский велосипедист предложит сопровождать меня в Румелию и так далее до Константинополя. Я, конечно, никак не ожидал найти столь веселую и восторженную компанию велосипедистов в этом уголке мира.

Доброжелательность и гостеприимство этого сербского клуба не знают границ. В честь Игали и меня устраивают банкеты, между которыми мы перемещаемся целый день.

Белград - сильно укрепленный город, занимающий стратегическую высоту с видом на Дунай; это необыкновенный старинный город, израненный битвами, но выстоявший. Будучи важным пограничным пунктом в стране, которая на протяжении веков была предметом дискуссий между турками и христианами, он стал желанным призом, который можно выиграть и потерять на дипломатической шахматной доске, или, что еще хуже, футбольным мячом воюющих армий и спорящих монархов. Задолго до того, как османские турки впервые появились, как маленькое темное облако, размером не больше человеческой руки, на юго-восточном горизонте Европы, чтобы простираться и сокрушить расцветающий цветок христианства и цивилизации в этих самых благодатных частях континента, Белград был важной римской крепостью, и сегодня ее национальный музей и антикварные магазины особенно богаты сокровищами византийских древностей, время от времени обнаруживаемых в самой крепости и в окрестностях, находящихся под ее защитой. Действительно, в Белграде так много старых монет и реликвий всех видов, что, когда я стою, глядя на коллекцию в окне антикварного магазина, владелец выходит и предлагает мне небольшую горсть медных монет Византии в виде своего рода приманки, которая может соблазнить человека войти и более внимательно осмотреть его запасы. По знаменитому Берлинскому договору сербы обрели полную независимость, и их страна из княжества, платившего дань султану, превратилась в независимое королевство с сербом на престоле, присягнув которому, народ не перестает выказывать тысячью маленьких способов свою оценку произошедших изменений. Помимо наполнения картинных галерей и их музея портретами героев-сербов, боевых флагов и других нежных напоминаний об их прошлой истории, у них есть, другие практические методы демонстрации того, как они относятся к уходу господства полумесяца на их земле. Они превратили ведущую турецкую мечеть в пивную. Одной из самых интересных реликвий в столице Сербии является старый римский колодец, вырытый от лба крепостного холма до уровня ниже Дуная, для снабжения города водой, когда она отрезана от реки осаждающей армией. Это удивительное сооружение: сводчатый круглый коридор длиной около сорока футов и глубиной двести пятьдесят футов, к которому сверху вниз ведет каменная винтовая лестница. Проходы в стене, шесть футов в высоту и три в ширину, попадаются через равные промежутки времени на всем протяжении вниз, и, когда мы следуем за нашим гидом-оборванцем вниз, вниз в сырость и темноту при слабом свете сальной свечи в битом фонаре, я не могу удержаться от мысли, что эти ужасные отверстия, ведущие в темные, сырые глубины, в трагической истории Белграда, несомненно, были ответственны за таинственное исчезновение более чем одного неугодного человека. Не без определенных невольных опасений я беру фонарь у гида - чей общий вид, кстати, вряд ли обнадеживает - и, стоя в одном из проходов, всматриваюсь в темные глубины, в то время как он держится за мой френч, в качестве меры предосторожности.

Вид с крепостных валов Белградской крепости представляет собой великолепную панораму, простирающуюся над широкой долиной Дуная, - которая здесь вьется, словно пытаясь беспристрастно разлить свою благосклонность на Венгрию, Славонию, Сербию и на Сава.

Сербские солдаты разбивают лагеря из маленьких палаток в различных частях территории крепости и в ее окрестностях, или сидят развалившись в тени нескольких невзрачных деревьев, потому что сегодня солнечно и жарко. Мне говорят, что с населением не более полутора миллионов человек Сербия поддерживает постоянную армию в сто тысяч человек, и, когда требуется, каждый человек в Сербии становится солдатом.

Когда кто-то сходит с парома и смотрит на город, ему не нужен переводчик, чтобы понять, что он покинул Запад по другую сторону от Сава, и наблюдательному незнакомцу улицы Белграда показывают много нового и интересного в видах в образах причудливых костюмов и многие признаки восточной жизни здесь встречаются впервые. Во второй половине дня мы посетим национальный музей старинных монет, оружия и османских и сербских древностей.

Вечером в клубе проводится банкет в винном ресторане, где группа музыкантов исполняет национальную музыку на сербском языке, а на ночь нам предоставили королевские покои в гостеприимном особняке отца г-на Терзибачича, который является купцом, принцем Сербии и поставщиком королевского двора. Утром в среду мы совершаем совместную прогулку по городу, помимо посещения штаб-квартиры клуба, где обнаруживаем, что для получения наших автографов был куплен красивый новый альбом. У велосипедистов Белграда на велосипедах написаны имена, как на пароходах или яхтах написано: «Фея» «Удача» и «Королева Сербии», как будто они живые существа. Велосипедисты здесь - сыновья ведущих граждан и бизнесменов Белграда, и, хотя они одеваются и ведут себя, как настоящие джентльмены, воображение обнаруживает определенное дикое выражение глаз, как будто до них еще не дошла цивилизация. На самом деле, это своеобразное выражение более заметно в Белграде и, по-видимому, здесь более распространено, чем в любом другом месте, которое я посетил в Европе. Я полагаю, что это особенность, которая стала наследственной у здешних горожан, ведь их город так часто и так долго был театром неопределенной судьбы и сбивающих с толку политических беспорядков. Это напуганное выражение людей осознающих постоянное отсутствие безопасности. Но они - сердечные, импульсивные люди, и, когда, осматривая музей, мы сталкиваемся с представителем Ее Британского Величества в Сербском суде, который делает то же самое, один из них без колебаний подходит к этому джентльмену, жмет руку, и, со значительным энтузиазмом, объявляет, что с ними его соотечественник, который едет по всему